Пенсионный советник

Подпишитесь на оповещения от Газета.Ru

О борьбе с террористами в интернете

23.06.2006, 18:14

На прошлой неделе на встрече с руководителями силовых ведомств «большой восьмерки» глава МВД России Рашид Нургалиев заявил о необходимости «отрезать террористов от интернета». Спустя пару дней вслед за Рашидом Нургалиевым представитель другого силового ведомства — руководитель информационного департамента Госнаркоконтроля, Александр Михайлов, тоже поделился с публикой творческими планами борьбы с наркотиками. Бороться, как вы уже догадались, тоже надо было в «так называемой всемирной сети». «Инструментарий есть, но нет слаженной технологии работы с провайдерами. Их сейчас очень сложно взять за руку», — отметил Михайлов.

Мне эти намерения силовиков показались немного странными. Я, конечно, понимаю, что интернет – это очень важно. И что террорист с интернетом – это хуже террориста без интернета. Но все-таки интернет для террориста – это не главное. Гораздо важнее, к примеру, взрывчатка. Или фальшивые документы.

Вот, к примеру, возьмем республику Дагестан. Если посчитать милицейские отчеты, то в Дагестане в результате терактов за год взорвано где-то полтонны пластита. Не знаю, где террористы брали этот пластит – в учебном центре ФСБ или у вэвэшников в Буйнакске, но точно не помню массовых арестов за продажу пластита боевикам. Я, конечно, не уверена, но, может быть, прежде чем бороться с террористами в интернете, лучше попытаться бороться с продажей им взрывчатки?

Или возьмем республику Ингушетию, где 9 июня пятеро боевиков в масках и с автоматами расстреляли и.о. главы ОМОНа Мусу Нальгиева вместе с детьми. Террористов видели десятки человек, потому что они не спеша подъехали к перекрестку в квартале от дома и ждали там Нальгиева, стоя возле своих «Жигулей» и перешучиваясь. Понятно, что боевиков приняли за то, что официально называется «мобильным отрядом», а неофициально – «эксадроном смерти». Но вот ведь что важно: в наводненной войсками Назрани боевики должны были проехать через десятки постов, предъявляя там соответствующие удостоверения. Спрашивается – каков должен быть размах коррупции в органах, если эти удостоверения продают террористам? Я, конечно, не уверена – но может, прежде, чем бороться с террористами в Интернете, лучше не продавать им хотя бы удостоверения?

Есть очень простой способ отличить компетентного начальника от некомпетентного. Компетентный решает ту проблему, которую его поставили решить. Некомпетентный начальник занимается распространением своих полномочий на все области человеческой деятельности. (Тут даже коррупция – вещь вторичная по отношению к непрофессионализму).

Если, например, у вас компетентный министр обороны, то он борется с дедовщиной. А если он некомпетентный, то он объясняет, что бороться с дедовщиной невозможно, потому что, во-первых, в армии ее нет, а во-вторых, дедовщина у нас начинается в детском саду.

Если у вас компететный начальник ФСБ, то он борется с терроризмом, пресекая каналы продажи им документов и взрывчатки. А если он некомпетентный, то его сотрудники будут продолжать выдавать террористам ксивы, — а с терроризмом наш начальник будет бороться в интернете.

Если у вас компетентный глава Госнаркоконтроля, то он будет бороться с наркотиками. А если он некомпентеный, то он будет бороться с чем угодно – с ветеринарами, с книгоиздателями, с провайдерами.

Нет-нет, я, конечно, понимаю, что интернет – это важно. И что террористы и наркоторговцы используют интернет. Как и все прочие ресурсы современной цивилизации. Например, «Мерседесы». Почему бы в рамках борьбы с терроризмом не бороться с «Мерседесами»? Можно при каждом дилере создать должность представителя ФСБ, задачей которого будет убедиться, что данный «Мерседес» продается не террористу и не наркобарону.

Или, например, кроссовки. Ведь ходят же террористы в кроссовках. Почему бы не ввести в каждом спортмагазине особую должность представителя ФСБ по продажам, чтобы убедиться, что кроссовки покупают не террористы?

Вот только интересно – даже если они закроют весь интернет на большой амбарный замок, но при этом гаишники за мешок с сахаром по-прежнему будут сопровождать грузовики с гексогеном, а конфискованный у конкурентов героин будет со склада с вещдоками попадать на улицу через подкрышных наркоторговцев, – уменьшится количество терактов и передозов – или нет?