Слушать новости
Телеграм: @gazetaru
Возможны местные реакции: в Минздраве рассказали о российской вакцине

В Минздраве сообщили о побочных эффектах и сроке действия российской вакцины

После вакцинации от коронавируса у россиян сохраняется вероятность заражения — все будет зависеть от состояния здоровья конкретного человека. Те, кому препарат все же подойдет, могут сохранить иммунитет к вирусу более чем на два года. О том, какими побочными эффектами обладает российская вакцина, готова ли Россия ко второй волне COVID-19 и заразятся ли повторно осенью пациенты, переболевшие бессимптомно, «Газете.Ru» рассказал главный инфекционист Минздрава Владимир Чуланов.

Какими побочными эффектами обладает вакцина

— Россия зарегистрировала вакцину первой, чем вызвала массу опасений у зарубежных коллег. В первую очередь из-за недостаточного количества исследований. Насколько обоснованы эти опасения?

— В том медицинском сообществе, в котором общаюсь я, заметно больше доверия к вакцине и даже ожидания ее. Медики ведь все-таки находятся в зоне повышенного риска, поэтому хочется быть защищенными от вируса.

Удивительно было бы, если, только появившись, вакцина сразу была идеально испытана, имела идеальные данные об эффективности и вызывала всеобщее доверие и восторг. Прошло слишком мало времени — мы саму инфекцию знаем только чуть больше полугода. Но сам факт того, что за столь короткий срок уже появился препарат, который успешно прошел испытания и показал эффективность с точки зрения иммуногенности, — это уже большое дело.

— Когда любой желающий сможет провакцинироваться?

— Сейчас довольно активно идет работа по расширению площадок для производства вакцины, поэтому вполне возможно, что уже в этом году будет достаточный объем, чтобы привить всех, кому это необходимо.

— В чем вообще ключевые особенности той вакцины, которую уже зарегистрировали в России? Как получилось, что мы вырвались вперед?

— В России огромный опыт в разработке вакцин — мы всегда были лидерами в этой области. Кроме того, у нас была уже готовая платформа для разработки вакцин, где разрабатывали препараты для борьбы с тем же вирусом Эбола. Соответственно, механизм разработки у нас уже был, причем испытанный.

С другой стороны, есть постановление, которое при необходимости позволяет проводить регистрацию вакцины в ускоренном порядке. Исследования при этом будут продолжаться. В принципе другие страны могли пойти по аналогичному пути, но они по какой-то своей причине этого не сделали.

— Действительно ли вакцина, получившая название «Спутник V», будет спасать от заражения или шансы заболеть после вакцинации все же остаются?

— У каждого человека иммунная система индивидуальна. Да, введением вакцины мы пытаемся сформировать протекционный иммунитет, но каждый человек может отреагировать по-разному. У кого-то формируется очень сильный защитный иммунитет, а у кого-то он может и не сформироваться. В таких случаях не исключен возможный факт заражений, но заболевание, по идее, будет протекать в легкой форме. Да и вообще процент таких людей очень маленький.

— Какие могут быть побочные эффекты?

— Наиболее частый эффект — местные реакции. В месте укола могут возникать покраснения или болезненные ощущения. Относительно этой вакцины упоминается еще повышение температуры, что тоже характерно для многих вакцин. Обычно это бывает небольшая и кратковременная температура в районе 37 или 37,5 градуса. Ее даже сбивать не нужно, если человек чувствует себя нормально. В крайнем случае можно выпить тот же парацетамол и все.

— Разработчики сообщали, что она будет действовать не менее двух лет. Значит повторно за это время ее делать не нужно?

— Сейчас еще слишком мало данных для того, чтобы сказать, какой будет схема вакцинации. По идее вирус не слишком изменчивый, и мы надеемся, что его антигенная структура будет сохраняться. В таком случае вакцина может иметь действительно долгосрочный эффект. И два года, и больше.

— И как понять, когда эффект закончится?

— К сожалению, по каким-то клиническим признакам понять или почувствовать этого нельзя. Могут показать только лабораторные исследования, которые определяют титр антител.

— Вакцина, как известно, нацелена на выработку иммунитета у коронавирусных больных. Не может ли случиться так, что прививка также спровоцирует так называемый цитокиновый шторм — атаку иммунных клеток, вызывающую воспаление?

— Нет, конечно. Иммунитет вообще штука сложная, ее нельзя свести к одному механизму действия. Он бывает разный — все виды долго придется перечислять. Но одно могу сказать точно — тот иммунитет, который мы формируем при введении вакцины, совершенно не может навредить организму человека.

«Если говорят носить маски, значит нужно носить»

— Давайте наконец поставим точку в рассуждениях о том, будет ли вторая волна коронавируса или нет?

— Определения «волна заболевания» не существует. Подъем заболеваемости действительно будет: его спровоцирует формирование новых коллективов — в школах, вузах, офисах — типичное для осени. Для распространения инфекции будет просто больше условий. Но вряд ли мы столкнемся со столь же масштабной эпидемией.

— Россия готова ко второй волне коронавируса?

— Школа была очень хорошая для всего здравоохранения. Сейчас есть ресурс для перепрофилирования и развертывания дополнительных коечных мест, к которому мы пришли уже в процессе распространения инфекции. Пройдя первый этап пандемии, мы уже сделали выводы и готовы к новому удару — есть и достаточное количество оборудования, опыт медицинского персонала, который активно работал в эпидемию, да и просто опыт людей. Обычные граждане слишком многое испытали за время эпидемии и поняли, что инфекционная болезнь — это действительно серьезно.

