«Большое расслоение»: почему россияне ушли из банков

Первый зампред ЦБ Сергей Швецов — о том, почему не стоит копить на пенсию игрой на бирже

Депозиты стали меньше привлекать россиян, и они несут все больше денег на фондовый рынок. Как наши сограждане находят средства на инвестиции, учитывая падение реальных доходов населения, и почему играть на скачках лучше, чем пытаться заработать на рынке ценных бумаг, в интервью «Газете.Ru» рассказал первый зампред ЦБ Сергей Швецов.

— Сергей Анатольевич, расскажите, пожалуйста, как за последнее время изменился российский фондовый рынок, учитывая, что большая часть иностранных инвесторов ушла с него?

— Действительно, поведение иностранных инвесторов очень важно. Но здесь бы я так категорично не заявлял, что они ушли. Потому что последние месяцы, наоборот, мы наблюдаем возврат иностранного инвестора на рынок государственного долга и в российские акции, и прежде всего американского. Наверное, американцы больше ориентируются в тех санкциях, которые устанавливает их правительство, и испытывают меньше страхов по сравнению с другими иностранными инвесторами.

Поэтому иностранный капитал все-таки в Россию возвращается.

Также мы видим если не бум, то достаточно активное поведение российского розничного инвестора. Это началось не вчера, а несколько лет назад. Недавно Госдума утвердила закон об индивидуальных инвестиционных счетах, который предоставляет достаточно обширные налоговые льготы розничным инвесторам. Эти инвестиционные счета стали продаваться сначала обычными брокерскими компаниями, а потом и банками с наличием брокерской лицензии. Сегодня открыто более 700 тыс. таких счетов, при том, что мы прогнозировали, что их будет 700 тыс. на конец этого года. То есть рост спроса на эти счета гораздо выше, чем мы думали. Плюс к этому на московской бирже уже ежемесячно регистрируются 100 тыс. наших граждан, которые впервые открывают брокерский счет у брокеров. Это впечатляющая цифра. И по оценкам московской биржи, уже на конец этого года будет открыто 3 млн таких счетов, притом что еще три года назад цифра «миллион» казалась невозможным рубежом. Казалось, что мы никогда не сможем ее преодолеть. Это, безусловно, позитивная тенденция, и у нее есть свои объективные причины.

— О чем идет речь?

— Так, сегодня начался процесс демократизации доступа людей с небольшими суммами на российский рынок капитала. Это сделать просто, и можно даже сделать дистанционно, пройдя удаленную идентификацию. Также интерфейсы стали более понятными. Кроме того, благодаря снижению инфляции, очень сильно снизились ставки по вкладам населения.

Еще несколько лет назад население могло размещать свои денежные средства в банках под двузначные проценты и привыкло к высокой ставке. И то, что сейчас предлагают банки в основной массе, уже не так интересно.

Наверное, последний важный драйвер прихода российских физических лиц на фондовый рынок — это изменение позиций самих банков к тому, как относиться к своим клиентам. Если раньше банк всячески оберегал своего клиента от альтернативы открытия депозита в банке, потому что клиенты формировали основу пассивов кредитных организаций, то сегодня банковский сектор испытывает профицит ликвидности. Несколько триллионов рублей Центральный банк абсорбирует избыточной ликвидности. То есть у банков нет такой потребности в ликвидности, как было раньше. И они задумались о том, что возможно имеет смысл поделиться своей депозитной базой и перевести своих клиентов на брокерское обслуживание, получая комиссионный доход.

Как регулятор мы сильно поменяли регулирование, повысили защиту инвесторов на фондовом рынке, упростили для эмитентов выпуск облигаций. Проведена большая реформа в области корпоративного управления на рынке акций. То есть сами инструменты фондового рынка стали надежнее, доступнее, интереснее для физических лиц.

Все вместе это, наверное, объясняет тот феномен притока наших граждан на рынок капитала.

— Вы говорите о феномене притока средств граждан на фондовый рынок, однако по статистике реальные доходы населения падают не первый год. Как так происходит и сочетается?

— Вы знаете, есть запасы, есть потоки. Вот если мы говорим о запасах, то сегодня в банковской системе размещено 28 трлн депозитов физических лиц. Это то, что граждане накопили в предыдущие годы. Если мы говорим о потоках, тем не менее, мы видим приток новых депозитов.

Просто в России, к сожалению, достаточно большое расслоение. Есть люди, которые еле-еле сводят концы с концами — это так называемое бедное население.

В указе президента о поставленной перед правительством задаче снизить уровень бедности в два раза, это очень важно и для фондового рынка, это значит, что будет больше людей, которые тратят, не только чтобы обеспечить свою жизнедеятельность, но и смогут что-то накопить, а значит, смогут что-то инвестировать.

