Нездоровое обращение

Директивное установление цен на лекарства едва ли позволит сдержать необоснованный рост цен на них

ИТАР-ТАСС
При невысокой продолжительности жизни россиян и том, что Россия явно не является лидером в разработке новейших медицинских препаратов, беззастенчивое лоббирование отечественных производителей лекарств в ущерб здоровью населения не может не возмущать.

Я не планировал писать этот текст, хотя проект теперь уже, можно сказать, скандального закона «Об обращении лекарственных средств» заслуживал, без всякого сомнения, внимания.

Однако не выдержал. Не выдержал, потому что это тот законопроект, который касается всех и каждого. Не выдержал, потому что

более беспардонного продавливания законопроекта, содержащего много норм весьма спорного характера, я давно не припомню.

Знаковым событием этого продавливания стало состоявшееся на днях освобождение от должности руководителя Федеральной службы по надзору в сфере здравоохранения и социального развития Николая Юргеля. Чиновник был уволен, как следует из пояснения пресс-службы, за публичное выражение несогласия с новым законопроектом «Об обращении лекарственных средств».

Да, наверное, это неправильно, когда высокопоставленный чиновник из вертикали исполнительной власти публично выражает несогласие с законопроектом, уже одобренным правительством (хотя, честно говоря, не было никакого особого публичного несогласия). Дело, в конце концов, не в этом, дело в существе законопроекта.

В качестве дополнительной предварительной информации необходимо отметить и то, что законопроект «Об обращении лекарственных средств» был внесен правительством РФ в Госдуму 26 декабря 2009 года, а уже 29 января 2010 года он был принят депутатами в первом чтении. По-видимому, законодатели наши все новогодние каникулы потратили на изучение 135-страничного текста.

Нет, кто-то из депутатов, конечно, прочитал законопроект. Тем не менее так и хочется спросить: вы сами-то, господа депутаты, поняли, за что проголосовали?

В рамках одной статьи останавливаться на всех, мягко говоря, недоработках невозможно. Поэтому остановлюсь только на нескольких моментах.

Теперь иностранные производители лекарств для того, чтобы продавать свою продукцию на российском рынке, должны будут обязательно проводить клинические испытания этих препаратов в России. То есть результатов клинических испытаний, проведенных в других странах, будет недостаточно для регистрации этих средств в России.

На деле это означает, что новейшие препараты зарубежных фирм будут поступать на российский рынок с задержкой в несколько лет. Это – в лучшем случае. В худшем их вообще может не оказаться в России.

Давайте признаемся: Россия сегодня – увы, не лидер в разработке новейших медицинских препаратов. Это раз. А два – это то, сколь невысока продолжительность жизни россиян на фоне показателей других стран. Мы что, в такой ситуации можем себе позволить столь беззастенчиво лоббировать отечественных производителей в ущерб здоровью населения?

Или что, жители России настолько особенные, что клинические испытания здесь могут дать какие-то особенные результаты? Но это же вообще средневековьем каким-то попахивает.

И последнее по поводу данного нововведения. Вот мне хочется задать простой вопрос правительственным лоббистам законопроекта и депутатам, столь спешно принявшим его в первом чтении: вы какое лекарство предпочтете принимать — импортное или отечественное?

Ответ, честный ответ – он очевиден.

Теперь о государственном регулировании цен на лекарства. Понятно, что введение такого регулирования представляется для многих безусловным благом. Но так ли это на самом деле?

Почему мы думаем, что фактически директивное установление цен на лекарства позволит сдержать необоснованный рост цен на них?

Согласно законопроекту, вводится государственная регистрация предельных отпускных цен производителей на жизненно необходимые и важнейшие лекарственные препараты. Причем такая регистрация производится только в том случае, если она не превышает размера цены на данный лекарственный препарат, рассчитанного в соответствии с правительственной методикой установления предельных отпускных цен производителей.

Формируется государственный реестр предельных отпускных цен производителей на лекарственные средства, включенные в перечень жизненно необходимых и важнейших лекарственных препаратов. Предельные оптовые и предельные розничные надбавки к фактическим отпускным ценам производителей устанавливаются органами государственной власти субъектов Российской Федерации.

