Спасенное Заполярье

Особенности жизни в заполярном Нарьян-Маре: песчаные бури, оторванность от большой земли, рыбалка и подберезовики

Анастасия Берсенева (Москва — Нарьян-Мар) 13.06.2014, 11:50
__is_photorep_included6067385: 1

Заполярный Нарьян-Мар показался столичному журналисту курортным городком: везде песок, чайки в голубом небе и яркие дома. Но в такой земле растет только картошка, а в магазинах цены в два раза выше, чем в Москве: все продукты завозные. Люди надеются на программу развития Арктики и Северного морского пути, и предвестником перемен стал недавно созданный Арктический центр МЧС России.

«Ненцы-оленеводы ловят белочку, снимают шкурку, сушат тушку, замораживают и дают детям на палочке. Сырой. Это такой деликатес у них», — рассказывает замначальника ГУ МЧС по Ненецкому автономному округу Радик Касаев. Он поясняет что его, жителя Санкт-Петербурга, переехавшего работать в Нарьян-Мар, эта история потрясла больше всего. Еще удивляют деревянные дома на металлическом каркасе — проект, явно не предназначенный для Заполярья, карликовый лес и минусовые температуры. «Я приехал, а тут -42, а на следующий день — -47. Так я понял, что оказался на Крайнем Севере», — говорит Касаев. Он рассказывает, что у них есть специальные технологии, которые позволяют тушить пожары при такой температуре, в том числе новая машина, подогревающая воду в цистерне. Она появилась после создания в Нарьян-Маре в августе прошлого года Арктического центра МЧС. Были построены новые здания, в гаражах припарковалась техника, расширен штат, в общем, за судьбу региона теперь можно не переживать — спасут всех. В том числе оленеводов, которые, несмотря на невероятное умение ориентироваться в однообразной тундре, периодически теряются. «Алкоголь», — объясняют спасатели и снова вспоминают «белочку», но уже не ту, что с хвостом.

Хорошо, если представитель коренного народа лежал в санях, которые везут олени, тогда животные сами выйдут к стойбищу, в противном случае старейшины достают спутниковые телефоны и звонят спасателям.

Купить крепкий алкоголь в Нарьян-Маре нельзя уже после 20 часов. Видимо, ненцы запасаются заранее.

По статистике ненцев всего 7,5 тыс. человек. Здешняя земля слишком скудна и выращивать можно только картошку, рассказывают местные жители. На прилавках продукты, завезенные из других регионов, а их стоимость как минимум в два раза больше, чем в Москве. Бутылка пива — от 150 руб., а килограмм апельсинов — за 200. Даже местный продукт — колбаса из сырой оленины — в магазине производителя стоит больше тысячи рублей. Врио губернатора области Игорь Кошин уверяет, что средняя зарплата в регионе — 63 тыс. руб., а в больнице — 90 тыс. руб. (местные журналисты пояснили, что у них в редакции средняя цифра — 46 тыс. руб.), но хитрость кроется в северной надбавке в размере почти 80% зарплаты, которую можно получить, проработав в Заполярье пять лет безвыездно. Для небюджетной сферы такие деньги — почти недосягаемый уровень.

Настроение жителей Нарьян-Мара власти поднимают яркими цветами, в которые красят дома. Листва еще не появилась на деревьях, и желтые дома с синими и зелеными боками и красными крышами смотрятся игрушечными под ярко-голубым небом, в котором летают чайки.

Полное ощущение, что это не лето в Заполярье, а зима в курортном городе на берегу Черного моря: Нарьян-Мар утопает в песке.

При подлете к нему открываются желтые пятна с барханами, на взлетном поле песок, поднятый ветром, безостановочно хлещет по лицу. А в самом городе песчаные наносы застилают улицы и газоны. Кажется, если люди внезапно покинут город, то песок быстро поглотит строения.

Сейчас в Заполярье +7, но на ветру это чувствуется как -10. «Солнце заходит в два часа ночи и всходит в три часа ночи, — говорит Радик Касаев. — А через неделю понятие «ночь» совершенно исчезнет». Это самый лучший период года, люди стараются его использовать по максимуму, чтобы сделать все дела в огородах и хозяйствах, добавляет он. Когда температура воздуха достигает +15, то появляются мошка, комары и огромные слепни, от которых защищает только, пожалуй, прорезиненный костюм. Сейчас слепни сидят в виде личинок в шкурах оленей. Ближайший олень ходит на привязи около чума для туристов, разбитого совсем рядом с городом. Ненец Матвей Чупров запускает руку в ворс оленя и достает трехсантиметровую коричневую личинку, наслаждается ужасом на лице окружающих и бросает ее на землю. «Идемте в чум! Там водка! — кричит он. — В Нарьян-Маре же не наливают». Он благодарит спасателей, которые привозят дрова для оленеводов, рассказывает, что в чумах тоже бывают пожары, но редко, в основном если лопается труба у печки, стоящей в центре чума, или если вспыхивают горючие материалы. «Под Новый год чум сгорел, у них там бензин стоял», — говорит Чупров. Огнетушители ненцы не держат принципиально.

