Цивилизация
Сорок лет назад, в феврале 1974 года, Александр Исаевич Солженицын был лишен гражданства и выслан из страны, за ним и вся семья. Нас было трое взрослых — мой муж, моя мать и я — и четверо сыновей, младшему — шесть месяцев. Мы оказались в совсем ином мире и остро сознавали задачу: надо, чтобы дети наши не потеряли русский язык, чтобы выросли в православной вере и русской культуре. Поверьте, живя в океане иных языков и иных культур, это очень нелегко.
Мы прожили в изгнании 20 лет, из них 18 — в Вермонте, лесном штате Новой Англии. Там, в нашем доме, мы первым делом обустроили часовню. Епископ Григорий Аляскинский привез нам антиминс, и тогда часовня стала домовой церковью. Для нас с Александром Исаевичем не было вопроса, в честь кого ее освятить: конечно же, в честь преподобного Сергия Радонежского. И так мы жили и растили сыновей под взыскательным взглядом и, надеюсь, под благословением великого русского святого.
Двадцать лет назад мы вернулись на родину и с тех пор были свидетелями и участниками сложных, переломных лет в жизни нашей страны.
И вот, ни в коей мере не претендуя на роль эксперта, но опираясь и на свой частный семейный опыт, и на участие в общественной жизни, я позволю себе сказать о некоторых явлениях и тенденциях, вызывающих острую тревогу.
Одна из тем сегодняшнего обсуждения обозначена как «Партнерские взаимоотношения Церкви, власти и общества в духовно-нравственном воспитании». Партнерство не исключает диалога, а диалог конструктивен тогда, когда у каждого участника есть свое мнение.
Со стороны власти и части общества сейчас раздаются настойчивые призывы к усилению «патриотического воспитания молодежи и позитивного освещения истории». Патриотизм — понятие высокое и в то же время естественное для человека. Александр Исаевич определял его так: «Патриотизм — это цельное и настойчивое чувство любви к своей родине, с готовностью жертвовать ей, делить невзгоды, но со служением не угодливым… а откровенным в оценке ее ошибок, грехов и в раскаянии за них».
Не могу не выразить глубокого убеждения, что освещение истории должно быть в первую очередь правдивым и полным, а позитивность или негативность должны оставаться лишь характеристиками самих освещаемых событий. Если мы не будем знать нашей подлинной иcтории, мы не разберемся ни в настоящем, ни в будущем. Да, пословица говорит: «Кто старое помянет — тому глаз вон!» — однако доканчивает: «А кто забудет — тому два!»
И Русская православная церковь, испытавшая от большевиков гонения не менее жестокие, чем в раннехристианские века, не может, не должна поддерживать ложные ура-патриотические тенденции, которые, на нашу беду, возрастают в противовес зрячей, созидательной любви к своей стране.
Нашим сыновьям мы старались передать любовь к России, к русской культуре, пристальное внимание к ее истории, не скрывая при этом язв и поражений наряду с победами, не скрывая злодейств наряду со святостью, — и они выросли несомненными патриотами своей родины и, хотя младенцами были неправедно отторгнуты от нее, вернулись и работают на ее благо.
Еще одна тема, предложенная сегодня к обсуждению: «Семья как основа национальной безопасности государства». Нет сомнения, что семья такой основой является. Такой же основой, особенно в многонациональной стране, должны быть государственный язык и культура. Все понимают, что их нынешнее состояние — глубокий упадок. Несколько дней назад на заседании рабочей группы администрации президента прямо говорилось, что «угроза потери целостности и жизнеспособности страны вследствие ослабления культурного, интеллектуального и социального потенциала стала реальностью» и что «сегодня эта угроза осознана и властью, и обществом».
Осознана она, конечно, и Церковью. Тем печальней и тревожней видеть, что Церковь недостаточно внятно и энергично осуждает антикультурные выходки маргинальных групп, совершаемые якобы во имя чистоты веры и якобы от имени Церкви.
Нельзя в ХХI веке запалять костры из книг, нельзя физически крушить пусть даже провокационные выставки, нельзя при полном зрительном зале срывать спектакли, как бы к ним ни относиться, и если кто-то имеет притом дерзость называть свою организацию «Божья воля», то Церковь, как кажется, обязана реагировать, обязана заботиться о своем авторитете.
Да, за десятилетия официального государственного атеизма накопилось много скверны, еще и сегодня случаются рецидивы воинствующего безбожия, но не давать же на них «симметричный ответ», не перенимать же образ действия оскорбителей. Христиане — народ Слова, и наше оружие — слово, кулаками же машут те, кто в силу слова не верит.
При той пугающей потере духовно-нравственных ориентиров, в которой пребывает существенная часть нашего общества, ни институтам культуры, ни Церкви по отдельности, без их взаимоуважительного союза, не справиться с восстановлением духовной и культурной идентичности нашего народа.
Без культуры, без литературы довольно трудно будет объяснить нашим детям, что добро и зло — это не обветшалые понятия, а напряженная реальность.
В определении значимости Рождественских чтений сказано, что они «способствуют развитию взаимопонимания между людьми, занимающими различные позиции, открывая пути для их сближения». Что и говорить, членам нашего общества, одновременно растерянного и агрессивного, жизненно необходимы взаимопонимание и сближение. Да только, чтобы обеспечить их возрастание во всей толще нашего народа, нельзя всю работу перекладывать ни на власть, ни на возглавителей Церкви, ни на всевозможные уполномоченные структуры — этот труд и эту ответственность должны нести мы, всем миром, ежедневно, и каждый из нас.
Автор — вдова писателя Александра Исаевича Солженицына. Президент созданного в 1974 году в Цюрихе Русского общественного фонда помощи преследуемым и их семьям (РОФ), более известного как Фонд Солженицына.
