«Это они у меня на глазах били женщин дубинками»

Родственники и друзья зэков из ИК-6 продолжают подавать заявления об избиении ОМОНом

В Челябинск приехали представители совета по правам человека для подготовки выездного заседания по ситуации в колонии № 6. Родственники и друзья зэков продолжают подавать заявления об избиении их омоновцами, но дел по ним не заведено. Расследуются лишь нападения на бойцов ОМОНа: как сообщили в травмпункте, среди диагнозов указаны выбитый зуб, легкое сотрясение мозга и вывих ступни.

Утром в среду в Копейск, где в минувшие выходные заключенные колонии № 6 устроили акцию протеста, прибыли представители совета по правам человека (СПЧ) при президенте для подготовки выездного расширенного заседания рабочей группы, которое пройдет в Копейске в начале следующей недели. Накануне в управлении Следственного комитета возбудили уголовное дело по факту произошедшего в ИК-6 по пп. «а», «в» ч. 3 ст. 286 (превышение должностных полномочий с применением насилия и причинением тяжких последствий). Фигурантов в деле нет. Тем сотрудникам колонии, чья вина будет доказана, грозит до десяти лет лишения свободы. Как сообщил, выйдя вечером из колонии, представитель общественной наблюдательной комиссии (ОНК) Николай Щур, который только накануне смог посетить исправительное учреждение, чтобы собрать свидетельства о происходившем в ИК-6, заключенные подали следователям больше ста жалоб на вымогательства и избиения в колонии за последние пару лет (СК сообщал, что принято 41 заявление). Эту новость в стане родственников осужденных восприняли с большим воодушевлением. Однако из того же сообщения на сайте СК стало известно о возбуждении пяти дел по фактам применения насилия в отношении сотрудников ОМОНа, которые разгоняли родственников заключенных, собравшихся возле ИК-6 в субботу.

— Что, и против омоновцев возбудили дела? — радостно переспросил один из родственников заключенных у челябинского координатора проекта Gulagu.net Оксаны Труфановой.

— Нет. Против людей, которые якобы били ОМОН.

— Что?! Это они у меня на глазах били женщин дубинками, крушили машины, травили собаками! Все же видели!

— Да знаю я: я же сама там была. Уже сняла побои. Вечером надо еще сделать снимки: что-то рука немеет, — ответила ему Труфанова.

Источник в прокуратуре Челябинской области рассказал, что дело по превышению полномочий сотрудниками ФСИН возбудили по инициативе Генпрокуратуры.

О возбуждении дел по фактам насилия в отношении омоновцев в надзорном ведомстве услышали из СМИ. Зато источник подтвердил, что продолжают активно поступать заявления людей, избитых ОМОНом. Тем не менее вопрос об уголовном преследовании полицейских, разгонявших родственников заключенных у колонии в ночь с субботы на воскресение, все еще не решен.

Сразу после тех событий в областном ГУ МВД поспешили заявить о задержании возле ИК-6 «за различные административные правонарушения» около четырех десятков человек. При этом, как сообщали в полиции, «пострадавших из числа контингента» не было. Днем позже — вечером 25 ноября — на сайте ведомства появилось сообщение, согласно которому «в ходе пресечения административных правонарушений» в субботу около колонии пострадали восемь сотрудников ОМОНа. В региональной полиции добавляли, что «размещенная в ряде СМИ информация об избиении граждан сотрудниками ОМОН не соответствует действительности».

Во вторник, после сообщения о возбуждении уголовного дела о превышении должностных полномочий сотрудниками ИК-6 и звонков от членов ОНК с сообщениями о том, что заключенные готовы массово давать показания о систематических вымогательствах, избиениях и издевательствах, правозащитники и родственники осужденных немного успокоились, убедившись к тому же, что убитых в колонии нет.

Правозащитница Оксана Труфанова весь вечер посвятила встречам с предполагаемыми жертвами действий ОМОНа. Несмотря на то что многие из них были серьезно напуганы, возмущенные избиением люди активно фиксировали полученные травмы и писали заявления в правоохранительные органы.

Вечером выяснилось, что заявление в полицию хочет подавать местная жительница, утверждающая, что через сутки после избиения бойцами ОМОНа у нее случился выкидыш.

Яна Апсолянова живет с мужем и двумя детьми в общежитии на окраине Челябинска. «Я хочу добиться, чтобы те, кто это сделал, ответили, — заявила хрупкая молодая женщина. — Ответили за то, что били без разбора беззащитных людей». По словам Апсоляновой, она вместе с мужем приехала к ИК-6, когда родственники их знакомого заключенного забили тревогу. Пока они вместе с остальными ждали хоть каких-то подтверждений, что знакомый жив и здоров, цепь ОМОНа неожиданно двинулась на родственников. В этот момент женщина достала телефон и начала снимать происходящее на видео. «Вот смотрите, как они били людей», — говорит Апсолянова и достает планшет. На видео, снятом в ночь на воскресенье, сначала идет перебранка родственников с ОМОНом — собравшиеся требуют пропустить кого-нибудь из них на территорию лагеря, чтобы узнать, что случилось с их близкими. То и дело возникают перепалки, слышен собачий лай.