Однако приток и на депозитный рынок, и на рынок капитала, мы, тем не менее, статистически наблюдаем, несмотря на то, что действительно, вы правы, часть граждан не могут себе позволить накапливать.

— На российском фондовом рынке в последнее время не проводится IPO, не приходят новые имена. Как вы считаете, с чем это связано?

— Как всегда, здесь нет единственного фактора. Прежде всего, компании не испытывают дефицита финансового ресурса. Скорее, компании испытывают дефицит идей по инвестированию средств. Мы видим не только отсутствие IPO, но мы видим достаточно серьезный рост дивидендных выплат. Это значит, компании не инвестируют прибыль, компании предпочитают ее отдать своим акционерам. Наверное, это первый фактор.

Второй фактор — благодаря санкциям все-таки сегодня российские акции недооценены по сравнению с акциями международных компаний.

И, соответственно, размещение в такой конъюнктуре новых акций, то есть проведение IPO, SPO, это привлечение очень дорогого капитала. И компании сегодня не готовы привлекать дорогой капитал. Они предпочитают, в случае, если такая необходимость есть, привлекать не долевой капитал, а долговой, то есть выходить на рынок облигационных заимствований. Тем самым покрывая свои потребности в ресурсах для осуществления инвестиционных программ.

— В декабре прошлого года Центробанк отозвал лицензию у ряда Форекс-дилеров. Можно ли это воспринимать как сигнал, что россиянам не стоит, например, копить на пенсию, играя на рынке Форекс?

— Мое личное мнение, что больше вероятность заработать, ставя на скачки, потому что, когда человек ставит на скачки, он разбирается в лошадях, в жокеях, и так далее.

Профессионалы скорее здесь выиграют больше, чем на рынке Форекс.

Поэтому Форекс — это больше похоже на казино. И, конечно же, никакое отношение рынок Форекс не имеет к пенсионным накоплениям.

Все-таки пенсионные накопления — это долгосрочные инвестиции, которые не должны носить столь рисковый характер и не должны осуществляться с таким огромным плечом, как это делает человек, приходя на рынок Форекс.

— Вы говорили про «бум» розничных инвесторов, который у нас происходит. Но в тоже время Госдума рассматривает законопроект по поводу новых ограничений, предполагая разбивку инвесторов на квалифицированных-неквалифицированных. Нет ли в этом противоречия?

— Абсолютно все наоборот. Дело в том, что приток инвесторов повышает ответственность государства за сохранность их сбережений. И тот закон, который сейчас обсуждается в Госдуме, призван не допустить массового инвестора в очень рискованные инструменты. Поэтому, если инвестор хочет инвестировать на рынке облигаций и на рынке акций, включенных в листинг, нет никаких проблем. Но если инвестор собирается идти на рынок деривативов, сложных финансовых инструментов, структурированных продуктов, то ему для этого необходимы определенные знания, либо у него должны быть средства, позволяющие покрыть необходимый резерв для жизнедеятельности и сверх этого вкладывать уже в более сложные финансовые инструменты.

Это очень похоже на вождение автомобиля. Если вы хотите ездить на автомобиле, вам надо выучить правила дорожного движения, сдать соответствующие тесты, после этого вы получаете права и начинаете водить машину. Мы хотим, чтобы люди не теряли свои деньги.

Поэтому, если люди испытывают потребность использовать сложные финансовые инструменты, они должны пройти определенное обучение, сдать тест и после этого инвестировать.

Фондовый рынок не должен рассматриваться как источник адреналина. Все-таки это не казино. Это институт, который позволяет людям зарабатывать. Но зарабатывать можно, если человек разбирается в рисках, если он понимает эти риски и умеет ими управлять. Поэтому надо научиться, а потом уже покупать сложные финансовые инструменты. Простые инструменты, как акции, облигации, конверсия валют, конечно, будут доступны абсолютно всем нашим гражданам. Здесь никаких ограничений быть не может. Ну и так же, как вклады в банках.

--Позвольте один вопрос не по теме фондового рынка. Пару лет назад на форуме ПМЭФ вы пообещали, что через какое-то время россияне будут работать четыре дня в неделю. Это будущее уже скоро наступит или нет?

— Два года назад я сказал, что благодаря использованию современных информационных технологий производительность труда вырастет, и через 15 лет мы будем всерьез обсуждать четырехдневную рабочую неделю. Прошло два года, осталось 13 лет, информационные технологии внедряются, рост производительности труда очевиден. Переход на автомобили без водителя высвободит очень большое количество людей. Переход многих производств конвейерных на роботов высвободит большое количество людей. Россия здесь не в столь тяжелом состоянии, потому что демографически мы испытываем недостаток трудовых ресурсов, поэтому в России, я думаю, что люди, которые будут высвобождены, найдут себе работу, причем достойную работу, более интеллектуальную.