Все это, как было отмечено выше, означает только одно: вводится фактически директивное установление цен на важнейшие лекарства. Но я утверждаю, что при таком порядке или цены будут расти еще быстрее, или лекарств не будет (имеется в виду не сиюминутный эффект, а устойчивая перспектива).

Доказательства? А вы сравните, к примеру, как растут цены в отраслях, где государство прямо устанавливает цены или тарифы, с тем, что происходит в отраслях с рыночным тарифообразованием. Цены и тарифы на услуги естественных монополий (газ, электричество, железнодорожные перевозки), я уж не говорю о жилищно-коммунальном хозяйстве, растут гораздо быстрее, чем цены на продукцию тех отраслей, где государство не пытается прямо устанавливать цены.

Это иллюзия, что можно при предлагаемом порядке «зажать» цены. Производители лекарств, отдавая себе отчет, сколь значимым для них стали экономические риски, будут с успехом доказывать, какая должна быть методика установления предельных цен.

И госрегулятор примет их доводы, потому что никто из госчиновников не захочет быть ответственным за то, чтобы рухнула (а именно так будут говорить производители) вся фармацевтическая промышленность. То есть

регулирование будет происходить по принципу «проси больше – все равно дадут меньше». Но это «меньше» — предельная отпускная цена — в конечном итоге будет существенно выше, чем при нормальном рыночном ценообразовании.

Плюс, к тому же, теперь органы власти субъектов РФ будут определять размер оптовых и розничных надбавок. Что же, много чиновников еще потребуется для установления этих надбавок, а потом для соответствующего контроля.

Никто не говорит, что ничего не надо было делать в деле наведения порядка в ценообразовании на лекарства. Надо, обязательно надо было, но через эффективное применение норм антимонопольного регулирования, через развитие реальной конкуренции.

Однако делать что-то в этом направлении – дело хлопотное, а тут все так просто – установил фактически цену и все.

Не получится так просто. С точностью до наоборот при таком порядке получится.

Экспертное сообщество предъявляет к законопроекту еще массу других претензий:

неправильно, когда из функций Росздравнадзора выводится экспертиза новых лекарств, а оставляется только лишь регистрация; установление единой госпошлины в размере 670 тысяч рублей за экспертизу и регистрацию лекарств (сейчас – 2 тысячи рублей за госрегистрацию) не ограничит верхний потолок реальной цены за эти процедуры; это нонсенс, когда требуется госрегистрация лекарств, предназначенных для вывоза с таможенной территории России и т. д.

Но вот хотелось бы обратить внимание еще на одну несуразицу (эксперты, естественно, ее сразу заметили). Все мы знаем об инструкциях по применению лекарственных средств (соответствующие вкладыши, и это было установлено еще в советское время, обязательно должны были быть). Так вот новый законопроект требует, чтобы информация о лекарственных препаратах, отпускаемых по рецепту врача, помимо специальной литературы, содержалась только в инструкциях, предназначенных для врачей (!?). То есть для пациентов таких инструкций быть не должно.

А вот информация о лекарственных препаратах, отпускаемых без рецепта врача, «может содержаться (содержится) в том числе и в инструкциях по применению лекарственных средств». Так «может содержаться» или «содержится»? То есть если по лекарствам, отпускаемым по рецепту врача, определились, что никаких инструкций для пациентов быть не должно, то по лекарствам, отпускаемым без рецепта врача, еще есть сомнения, нужны ли такие инструкции.

Честно говоря, я, когда услышал на одном из экспертных обсуждений о названной выше проблеме, даже сразу и не поверил, что такое возможно. Но уж больно высокий уровень был экспертов, участвующих в обсуждении. Пришел домой, позвонил теще, вот уже более 50 лет работающей врачом. Рассказал, обсудили. Она тоже не поверила, а напрасно, потому что, изучив еще раз законопроект, я понял, что да, именно такие новации и содержит документ.

Вот такой вот закон «Об обращении лекарственных средств» у нас может быть принят в ближайшее время.

Ау, депутаты, это и вас, и членов ваших семей коснется. Может, все-таки почитаете повнимательнее то, что успели принять в первом чтении? Может, прислушаетесь к мнению экспертного сообщества?

Автор — партнер, директор департамента стратегического анализа компании ФБК.