Пенсионный советник

«Деньги утекают, потому что их выводят русские»

Джим О'Нил рассказал «Газете.Ru» о месте России в БРИК

Ольга Танас 25.06.2012, 12:35
Джим О'Нил, председатель правления Goldman Sachs Asset Management AFP
Джим О'Нил, председатель правления Goldman Sachs Asset Management

Инвесторы не верят в диверсификацию экономики России: нужны доказательства, признал Джим О'Нил, председатель правления Goldman Sachs Asset Management и автор термина «БРИК». В интервью «Газете.Ru» он оценил влияние политических протестов в Москве на движение капитала и рекомендовал жить с мыслью о том, что цены на нефть упадут.

— Вы замечаете, что роль России в глобальной экономике меняется?

— Это интересный вопрос. Темпы роста российской экономики быстрее, чем в среднем по миру. Поэтому Россия становится все большей частью мира, что можно назвать изменением в лучшую сторону.

БРИК и БРИКС

Аббревиатура, придуманная для обозначения наиболее быстро развивающихся стран — Бразилии, России, Индии, Китая — в 2001 году аналитиком Goldman Sachs Джимом О'Нилом. В феврале 2011 года трансформировалась в БРИКС с присоединением ЮАР (South Africa). За 10 лет существования термина Китай стал второй по размерам экономикой в мире. Бразилия, Индия и Россия — среди 11 крупнейших. Совокупный ВВП вырос до $13,3 трлн в 2011 году с $2,8 трлн в 2002 году, доля в мировой экономике выросла с 8% до 19%, по данным МВФ. Вместе государства контролируют $4,4 трлн валютных резервов, около 40% всех в мире. Индекс MSCI BRIC Index за 10 лет вырос на 281%, тогда как S&P 500 на 34%.

— Но в последнее время экономисты, в частности, Нуриэль Рубини, говорят, что БРИКС может остаться без России, поскольку ее темпы роста уже не так высоки по сравнению с другими развивающимися экономиками.

— Нет, конечно, нет. Темпы роста ВВП России точно не медленнее бразильского ВВП.

Во-первых, в этом году Россия единственная из четырех превзошла ожидания рынка: большинство экспертов прогнозируют, что ВВП вырастет на 4–5% по итогам года, тогда как прогноз по ВВП Бразилии — увеличение на 2,5%.

Я не понимаю, когда говорят о выпадении России из БРИКС, потому что ваша страна справедливо занимает здесь свое место.

— Иностранные инвесторы верят в диверсификацию российской экономики?

— Это то, что вам необходимо сделать. Я уже говорил, что для России было бы очень хорошо жить с мыслью, что цены на нефть упадут. Потому что это единственный способ заставить себя диверсифицировать экономику.

— Инвесторы считают диверсификацию экономики четкой и реализуемой программой или просто политической декларацией?

— Нет, пока они в нее не верят и настроены весьма скептично. Они хотят видеть какие-то доказательства, но пока их нет.

— Инвесторы обеспокоены политическими и социальными протестами, которые проходят в Москве?

— Не думаю, что они боятся этого процесса, им скорее интересны последствия происходящего. Если протестуют те люди, которые хотят положительных изменений, тогда иностранные инвесторы, наверное, даже будут довольны.

— Продолжающиеся протесты, с вашей точки зрения, могут быть одной из причин оттока капитала из России?

— Я так не думаю. Деньги утекают, потому что их выводят русские, а не из-за того, что думают иностранцы.

— Россия по-прежнему интересна иностранным инвесторам?

— Очень интересна, очень. Здесь живут около 140 миллионов человек, что больше, чем где-либо в Европе. И потом, российская экономика — девятая или десятая по величине в мире. Поэтому многие, очень многие заинтересованы в России.

— Программа приватизации интересна иностранным компаниям?

— Даже очень.

— Вы думаете, процесс будет прозрачным?

— Если бы я только знал ответ. Но люди рады началу этого процесса.