Что может быть высшей наградой для идеолога и/или пропагандиста? Разумеется, статус автора национальной идеи. Но все те, кто сегодня подступается к этому вопросу, попадают в одну и ту же ловушку. При возведении духовных скреп, по устоявшейся в России традиции, архитектор неизбежно забирает себе львиную долю дискурса в качестве символического отката.
В результате почти никто не готов тестировать возведенный ими трамплин, который, в соответствии с рекламным буклетом, должен вознести нелегкую русскую ментальность в верхние слои абсолюта — туда, где только дистилированная, лютая, термоядерная духовность и ничего, кроме нее.
Это нежелание вполне понятно: интеллектуальный бюджет, выделенный на художественную ковку духовной скрепы, уворован на 80% плюс тендер на проект проведен с нарушениями в пользу аффилированных участников, для которых скрепы — совершенно непрофильный актив. И аутсорсинг не спасет, потому что за него никто не возьмется — оставшегося мыслительного капитала хватит максимум на один выпуск «Комеди-клаба».
Короче, то, что получается в итоге, просто страшно испытывать.
Однако смельчаки находятся. Это бесстрашные и прекрасные тролли, которые с демоническим хохотом съезжают по очередному трамплину и предсказуемо обрушиваются в дымные бездны, подсвеченные мрачным огнем негасимых олимпийских факелов и отблесками костров, на которых поджариваются сексапильные кощунницы.
Последний летчик-испытатель, блестяще протестировавший новейшую модель духовной скрепы (собранной по украденным и при этом очень старым чертежам), — Иван Иванович Охлобыстин.
Вот только результаты этого тестирования оказались настолько устрашающими, что наблюдатели предпочли зажмуриться и заорать, предварительно казнив испытателя (что, кстати, тоже очень традиционно — чем воевать c мятежным бароном, лучше ограничиться отрубанием башки гонцу, который принес весть о мятеже). А зря. Потому что они — результаты, а не наблюдатели — не только ужасны, но и крайне познавательны.
Глядя на количество громких заявлений, разоблачительных колонок и уничтожающих комментариев, кажется, что брошенные Охлобыстиным зерна упали в огонь. Но это не так.
Сразу за МКАД, а то и вовсе за третьим транспортным кольцом начинается довольно консервативная Россия, которая гомосексуалов не любит. И не надо торопиться обвинять замкадье в косности и темноте — к однополой любви у женщин оно почему-то относится намного терпимее, если не сказать со сдержанным любопытством.
Но при этом, если предложенный референдум о возвращении в УК пресловутой статьи все-таки провести, причем совершенно честно, без вбросов, каруселей и прочих административных изысков, интеллектуалы серьезно рискуют разбить лоб о проступившую реальность — потому что окажется, что они и не большинство вовсе.
Нет, они обязательно должны быть, они обязательно должны будить спящие разумы и убивать чудовищ. Они вообще-то за этим и нужны — чтобы прицельно плеваться ядом, когда барахло, собранное китайцами из белорусского сырья в подпольном цехе капотненской промзоны, пытаются выдать за уникальный плод многолетних научных разработок.
Просто не надо забывать о том, что победоносный хор носителей знания без административной поддержки имеет КПД чуть больший, чем у парового двигателя. А административной поддержки не будет — насыщение интеллектуального рынка разрушит госмонополию на производство духовных скреп и вся система «тендер-откат-халтура» с грохотом накроется.
И вообще, интеллектуал, оставь надежду найти либеральный триггер в голове, которая много сотен лет безотрывно смотрит в рот статуе вождя.
Умный и прекрасный во всех отношениях человек, который еще вчера доказывал собственной жене, что единственный законодательный орган в стране — это Кремль, который просто распределяет свои инициативы по субъектам, обладающим правом их внесения, на следующий день, прочитав письмо Иваниваныча Владимирвладимирычу, на полном серьезе начинает упрекать артиста в юридической некомпетентности, что забавно само по себе: «На референдум можно выносить вопросы только государственной важности». «Президент не может менять УК, может только Госдума», «Один человек не может инициировать референдум» (тезисы изъяты из одного весьма интеллектуального и очень политизированного журнала, кстати).
Как будто и не было накануне разговора с супругой о том, что президент в России может абсолютно все, что угодно. Просто потому что он — президент в суперпрезидентском государстве.
А на следующий день в логике человека почему-то возникает тромб, который мешает ему продолжить собственную мысль — если президенту захочется, а точнее не захочется, этот проект внесет Госдума. Причем совершенно необязательно «Единая Россия». Можно и референдум инициировать, если Кремль посчитает, что изменение УК должно «идти снизу». И если решат так, тут же найдутся инициативная группа, необходимое количество подписей, а также информационная и техническая поддержка. И не будет иметь никакого значения, что этот вопрос негосударственной важности. Если полковник скажет — станет такой важности, какой надо.
Есть и еще один лист отчета испытателя-камикадзе с русской фамилией Охлобыстин. Как и положено последней странице, она самая главная и самая интересная. По зрелому размышлению любому, даже самому замызганному и нерукопожатному представителю мыслящего большинства, уже не говоря о титанах духа и корифеях, в конечном счете совершенно очевидно, что никто не будет возвращать статью «мужеложство» в Уголовный кодекс. Во всяком случае, в обозримом будущем. Испытатель Охлобыстин, публикуя свое письмо, тоже прекрасно это понимал.
И тот факт, что интеллектуалы начали на полном серьезе обсуждать эту возможность, коллективно осуждать автора, собирать подписи под петицией о лишении его работы (сложно представить более идиотскую инициативу) и рассуждать, куда конкретно катится эта страна, говорит о том, что именно они, спецбригада непримиримых, несистемных и контркультурных либералов, уже приколачивают себя этой самой скрепой к брусчатке Красной площади.
А им бы проигнорировать тему и выпустить на арену привычных глазу шутов, которые говорят о том же самом с завидной регулярностью и нулевой эффективностью. Ну, как «нулевой»... Один из них совершил головокружительный карьерный рывок, сменив цвет колпака и значительно увеличив количество бубенчиков.
