Кто станет новым лидером Франции

Бьет — значит штраф

Общественная палата РФ предложила декриминализировать «побои близких лиц»

Сайхан Цинцаев 06.12.2016, 22:32
Жилой дом в Междуреченске, 2010 год Алексей Куденко/РИА «Новости»
Жилой дом в Междуреченске, 2010 год

В Общественной палате РФ прошли «нулевые чтения» законопроекта, вносящего изменения в статью 116 Уголовного кодекса «Побои». В последней редакции документа была выделена категория «близких лиц», за побои которых полагается ответственность вплоть до двух лет тюрьмы. Однако представители общественности посчитали, что этот пункт необходимо декриминализировать и перевести в разряд административных правонарушений, а также дать возможность примирения для обеих сторон.

Рассматривавшийся проект федерального закона предусматривает изменение статьи 116 УК РФ. Напомним, 3 июля 2016 года в нее был добавлен пункт о побоях близких лиц, за которые предусматривалась уголовная ответственность вплоть до двух лет тюрьмы. Под близкими лицами УК подразумевает близких родственников (супруг и супруга, родители, дети, усыновители, усыновленные, родные братья и сестры, бабушки и дедушки, внуки). Кроме того, в эту категорию включены опекуны, попечители, а также «лица, состоящие в свойстве с лицом, совершившим данное правонарушение, или люди, ведущие с ним общее хозяйство».

Одновременно была декриминализирована часть 1 статьи 116: если побои или насильственные действия принесли физическую боль, но не повлекли вреда здоровью и при этом не были совершены в отношении близких лиц, из хулиганских побуждений или по мотивам ненависти или вражды, то правонарушителю грозит административная ответственность. Если же ранее человек уже привлекался к административной ответственности, то за повторный проступок полагается уже уголовная ответственность.

Законотворцы посчитали, что нынешние формулировки закона позволяют неоднозначно толковать его. Документ, подготовленный и внесенный в Госдуму, предусматривает исключение «побоев близких лиц» из числа преступлений. «Таким образом, побои в отношении членов семьи, других близких лиц будут отнесены к административным правонарушениям», — говорится в пояснительной записке к проекту. Законопроект также было предложено дополнить возможностью примирения сторон.

Общественники во время обсуждения практически не затрагивали случаи насилия по отношению к супругу или супруге, сосредоточившись исключительно на детях. «Родитель, шлепнувший ребенка второй раз, может быть осужден на два года. Если ребенок, которому даже не причинена физическая боль, без синяков, скажет об этом, родитель может стать преступником», — возмущались участники «нулевых чтений».

По словам председателя общественного движения «Всероссийское родительское сопротивление» Марии Мамиконян, в связи с принятием так называемого «закона о шлепках» было проведено более 600 митингов и пикетов, против него было собрано 205 тыс. подписей. «Есть случаи, когда родители наказаниями не давали ребенку пойти по пути воровства и из-за этого оказывались осуждены.

Мы все против насилия в семье, но мы не считаем, что легкое наказание является насилием. Это воспитание».

«Представьте, что ребенок внезапно решил перебежать дорогу на красный свет, мама его схватила за руку, оставив синяк, а в детском саду его спрашивают: кто синяк оставил? Мама. И все, маму можно лишать родительских прав и привлекать к ответственности, — привели пример участники чтений. — Надо разделять побои, когда цель — нанесение вреда ребенку, и воспитание, может быть, физическими методами. Многие дети, вырастая, потом еще поблагодарят родителей за в свое время полученные шлепки».

Сторонники законопроекта называют нынешнюю версию документа некорректной и несправедливой. По данным МВД РФ, за 2015 год было зарегистрировано почти 23,5 тыс. преступлений по 116-й статье, из них 11,4 тыс. доведено до суда, и только в 4 тыс. случаев к ответственности привлекались родственники. «Посторонние для детей представляют больше опасности, чем мама и папа», — подчеркивали участники слушаний. «Нарушен принцип справедливости законодательства, — добавила лидер Ассоциации родительских комитетов и сообществ России Ольга Леткова. — За более тяжкие преступления, предусмотренные статьей 115, где присутствует нанесенный ребенку вред, наказание более мягкое, чем за более легкое преступление, но совершенное близкими людьми».

Отметим, что накануне чтений фонд «Общественное мнение» представил результаты соцопроса на тему возможной декриминализации семейных побоев. 44% респондентов раскритиковали эту инициативу. Среди критиков каждая вторая (50%) женщина и более трети (36%) мужчин. Они мотивируют свою точку зрения, в частности, тем, что подобное преступление должно быть уголовно наказуемо (16%), меньшее наказание может привести к большему насилию (8%), а также тем, что угроза уголовного наказания может заставить человека задуматься о своем поведении (4%).

Поддерживают инициативу 23% россиян. Такого мнения придерживаются чаще мужчины (27%), чем женщины (19%). Они объясняют свою точку зрения в том числе тем, что административное наказание — тоже наказание (5%), супруги должны сами разбираться с семейными делами (4%), наказание должно зависеть от степени вины (3%), нужно давать провинившимся шанс (2%).

Большинство (77%) россиян считают, что рукоприкладство во время ссор между супругами недопустимо, оправдывают применение физической силы 9% респондентов.
По словам 62% участников опроса, они не знакомы с такими семьями, в которых во время ссор применяется насилие. 3% говорят о личном опыте подобных отношений,

чуть менее трети (30%) опрошенных знают семьи, в которых муж, жена или оба супруга пускают в ход физическую силу в ссорах.

Россияне расходятся во мнениях о том, что делать супругам, если один из них применяет к другому физическую силу в конфликтных ситуациях. В ответ на просьбу социологов представить, что бы участники опроса посоветовали подруге в случае побоев со стороны ее мужа, более трети (37%) предложили бы ей развестись с супругом, 28% — сохранить семью. Более трети (34%) затруднились ответить. Мужчине в аналогичной ситуации более четверти (28%) опрошенных посоветовали бы бросить жену, более трети (37%) — сохранить брак. Не дали определенного ответа 35% респондентов.