Пенсионный советник

Подпишитесь на оповещения от Газета.Ru

В тылу парада

07.05.2010, 16:22

Мне повезло: сидя за рабочим столом, не отвлекаясь ни на минуту от производственного процесса, я могу наблюдать, как по Тверской улице шарашат танки. И слышать их могучий, яростный рык. И даже вдыхать сизый дым, который оставляют за собой эти стремительные, злющие пятнистые машинки. Круче танков может быть только «Тополь». «Тополя» я видела с земли и вряд ли теперь забуду. Гигантский зеленый тубус, поставленный на колеса, высотой в два «Икаруса» и длиной в три «КамАЗа» полюбился мне с первого взгляда. В основном, конечно, размерами. Из-за этого «Тополя» я вчера даже поссорилась с подругой. Она тоже сидит в офисе на Тверской и тоже видела танки, зеленые ракеты-тополя и самолеты, летящие очень, очень низко. «Это было… О-ооо!» — высказалась она исчерпывающе. Ровно также среагировала я, когда встретила его, зеленого «Тополя», у метро Пушкинская: «О! О-о-о!». Если копнуть в подсознательное, вполне может быть, что парад, как и все в мире, делается мужчинами для женщин. Чтобы они восхитились и пораскрывали рты. Ну и самим в удовольствие — приятно быть мужчинами, по воле которых двигаются по столице такие огромные, такие монструозные штуковины. Хотя все обычно говорят про идеологическое: парад — это патриотический дух, престиж страны и военная доблесть. Про удовольствие умалчивают.

Подруга моя принимает идею парада всей душей — именно из-за этого мы с ней и поссорились. Я услышала по радио аналитика, который подсчитал примерную стоимость мероприятия: 1 миллион долларов на разгон облаков, 5—10 — на уборку города, 20—25 — на перемещение военной техники, топливо и бензин, ну и еще по мелочи. У аналитика получилась сумма в 40 миллионов долларов. «Парад того стоит, — говорила подруга. — Потому что это патриотизм». А я возражала: «О-ооо!» по поводу танков на Тверской — это чистый детский восторг. А патриотизм — это поделить сумму на число живущих ветеранов». Ветеранам, благодаря которым страна вообще жива, деньги на лекарства нужны, а мы бы обошлись без «о-о-о!». В музей военной техники бы сходили или съездили на полигон, если уж так хочется насладиться военной мощью. «Да ветеранам все равно ничего больше не дадут, а так хоть что-то», — говорила подруга. И меня это смирение с неизбежным категорически не устроило. Ну и поругались. Из-за парада Победы. А вы думали, что женщины ссорятся только из-за мужчин? Вы ошибались.
Я занялась арифметикой. Так, если сорок миллионов разделить на… А на сколько разделить? Сколько осталось в стране фронтовиков, которые от Москвы до Берлина, от Воронежа до Праги, через Днепр, Вислу, Дунай, не убитых на Курской дуге, в Ржевской битве, при взятии Будапешта, Берлина? Сколько их среди нас? Пресс-служба Минздравсоцразвития выдала мне информацию — милая девушка открыла в компьютере справку и зачитала: «Сейчас в соответствии с действующим законодательством статусом ветерана Великой Отечественной войны обладают 4,7 миллиона человек».

Если кто не знает, согласно Федеральному закону «О ветеранах», статусом ветерана Великой Отечественной войны обладают…. и далее очень длинный список. В нем не только «лица, принимавшие участие в боевых действиях по защите Отечества», но также «работники предприятий и военных объектов, наркоматов, ведомств, переведенные в период Великой Отечественной войны на положение лиц, состоящих в рядах Красной Армии», «лица вольнонаемного состава армии и флота, войск и органов внутренних дел, органов государственной безопасности, занимавшие в период Великой Отечественной войны штатные должности в воинских частях, штабах и учреждениях, входивших в состав действующей армии, либо находившиеся в указанный период в городах, участие в обороне которых засчитывается в выслугу лет для назначения пенсий на льготных условиях…», «лица, работавшие на объектах противовоздушной обороны, местной противовоздушной обороны, на строительстве оборонительных сооружений, военно-морских баз, аэродромов и других военных объектов в пределах тыловых границ действующих фронтов…», «лица, награжденные знаком «Жителю блокадного Ленинграда», «лица, проработавшие в тылу в период с 22 июня 1941 года по 9 мая 1945 года не менее шести месяцев, исключая период работы на временно оккупированных территориях СССР; лица, награжденные орденами или медалями СССР за самоотверженный труд в период Великой Отечественной войны». Это только часть списка. Полный вариант приведен в тексте закона.

