Жизнь взаймы: как Россия платит по долгам

МВФ указал на рекордный мировой долг в $188 трлн

Весь мир живет взаймы. Объем мирового долга — государственного и частного — достиг $188 трлн, или 230% ВВП. Столько не было со времен Второй мировой войны. При этом некоторые страны, например США, живут в кредит и весьма неплохо, а другие, как Куба, вынуждены расплачиваться своими товарами. Россия же всем все прощает и копит резервы.

Директор-распорядитель Международного валютного фонда (МВФ) Кристалина Георгиева, недавно заступившая на этот пост, подвела баланс мировых финансов.

«Мировой долг — как государственный, так и частный — достиг рекордного максимума в $188 трлн, что составляет около 230% общемирового производства», — сообщила Георгиева, открывая ежегодную конференцию имени Жака Полака в Вашингтоне.

По ее словам, долг увеличился рекордно в основном за счет частного сектора, на который приходится почти две трети от общего уровня задолженности.

Показатель госдолга в странах с развитой экономикой находится на уровне, «которого не было со времен Второй мировой войны», уточнила глава МВФ. А госдолг развивающихся стран в последний раз наблюдался на таком уровне во время кризиса 1980-х годов.

Георгиева считает, что рост мировых обязательств во многом связан с кризисом 2008 года, когда частному сектору оказывалась масштабная господдержка. Банкам было выделено тогда $1,6 трлн, и они до сих пор не расплатились.

Из доклада главы МВФ следует, что едва ли не каждая вторая страна (43%) уже подвергается риску «попасть в критическую ситуацию, связанную с задолженностью, либо уже находятся в ней».

Георгиева призвала страны к прозрачности процессов заимствования и кредитования. Но с прозрачностью как раз не все благополучно. Это становится очевидным при первом же взгляде на таблицу с суммами задолженности.

Например, Грузия и Армения указывают неактуальные данные (за 2015 год) своего внешнего долга и не обозначают этот долг, как принято, в процентах к ВВП страны. А Сомали предоставляли сведения о госдолге последний раз в 2001 году, Мали — в 2002-м, Пакистан — в 2008-м.

Украина и Белоруссия на дне долговой ямы

На постсоветском пространстве ситуация с долгами, внешними и внутренними, выглядит не менее тревожно.

Совокупный государственный долг Украины (прямой долг и в виде госгарантий) составляет $81,92 млрд. Причем в этом году необходимо выплатить внешним кредиторам $14,2 млрд. Это гигантские суммы для страны, часть территории которой неподконтрольна властям. Но при этом правительство Украины оптимистично заявляет, что расплатится по долгам, поскольку экономика растет на 4,9%. Такого роста ВВП на Украине не было три года.

Но если доходов бюджета не хватит, помогут как раз те, кто раз за разом дает Украине в долг — МВФ, ЕС и Всемирный банк. Наконец, Украина уповает на то, что внешние кредиторы примут во внимание соотношение госдолга к ВВП. Сейчас оно составляет 55%. Безопасным считается уровень ниже 60%.

Еще хуже ситуация в соседней Белоруссии.

Здесь уже обсуждается тема возможной девальвации нацвалюты — белорусского рубля. А там и до дефолта недалеко.

Госдолг Белоруссии приближается к отметке $24 млрд, или 38% от ВВП. Белоруссия берет все новые и новые кредиты на погашение текущих. Основной кредитор — Россия, объявившая у себя налоговый маневр, который вышел боком белорусской казне. Минск второй год остается без дотаций и льгот.

Нацбанк Белоруссии подготовил стрессовый сценарий своих возможностей по исполнению обязательств по внешнему госдолгу.

«Для оценки этого стрессового сценария берем курс, определяем его совместно с Нацбанком как максимально возможный с точки зрения всех негативных факторов, которые могут сложиться в 2020 году. Поэтому хотел бы всех успокоить: это не какая-то плановая в бюджете девальвация белорусского рубля. Это наиболее стрессовый сценарий оценки курса рубля для того, чтобы снизить риски исполнения бюджета», — отметил глава белорусского Минфина Максим Ермолович.

Белоруссия, по крайней мере, в курсе размера своего бедствия. А власти Венесуэлы даже толком не знают, сколько задолжали кредиторам.

Во время парламентских слушаний в августе этого года Луис Стефанелли, член постоянного комитета Национальной ассамблеи Венесуэлы по вопросам экономического развития и финансов, говорил о долге в $130 млрд. Но другие депутаты говорили о сумме в $198 млрд. Зато цифру инфляции и политики, и эксперты называют твердо — порядка 10 млн процентов.

