Пенсионный советник

Подпишитесь на оповещения от Газета.Ru

ФСБ в Ингушетии, или диверсанты в тылу противника

21.12.2007, 18:49

ФСБ сообщило об аресте Руслана Дзагиева – очередного подозреваемого по делу о взрыве «Невского экспресса». События, предшествовавшие задержанию, разворачивались с замечательной быстротой точно накануне Курбан-Байрама, словно чекисты задались целью эдак поздравить ингушей.

Сначала задержали 26-летнего Ибрагима Костоева, обвинив его во взрыве автобуса в Невинномысске. Опознать в нем террориста было нетрудно: наверное, это был единственный ингуш, стоявший в очереди в колонии города Георгиевска (Ставропольский край), чтобы передать передачку брату-уголовнику. Там-то, в тюрьме, его и взяли. В «Архипелаге ГУЛАГ» есть история о женщине, которая пришла в НКВД сама, спросить, что делать с детьми арестованной соседки. Вот она там посидела до вечера: а вечером была арестована. Похожая история.

При виде этого ареста как-то закрадывалось впечатление, что органы почему-то боятся ездить за террористами в мирную и процветающую Ингушетию, а предпочитают, пока какой ингуш сам выедет к соседям, желательно прямо в тюрьму.

Тут же и выяснилось, чего именно опасаются органы. Потому что на следующий день, когда группа чекистов поехала в Ингушетию на задержание, на обратном пути местная милиция отбила арестованных и увезла в ГОВД Назрани, вокруг которого немедленно собралась толпа. Ситуация как две капли воды напомнила другую, недавнюю, когда после демонстративного убийства на глазах толпы в Карабулаке местный ОМОН накинулся на чекистов в масках и сделал из них отбивную.

Вот так пишешь, как было, а задумаешься, что пишешь – и челюсть падает. Во-первых, как это? «Поехали в Ингушетию на задержание». Тайком. В масках. Они кто? Диверсанты в тылу противника или слуги закона на российской территории?

Во-вторых, милиция-то на стороне задержанных. Если задержаны террористы, получается, даже милиционеры в Ингушетии на стороне террористов, и это свидетельствует о полной неспособности президента Зязикова контролировать республику. А если задержаны невинные люди, значит, президент Зязиков позволяет бандитам в масках убивать невинных людей, и это свидетельствует опять-таки о полной неспособности президента Зязикова контролировать республику.

После того, как толпа осадила ГОВД, было принято поистине соломоново решение: одного из задержанных (Котиева) отпустили, а другого (Дзагиева) повезли дальше. Опять, же вопрос: а если бы чекистов не задержали, отпустили бы они Котиева? Нет? Тогда что, это толпа вокруг ГОВД сделала Котиева невиновным? А почему забрали Дзагиева? Потому, что он виновен? Или потому, что чекисты, оказавшись в плену в ГОВД, сразу же поспешили подстраховаться, заявив, что везут не абы кого, а террористов из «Невского экспресса»?

Увы, у сторонних наблюдателей нет ни малейшей возможности судить о вине каждого конкретного обвиняемого. Показания, данные под чудовищными пытками, стоят ровно столько же, сколько единодушное свидетельство всего села в пользу обвиняемого («ой, он в этот день был в селе, все видели» – и сотни подписей). То есть – ничего.

Но есть статистика. И статистика поражает.

Первое. Просто посмотрев хронику событий, убеждаешься, что за последние три месяца практически каждой мобильной группе, ненадолго приехавшей в республику (быстро-быстро, туда-обратно, беги, пока не задержали!) удается взять боевика живым или застрелить его без сопротивления с его стороны.

Но боевики живыми не сдаются! За последние годы я по пальцам могу пересчитать случаи - и в Чечне, и в Дагестане, и в Кабарде, чтобы боевик попал в плен живьем. Единственное исключение – Ингушетия. Там их, когда надо, ведрами ловят.

Ну одного – я еще понимаю. (В Дагестане я знаю случай: убежденный ваххабит лежал дома, со временно отнявшимися ногами, и сестра его взяла пояс шахида, который он постоянно на себе носил, да и прикопала эту опасную в хозяйстве вещь во дворе. Залетели федералы – взяли шахида. Подстрелили на всякий случай его пятилетнего сына. Сказали: «Мы думали, кролик бежит»).

Но ведь ловят-то косяками! (Апти Долаков, Ислам Белокиев, братья Хидриевы, Ибрагим Газдиев, вот только что – Аслан Мужехоев и братья Ганижевы, и пр.). То ли это шахид ингушский какой-то некачественный пошел, то ли это полная туфта. Не даются шахиды живыми в таких количествах и не бегают без оружия.

Второе. За последние три месяца ни одна такая группа, насколько мне известно, не уничтожила предварительно объявленного в розыск боевика.

Как так? Боевиков полно. Есть «командующий ингушским фронтом» Магас, один из организаторов и участников Беслана. Есть Рустамат Махаури, - именно его банда убивает русских, это у него тренируют шестнадцатилетних парней стрелять в лоб шестнадцатилетним же цыганским девочкам.

И вот вместо того, чтобы брать этих, подъезжают в развалочку к рынку или клубу, палят, и про убитого рапортуют: террорист. Получается, если молодой ингушский парень не хочет получить пулю в лоб, ему надо стать боевиком. Тогда – в лесу – его не убьют, потому что эти группы в лес не заходят, а заходят – не выходят оттуда. Тогда его предупредят – и ингуши, и федералы вам подтвердят, что все эти «эскадроны смерти», заскочившие в республику, отслеживаются мгновенно «сарафанным радио», любую служебную ментовскую машину, отъехавшую от гостиницы, «ведут».

И еще одно. Самое главное.

Если посмотреть списки известных террористов – именно террористов, то есть тех, кто взрывал на Гурьянова, в Каспийске, был в Буденновске и Первомайском - вы найдете в этом списке чеченцев, карачаевцев, арабов. До момента прихода Зязикова ко власти вы не найдете там ингушей...

Я не знаю, кто взорвал «Невский экспресс». Но я знаю, что если это сделали люди Магаса или Махаури, то России не удастся списать этих террористов на последствия чеченской войны. Потому что их не было во время чеченской войны, ингушских террористов. Они появились после прихода президента Зязикова.