Детализации, сколько же непосредственных участников боевых действий, Минздравсоцразвития не дает. Кое-какие цифры обнаружились в интервью директора департамента организации социальной защиты населения Ольги Самариной «Радио России», оно висит на сайте министерства: «На 15 марта…. у нас было 676 тысяч участников Великой Отечественной войны, включая ветеранов и бывших несовершеннолетних узников фашизма, около 172 тысяч граждан, награжденных знаком «Житель блокадного Ленинграда», 614 тех, кто работал в период войны на оборонных предприятиях, 275 тысяч вдов военнослужащих, погибших в период Великой Отечественной войны».

Статистика Минздравсоцразвития опрокинула все мои доводы. Если 40 миллионов долларов, потраченных (предположительно) на парад, разделить на 4,7 миллиона ветеранов — получается по 8,5 доллара на каждого. По 250 рублей. Ерунда какая-то получается. И выходит, что подруга права. Парад-то выглядит — «О! Ого-го!».

Хорошо. А если сложить приведенные Ольгой Самариной цифры? Тогда 40 миллионов долларов надо делить на 1,7 миллиона ветеранов. Получается 23 доллара. По 690 рублей. Тоже не очень. Не идет ни в какое сравнение с ракетой «Тополь» посреди Тверской. Вряд ли бы нашелся ветеран, который променял бы парад Победы на такую прибавку к пенсии.

Но все-таки есть ощущение, что с арифметикой что-то не то. Не хватает самой маленькой цифры. Сколько всего осталось людей, которые, как в фильме Михалкова «Предстояние» (стоимостью 55 миллионов долларов, дороже Парада), ложились под гусеницы танков, бросались в атаку, форсировали Днепр, брали Берлин (этого в фильме не было, но, может, покажут во второй части)? Их, тех самых, с военных фотографий, из кинохроник — их сколько осталось? Не приравненных к ним работников и сотрудников органов, учреждений, подразделений, а реальных бойцов, которые по локоть в крови и по колено в грязи пол-Европы по-пластунски пропахали — их сколько? Миллион, сотни тысяч, десятки тысяч? Или счет идет уже на единицы? Вообще-то, счет всегда идет на единицы.

В общем, расстроила меня эта арифметика парада. Разделить на всех — это распылить по мелочи, а так хоть что-то. И не что-то, а ого-го! Права, выходит, подруга. «Тополь» на Тверской — прекрасная, мощная, убедительная картинка. Деньги не зря потрачены: женщины и дети в восторге, мужчины гордятся собой и военной мощью страны, ветераны получают сигнал — о них помнят, вон какой праздник отгрохали.

Кстати, в законе «О ветеранах» упомянуты и сотрудники контрразведки, «выполнявшие в период Великой Отечественной войны специальные задания в воинских частях». Интересно, а под этот пункт подпадает офицер СМЕРШа из фильма Михалкова, сыгранный Маковецким? Тот, который доблестного командира Котова допрашивал и писал признательные показания от лица Пушкина Александра Сергеевича. Если бы тот парень дожил до 65-летия Победы, он был бы тоже ветеран?

Да, неприятная какая-то тема. Зря я об этом накануне праздника. То ли дело «Тополь». Вон, опять под окнами стоит. Да не один, а целых пять. О-о-о!