Самая великая по обещаниям

Меньше всех проблем с госдолгом у страны, у которой его размер просто зашкаливает. Это США. $23 трлн. Америка уже стала великой, как того и хотел президент Дональд Трамп, если мерить величие размером государственных обязательств.

Госдолг США в 2016 году был ниже $20 трлн, но после того, как пост президента занял Трамп, расходы пошли в рост, дефицит федерального бюджета постоянно увеличивается. В том числе на оборону: ежегодный бюджет Пентагона составляет порядка $700 млрд.

Свою лепту внесла и санкционная политика США против России. Из-за давления Вашингтона Москва с 2014 года стала постепенно выводить средства из американского госдолга. Сейчас вложения России в казначейские бумаги Штатов составляют уже менее $10 млрд, тогда как в 2018-м до очередной волны санкций они составляли $96,05 млрд.

По данным американской инвесткомпании AllianceBerstein, управляющей активами на $586 млрд, реальный госдолг США достигает 1832% общего объема экономики страны.

Не заметно, впрочем, чтобы граждане США или власти сильно переживали по поводу фантастического госдолга. И доверие к доллару пока остается высоким вопреки всем разговорам о закате Америки.

Иная ситуация у нас. Наверное, ни одна страна в мире не очищала госбаланс от внешних долгов сильнее, чем Россия. Одной только Кубе было списано более $30 млрд долгов, накопившихся в советских времен. И более $3 млрд Москва реструктуризировала.

А, например, Чехия долг Кубе не простила. Долг перед Прагой образовался еще в советские времена, когда на Кубу поставлялось оборудование и оружие. В итоге набежало $276 млн. Власти Острова свободы, не имея денег, предложили Чехии запас рома.

Если бы Чехия согласилась на такую форму погашения долгов, то получила бы запас рома как минимум на сто лет, учитывая, что ежегодно в Чехию ввозится кубинского рома на $2 млн.

Кроме Кубы, Россия списала еще $20 млрд странам Африки.

Объем внешнего долга РФ рос до 1999 года и составлял $188,4 млрд. Накануне кризиса 2008 года благодаря растущим ценам на нефть Россия погасила досрочно $22,5 млрд. Но к 2012 году уровень внешних долгов страны достиг докризисных показателей, а потом и превысил его, составив в 2014-м $728 млрд.

В 2014-2015 годах была выплачена рекордная сумма внешнего долга России — более $100 млрд.

Сейчас внешний долг РФ составляет почти $480 млрд. Из них органы госуправления задолжали внешним кредиторам всего $65 млрд.

«Копить на черный день бесполезно»

Россия сейчас практически выключена из процесса наращивания долгов. Но проблем в экономике от этого меньше не стало.

«На ближайшие три года (2020-2022) у нас планируется профицитный бюджет, плюс скупка госбумаг на 1,5 трлн рублей и рост резервов», — говорит Алексей Ведев, директор Центра структурных исследований РАНХиГС.

Он критикует такой подход властей, полагая, что при стагнирующей экономике (в этом году ВВП по прогнозам вырастет всего на 1% — «Газета.Ru») надо не резервы накапливать и не долги гасить внешним кредиторам досрочно, а стимулировать экономический рост внутри страны.

«Я не понимаю такой заботы о профиците бюджета, такого колоссального запаса резервов. Зачем такая перестраховка? На черный день нельзя накопить, сколько ни старайся. К новому кризису можно подготовиться, если только будет развиваться экономика», — объясняет Ведев.

Он обратил внимание на тот факт, что когда Алексей Кудрин, будучи министром финансов, накопил «кубышку» накануне кризиса 2008 года, тогда это было оправдано хотя бы тем, что российский ВВП рос приличными темпами, как в Индии, и выше, чем в Китае.

Воспроизводить опыт накапливания нефтедолларов в резервах сейчас бессмысленно, заключает эксперт.

Даже Греция, наделавшая гигантских долгов под напором европейской тройки кредиторов, при первой же возможности заявила, что планирует не копить, а развивать экономику.

«Ни одна страна мира, насколько я знаю, не ведет такую политику — копить при стагнирующей экономике. Если у властей есть какая-то мотивация для этого, то она, скорее, имеет отношение к сфере политики, а не финансов», — заключает Ведев.