Поэтому, если говорят носить маски, значит действительно нужно их носить. Надеюсь, к мерам будут относиться с большей ответственностью и пониманием.

— Может ли получиться так, что бессимптомных пациентов с COVID-19 во время второй волны ждет повторное заражение — с тяжелым течением болезни?

— На самом деле повторное заражение совсем не зависит от того, с симптомами или без была перенесена инфекция. Оно зависит от того, сформировался защитный иммунитет или нет. У большинства переболевших он формируется, поэтому риск заразиться все же меньше. Однако все ситуации индивидуальны — теоретически шанс переболеть тяжелее есть.

— Иммунолог из Санкт-Петербурга Арег Тотолян заявлял, что люди будут тяжелее переносить коронавирус осенью. Какое у вас мнение на этот счет?

— Осенью начнется сезонная эпидемия гриппа и ОРВИ, из-за чего ситуация значительно усложнится. Но осложненное течение будет только в том случае, если одна инфекция наложится на другую — такое возможно при респираторных заболеваниях. Поэтому сейчас очень важно будет вакцинироваться от гриппа, в первую очередь.

— Можно ли сказать, что переболевшие гриппом получают иммунитет, который мешает заболеть коронавирусной инфекцией? Это правда?

— Вирус гриппа и новый коронавирус абсолютно разные. Поэтому, переболев гриппом, мы не приобретаем никакого дополнительного иммунитета. Шансы заразиться остаются такими же.

В случае, если все же произошло параллельное заражение двумя инфекциями, их будут лечить разными препаратами. Есть такие лекарства, которые борются с гриппом, есть и схема лечения коронавирусной инфекции. В случае такого серьезного заражения будет выбран комплексный подход.

Как отличить COVID-19 от гриппа

— Возможно ли как-то достоверно отличить коронавирусного больного от того, кто болеет гриппом или ОРВИ без теста?

— Здесь достоверно ответить может только лабораторное тестирование. Несмотря на все рассуждения в СМИ, никаких симптомов, которые бы достоверно отличали коронавирус от других заболеваний, нет. Может быть, некоторые первые симптомы могут дать наводку, но уверенными быть нельзя.

— Посиневшие пальцы, икота, сыпь – все это приписывают коронавирусу. Теперь, когда уже достаточно большой опыт взаимодействия с ним, можно ли считать их определяющими? Или они скорее исключение, чем правило?

— Далеко не у всех пациентов проявляются такие симптомы, поэтому назвать их патогномичными — так мы называем симптомы, которые однозначно отличают одну инфекцию от другой — нельзя.

— Новый коронавирус изменил ваши представления о каких-либо научно доказанных медицинских фактах? Что поразило?

— Коронавирус Sars-Cov-2, конечно, оказался особенным с точки зрения его способности заражать — он намного более контагиозный, чем все вирусы, которые мы встречали ранее. Тот же грипп с ним сравниться не может. Именно из-за этого фактора у него оказался очень высокий эпидемический потенциал.

Вторая его особенность — длинный инкубационный период. У всех респираторных вирусов он длится буквально несколько дней, а тут и до двух недель доходит. С таким мы ранее не сталкивались.

Механизмы развития болезни также первое время поражали — при коронавирусе поражение легочной ткани формируется из-за действия иммунных клеток и реакций. Ранее мы использовали препараты для подавления таких иммунных реакций, но чтобы эта воспалительная реакция была столь выражена и массивна — трудно привести аналогичный пример.

«Пандемия стала настоящим испытанием»

— Как строилась ваша работа во время пандемии? Что кардинально изменилось?

— До 15 января 2020 года 25 лет работал в Центральном НИИ эпидемиологии. Фактически мой переход совпал с началом пандемии, поэтому сравнивать предыдущую работу с нынешней в условиях пандемии не очень корректно. С приходом пандемии в моей жизни поменялось все.

Она стала настоящим испытанием для медицинских работников с точки зрения интенсивности работы. Все были в состоянии напряжения и перегрузки — только у каждого была своя задача.

— Что было самым тяжелым за полгода с начала пандемии?

— Интенсивность работы: нужно было круглыми сутками быть на связи и оперативно решать какие-то вопросы, готовить документы, реагировать на запросы.

— Приходилось ли Вам работать в «красных зонах»? Общались ли с коронавирусными больными?

— Непосредственно с больными работать мне не приходилось. В «красные зоны» мы ходили для проверки работы других организаций — выезжали в регионы с контрольными функциями. Но опыт ношения защитных костюмов и масок все равно имеется — туда без них никак не пройти.

— Коронавирус выявил целый ряд проблем в сфере здравоохранения: нехватка оборудования и квалифицированных специалистов, с теми же средствами защиты были трудности долгое время. Как вы думаете, изменится ли что-то на основании вынесенных уроков?

— Те уроки, которые мы извлекли, безусловно, повлияют на развитие системы здравоохранения. В правительстве уже начинают обращать больше внимания на инфекционную службу, у которой эпидемия коронавируса выявила особенно слабые места — это наши клиники, инфекционные больницы, кадровый потенциал, лабораторная служба. Эти моменты однозначно будут усиливать, чтобы быть готовыми к таким ситуациям, как текущая эпидемия.