Пенсионный советник

Подпишитесь на оповещения от Газета.Ru

Интеллигент против Путина

17.02.2012, 09:03

Миссия интеллигенции — смягчать нравы, бороться против насилия, за равенство закона для всех

Внутренний голос кандидата в президенты Путина, кинорежиссер Станислав Говорухин, помимо хвалы хозяину за создание в России некоей «цивилизованной коррупции» (вот ведь честный человек, похвалил главное и единственное достижение своего кандидата) в одном из многочисленных предвыборных интервью решился дать совет: «Я бы ему посоветовал вообще не опираться на либеральную интеллигенцию. Вообще. Поскольку она по сути своей предательская. Та часть интеллигенции, которую Ленин обозвал не мозгом нации, а говном… У нас есть настоящая интеллигенция, на которую и надо опираться».

Отчасти даже забавно, что спустя почти сто лет после октябрьского переворота в предвыборной президентской кампании постсоветской России опять так сильна классовая тема — борьба полумертвого рабочего класса с полуживым креативным. Но вопрос товарищ Говорухин поднимает действительно серьезный. Кровавый, даже можно сказать, вопрос.

С истребления священников и интеллигенции в Совдепии начинался ленинский террор, приращенный террором сталинским до генетической катастрофы. В результате у нас до сих пор не просто каждая кухарка может управлять государством, но у кормила власти, похоже, вообще не осталось никого, кроме ментальных кухарок.

Для пояснения своей мысли о «предательской» либеральной интеллигенции и другой интеллигенции, «настоящей», Говорухин апеллирует к Ленину. Хотя Ленин делал революцию, а Говорухин и его кандидат в президенты вроде как, наоборот, хотят вечной стабильности. Вот первоисточник, фраза из письма Ленина Максиму Горькому от 15 сентября 1919 года: «Интеллектуальные силы рабочих и крестьян растут и крепнут в борьбе за свержение буржуазии и ее пособников, интеллигентиков, лакеев капитала, мнящих себя мозгом нации. На деле это не мозг, а говно».

Привычка вообще считать мозг чем-то дурно пахнущим, крамольным и враждебным с ленинских времен у советской власти только прогрессировала. И Путин вполне наследует в этом смысле советской традиции. Но тут важна не столько позиция власти, сколько вопрос о наличии или отсутствии в России интеллигенции. Возможно, из остатков советских интеллигентов и новых, сформировавшихся уже в постсоветское время людей, пытающихся наделить смыслом свое существование в России и саму Россию, еще родится нечто похожее на интеллигенцию. В любом случае Говорухин может не волноваться: опереться ни на либеральную, ни на какую другую интеллигенцию у Путина не получится при всем желании. Поскольку

едва ли не единственным несомненным признаком интеллигентного человека в сегодняшней России является сознательное дистанцирование от нынешней власти. И, наоборот, любая поддержка власти автоматически исключает человека из числа интеллигентов независимо от его личного вклада в национальную культуру или социального статуса.

Другие свойства новых интеллигентов сформулировать намного сложнее. Легче идти от противного, от знаменитой фразы академика Дмитрия Лихачева: «Невозможно прикинуться интеллигентным». То есть интеллигент всегда настоящий, не прикидывающийся человек, минимально использующий в мыслях и поступках маски, которые мы обычно нещадно эксплуатируем в повседневной жизни. Конечно, это человек самоироничный, рефлексирующий, взыскующий внутренней свободы и стыдящийся. Способный признать собственную неправоту и слабость. Понятно, что человек с таким набором свойств во власти или даже вблизи нее смотрится белой вороной. Поэтому путиных, чавесов или мубараков в истории человечества пруд пруди, а Вацлав Гавел один.

Интеллигент всегда человек высокой степени внутреннего одиночества. Представить себе партию или движение интеллигенции практически невозможно. Настоящий интеллигент никогда не признает вслух, что он интеллигент (это было бы слишком большой наглостью), но и не будет с пеной у рта открещиваться от этого «статуса».

Интеллигент не может быть угрозой никакой ответственной власти, поскольку властолюбие и желание изменить существующий строй силой в принципе не совместимо с интеллигентностью. Так что, когда от имени власти (а Говорухин в должности начальника штаба Путина по определению выражает точку зрения если не самого Путина, то его предвыборной команды) интеллигенцию начинают делить на «предательскую» и «настоящую» или обзывать нехорошими словами, это характеризует прежде всего саму власть.

Есть ли у интеллигентов какая-то миссия в сегодняшней России? Возможно, только одна: попытаться вернуть страну в сознание в почти медицинском смысле слова. Россия после распада СССР похожа на петуха, которому отрубили голову и который еще некоторое время ошалело мечется по двору по инерции, прежде чем погибнуть. (Петухи с отрубленными головами именно так и делают.) При этом интеллигент не может и не должен обижаться на то, что его не слушают, не слышат или попросту не замечают. Как ни грустно для нас, участников митингов протеста, но требовать к себе уважения от власти неинтеллигентно. Его можно хотеть или не хотеть (в конце концов, едва ли кому-то из интеллигентных людей может быть обидно, что его не уважает Путин и иже с ним), но странно именно требовать.

Задавать вопросы, пытаться придать смысл существованию страны, смягчать нравы в бытовом и общегосударственном масштабе, бороться против насилия и за равенство закона для всех, за расширение границ внешней свободы и непокушение государства на внутреннюю свободу граждан — вполне достаточная позитивная политическая программа для интеллигента.

И не надо бояться показаться смешным наивным идеалистом. Потому что только смешные наивные идеалы отчасти примиряют нас со свинцовыми мерзостями бытия.