Родственники зэков оказываются близ выстроившихся в ряд омоновцев. Слышны звуки ударов и крики о помощи — полицейские кого-то бьют.

Бойцы спецназа смыкают щиты, за цепью остается лежащий на земле человек. В ОМОН летят пластиковые бутылки и банки. Рядом идет драка. «Не трогайте меня», — кричит оператор. За кадром женские рыдания: «Мне омоновец просто в...бал». Ближе к концу раздается мужской голос, повторяющий: «Все, уходите, пожалуйста, отсюда. Уходите». Оператор удаляется. На фоне черного экрана то и дело слышатся истошные крики и звуки ударов. Ближе к концу, когда Апсолянова вновь подходит ближе к месту событий, раздаются голоса: «Пожалуйста, пожалуйста, мы заберем его», «Назад, я сказал!», «Они его палками, а то еще чем же», «Вы представитель силовых структур, почему вы так обращаетесь с людьми», «Идите на х.. отсюда!», «Саша, не матерись, это корреспонденты», «Ну чего баб-то бьют!», «Представляешь, стоят ДПС и е...шат ему машину». Заканчивается видео словами оператора: «Они мне в...ли два раза, не пропускают ни х...я».

«Они действовали как нелюди, спускали на людей собак», — утверждает Апсолянова.

Как уточнила жительница Челябинска, один из служебных псов покусал ее мужа за шею. «У нас есть все документы — у меня и у мужа», — заявила она, демонстрируя синяки на теле — по ее словам, следы от резиновых дубинок.

По словам Апсоляновой, врачи местной гинекологии, которые хорошо ее знают, сказали ей, что причиной выкидыша, случившегося у нее спустя сутки после той ночи, стало избиение. После оказания неотложной медицинской помощи женщина отказалась от госпитализации, чтобы не бросать двоих детей. В среду, сразу после получения всех необходимых медицинских документов, она собиралась обратиться к следователям. Апсолянова добавила, что через социальные сети она связалась с другими пострадавшими — и одна из избитых девушек сказала ей, что все еще лежит в больнице с переломом руки.

В среду утром Апсолянова сообщила, что не может получить в больнице медицинские справки, нужные ей для подачи заявления: «Не дают». Официальные комментарии правоохранительных органов и врачей получить пока не удалось.

Еще один возможный пострадавший от действий ОМОНа житель Копейска рассказал, что полицейские вытащили его из припаркованного недалеко от колонии автомобиля и избили до потери сознания.

А во вторник, говорит он, к нему явились оперативники и увезли разбитый ВАЗ-2112 на штрафстоянку, угрожая обвинить в попытке сбить двух полицейских. Дмитрий (фамилию он называть не хочет) серьезно напуган угрозами: его друзья утверждают, что «сейчас оперативники ищут, на кого повесить вину за пострадавших омоновцев». Молодые люди, собравшиеся вечером возле входа в один из круглосуточных магазинов Копейска, местные жители, в один голос говорят, что видели машину Дмитрия возле ИК-6. По их, словам она не трогалась с места, когда подбежали бойцы спецназа и стали выбивать стекла. «Да у него сердце остановилось по ходу, когда его вытащили из машины и избили. Мы его откачивали сами», — заявляет один из очевидцев. Его слова готова подтвердить Оксана Труфанова, которую омоновцы в тот момент настигли как раз неподалеку от этого автомобиля. Сам он заявил, что уже нашел адвоката и в среду будет искать вместе с ним, куда увезли его машину.

При этом родственники и друзья зэков, заявляя, что сами ничем не провоцировали ОМОН на жесткие действия, говорят, что в толпе было несколько агрессивно настроенных граждан.

«Кто они, мы не знаем, но вели они себя вызывающе, и мы просили их утихомириться. Были они у колонии только в ту ночь — больше мы их не видели», — заявил один из избитых ОМОНом на условиях анонимности.

После многочисленных заявлений жителей Челябинска и Копейска об избиении у колонии члены ОНК намерены посетить ИВС, где все еще находится по меньшей мере один из задержанных в субботу вечером: согласно официальному сообщению челябинского ГУ МВД, он получил пять суток административного ареста. В среду член ОНК Щур обещает заняться судьбой задержанного.

Во вторник поздно вечером, когда правозащитница Труфанова приехала в травмпункт № 9, чтобы еще раз осмотреть полученные травмы, выяснилось, что шестерых пострадавших бойцов осматривали именно здесь: база ОМОНа находится как раз неподалеку. Со слов врачей, самые серьезные травмы у спецназовцев — один выбитый зуб, вывих ступни и легкое сотрясение головного мозга.