Помимо ненцев сотрудникам МЧС приходится присматривать за рыбаками и охотниками: в регионе практически все мужское население увлекается поиском добычи. «Мужики уезжают рыбачить на неделю, месяц, у них там избушка, сети, удочка, а жены волнуются, вот и приходится их искать», — говорит Касаев. Достаточно проехаться вдоль берега и заглянуть в избушки, чтобы найти пропавшего. Но есть опасность, что охотник стал добычей медведей.

«Медведи тут есть, бывает, людей едят, особенно весной, когда просыпаются голодные, — добавляет спасатель. — Севернее Нарьян-Мара встречаются белые, а южнее — бурые, но мы их берлоги не считаем, еще этого нам не хватало».

В числе потенциальных потеряшек — грибники. «Тут такие грибы: идешь — одни подберезовики!» — закатывают глаза знатоки.

Зимой приходится спасать водителей, которые застревают в снегу на зимнике. Это ледяная трасса, которую каждый год специально возводят через болота: снег проминается бульдозером, а сверху заливается вода, которая быстро замерзает. «На въезде и выезде стоят КПП, считают машины, и число въехавших на зимник должно совпадать с числом выехавших. Если кто-то застрял, то с КПП звонят нам», — объясняет Касаев. В гараже МЧС есть вездеходы, которые могут быстро преодолеть любые заносы. После разведки к застрявшим в снегу машинам выезжает «Белый орел» — вездеход на базе «КамАЗа». «С февраля по март ребята почти не выезжали с зимника, там постоянно стояли «Белый орел» и вездеходы «Лось» и «Бобр», вывозили водителей. Бывало, что двигатели у машин замерзали, бывало, что дорогу замело, — рассказывает старший смены ненецкого поисково-спасательного отряда МЧС России Сергей Пономарев. — Сначала надо найти людей, напоить их горячим чаем, накормить, дать теплую одежду, потом вывезти». В жилой отсек «Белого орла», рассчитанный на четырех человек, помещается до 15 замерзающих автомобилистов. «Их технику оставляем на месте, а людей вывозим.

Есть моменты, когда люди сопротивляются, говорят: мы машины не оставим. Но понятно, что тут уже два варианта — либо замерзать вместе с машиной, либо спасаться самому.

Технику можно после метели спокойно забрать. Никто ее не угонит, там на расстоянии 250 км ничего нет, одни буровые вышки», — рассказывает Пономарев.

За нефтяниками тоже приходится приглядывать спасателям: хотя у сотрудников этой отрасли есть свои службы безопасности, когда на место происшествия прибывают сотрудники МЧС, они берут на себя руководство операцией. Рядом в Баренцевом море находится платформа «Приразломная», попавшая в топы новостей осенью прошлого года после акции экологов из Greenpeace. На суше множество буровых вышек, а также нефтепроводы. За восемь лет на территории округа произошло 25 случаев разливов нефти. Среди крупных — фонтанирование скважины на месторождении Требса в 2012 году, когда разлилось около тысячи тонн нефти. За последние девять месяцев в НАО был только один случай разлива — на территории старой военной части, где произошла утечка нефти из резервуара, говорит замначальника ГУ МЧС округа. По словам Касаева, технологии сбора нефти у них стандартные, такие же как и в других регионах.

В регионе надеются на новую стратегию развития Арктической зоны России до 2020 года, которую Владимир Путин утвердил в начале мая этого года. «Вся территория НАО войдет в состав Арктической зоны России», — подчеркнул врио губернатора Игорь Кошин.

Программа предусматривает развитие Северного морского пути, а значит, более устойчивую связь НАО с большой землей, или, как там говорят, с Россией. Может быть, тогда и цены на продукты снизятся, и стоимость проезда в другие регионы упадет. Пока что два дня на пароме с личным транспортом обходятся в 12 тыс. руб., рассказывают местные жители. Прямые авиабилеты из Москвы в Нарьян-Мар и обратно стоят от 20 тыс. руб.

В этом свете появление Арктического центра МЧС в Нарьян-Маре — первого из десяти аналогичных центров по всему российскому Заполярью — стало одним из предвестников благоприятных перемен. «В зону обслуживания Арктического центра МЧС входит Северный морской путь», — пояснил глава региона Игорь Кошин. Он рассказывает, что когда работал еще в Совете Федерации, то входил в экспертный совет по Арктике и разрабатывал документы по развитию этого региона. «Поэтому мне понятны планы нашей страны по Арктике», — заключил Кошин.

Среди других положительных моментов — рост населения НАО по результатам последней переписи населения. Сейчас в регионе живет чуть больше 43 тыс. человек. Три года назад было на несколько сотен человек меньше. Несмотря на суровые условия Заполярья, люди не спешат уезжать на большую землю, а стройные гардеробщицы в местном культурном центре рассказывают друг другу страшилки про знакомства по интернету: «Она договорилась о свидании, прилетела, а ее никто не встретил, так и вернулась обратно».