Сумчатый антипод против всех

Роман «Египтолог» — странная и страшная история одержимости древним Египтом и поисков двойника-фараона.

Право первородства — гордо ли это звучит в наше время разночинцев? Чепуха, да и только. Мы достаточно видели, как вырождаются благородные семейства. И все же... «Кровь — совсем особый сок», как говаривал Мефистофель. Теперь пристойнее рассуждать о генах, но сути проблемы это не меняет. Именно этой кровью насквозь пронизана книга Артура Филлипса. В романе «Египтолог» нет выстрелов, герои не крошат друг друга в капусту. Но кровь как генотип, как нечто, разнящее людей, плещется на каждой странице. Это странный подход, вроде бы и неактуальный.

Но в одном автору не откажешь: его текст жив, имеет вены и артерии, по которым струится та самая красная жидкость.

И первый роман Филлипса, «Прага», стал бестселлером, и «Египтолога» ожидала эта судьба.

Твой отец — не простой человек, поэтому ты умней и красивей своих братьев и сестер. В остальное время ребенок из бедной семьи получал от шлюхи-мамаши взбучки наравне со всеми, но, слыша это, мог ли он вырасти таким, как все? Древний сюжет: брошенный, забытый сын возвращается, чтобы отомстить отцу за потерянный трон. Пол, выросший в трущобах, с детства видел себя таким героем, искал свой путь к потерянным чертогам. Артур Филлипс, выбравший для повествования ретроспективный стиль, «роман в письмах», сумел показать эту неловкую, попросту грязную дорогу пронзительно и четко. Австралийское ничтожество, возомнившее себя ровней сильным и талантливым мира сего... Однако не дали Полу шанса со своим ничтожеством смириться, мать запрограммировала его на поход длиною в жизнь.

Есть другая кровь: та, что бурлит, что гонит тебя по жизни за странной, сумасшедшей мечтой. Герой книги, многоликий и многоименный, тот, кто прежде был австралийским парнишкой Полом, влюбился в Египет, как в женщину — раз и навсегда, необъяснимо и страстно.

Так бывает. Египет стал его судьбой, его жизнью и смертью.

И снова Филлипс удивил: сплел эти ниточки, заставил кровь романа перебегать из вены в вену. Пол болен, он просто сумасшедший — и с ума сойдет нанятый детектив, пытаясь разобраться в том, что Пол успел в своей жизни натворить. А успел он немало, потому что жизнь была не одна... Осознавая себя не тем, кем считают его другие, спутавшись со странной мертвой цивилизацией, полной мистификаций и загадок, он сам стал египтянином — не арабом, а тем, первородным, похороненным нашествием гиксосов на Древнее Царство.

И снова кровь: да кто же пустит потомка каторжников в избранный круг египтологов? Египет моден, туда уже стремятся туристы, вот только кончилась бы Первая Мировая, во время которой и происходят основные события романа. Египет это бизнес и престиж, и даже самое обычное золото, что расхищается из гробниц. Настоящий египтолог должен происходить из хорошей английской семьи, учиться в Оксфорде, входить в узкий кружок студентов-педерастов, вот она, научная элита.

А ты кто? Сумчатый антипод.

Его легко обмануть, как кажется этим белокожим ублюдкам с врожденной осанкой британского офицера. Так роман становится детективом. Так в пустыне все же звучат выстрелы, хотя они остаются где-то там, с краю... Ведь важно не это.

Герой книги находит то, что искал. Не золото, нет... Подлинную гробницу своего древнего двойника. Того, ненасытного потомка бога, что сумел стать царем вопреки всему. И хотя враги победили его, разрушили страну, хотя его предала та женщина, которую он любил во всех других, хотя царь остался один... Он все же был царем.

Паранойя достигает своего пика. Египтолог стал египтянином, царем Египта.

Развязка страшна и подана Филлипсом необычайно умело. То, что он делает, это литература, изящная и будоражащая, странная и страшная, сделанная в лучших традициях английского романа позапрошлого века, но современная. Потому что там есть кровь, а она не выдыхается с годами.

Чудесная и увлекательная повесть о человеке, который погубил свою, и не только свою жизнь, однако стал царем — пусть только для себя. Времена меняются, но кровь продолжает бежать по нашим жилам, и пока это продолжится, люди останутся людьми. Странными, даже для себя непостижимыми созданиями.

Артур Филлипс, «Египтолог». ЭКСМО, 2005

Поделиться:
Новости и материалы
Все новости
Найдена ошибка?
Закрыть