«Людей пытали за просьбу о свидании»

Бывшие заключенные колонии в Энгельсе, где скончался осужденный, утверждают, что пытки имели массовый характер

Вячеслав Козлов 03.05.2012, 20:36
Пытки и избиения в колонии №13 были массовыми ИТАР-ТАСС
Пытки и избиения в колонии №13 были массовыми

Пытки и избиения в колонии № 13 в Саратовской области, где в конце апреля от побоев скончался заключенный Артем Сотников, были массовыми и осуществлялись по указанию начальника исправительного учреждения. Об этом «Газете.Ru» рассказали бывший заключенный колонии, ссылающийся на свой опыт, и мать скончавшегося зэка, которая услышала об этом в суде от арестованного сотрудника колонии. В управлении ФСИН предлагают дождаться окончания служебной проверки.

Пытки заключенного Артема Сотникова, который скончался от полученных травм в карцере ИК № 13 в городе Энгельсе под Саратовом, не единичный случай издевательств над осужденными в этой колонии. Об этом «Газете.Ru» сообщил бывший заключенный Роман Толстых, который приехал в Москву, чтобы встретиться с правозащитниками и рассказать о фактах насилия в колонии. Вместе с ним в столицу прибыла мать погибшего в саратовской колонии заключенного Лариса Сотникова.

Толстых рассказал «Газете.Ru», что на его памяти пытали как минимум 30 человек. «Причем это только те, кого я лично знал. Меня тоже пытали. Подвешивали над землей, приковывали наручниками и так оставляли. При этом могли бить. А могли отпустить, но оставить еще на некоторое время и бить уже без наручников», — заявил Толстых. Сам он вышел на свободу 28 апреля 2012 года, на следующий день после гибели в колонии 24-летнего Артема Сотникова. Толстых утверждает, что слышал, как пытают Сотникова.

«Я слышал стоны, хотя они (сотрудники колонии), как правило, делают все, чтобы слышно не было. Они ставят на улице колонки и включают музыку, чтобы заглушить крики, заводят людей на второй этаж и там бьют. Но это не помогает», — говорит Толстых.

В начале апреля, продолжает он, зэки попытались организовать голодовку, чтобы привлечь внимание общественности к действиям сотрудников колонии, но их хватило лишь на несколько дней, говорит бывший заключенный. «Бить начали всех подряд, голодовка продолжалась до 6 апреля. Сейчас в колонии никто не голодает: все боятся», — отмечает Роман Толстых. В саратовском управлении пенитенциарной службы пояснить, была ли в колонии голодовка в начале апреля, не смогли. «Это надо уточнять. Но могу уверенно сказать, что сейчас колония работает в штатном режиме», — сказали «Газете.Ru» в пресс-службе областного УФСИН.

В избиениях и пытках, по словам Толстых, обычно участвовали порядка десяти человек, но в основном били или непосредственно присутствовали при этом заместитель начальника колонии по безопасности и оперативной работе Лихоманов, начальник отдела безопасности колонии Константин Серов и его подчиненные – Данилов, Четвертных и Михаил Бобряшев. Как утверждает Толстых, эти люди выполняли приказы начальника колонии Вадима Бочкарева.

Мать скончавшегося Артема Сотникова Лариса также связывает начало массовых избиений в колонии с приходом туда Вадима Бочкарева в середине января 2012 года.

«Людей пытали, к примеру, за вполне законную просьбу о свидании или за вызов в колонию адвоката. Ничего не разрешалось — сразу били», — рассказала «Газете.Ru» Лариса Сотникова. По ее словам, особая роль начальника колонии в издевательствах над заключенными подтверждается показаниями арестованных сотрудников ИК № 13. Показания, по словам матери скончавшегося, были озвучены 2 мая во время судебного процесса, на котором решалась мера пресечения Серову и Бобряшеву, подозреваемым в избиении Сотникова с применением специальных средств. «По показаниям Бобряшева, которые были озвучены на суде, где я присутствовала, они выполняли приказы Бочкарева», — отметила Сотникова.

Судья постановил отправить сотрудников колонии под арест на два месяца. Дело возбуждено по части 3 статьи 286 УК (превышение должностных полномочий). Действия арестованных также квалифицированы по статье 111 УК (умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего).

Помимо следственных действий в колонии проводится проверка саратовской прокуратуры и областного УФСИН. На время проверки от своей должности отстранен начальник колонии Бочкарев. Сам Бочкарев провел в кресле главы исправительного учреждения меньше полугода. Как сообщили «Газете.Ru» в саратовском УФСИН, раньше он занимал должность заместителя начальника ИК № 33, которая также находится в Саратовской области. На вопрос, отдавал ли Бочкарев приказы о применении насилия по отношению к заключенным, во УФСИН ответить не смогли. «Подождите окончания проверки, которая, как правило, длится около месяца. Не надо заведомо обвинять человека без достаточных на то оснований», — заявили в областном управлении пенитенциарной службы.

В следственном отделе города Энгельса саратовского управления Следственного комитета, где возбудили дело по факту смерти 24-летнего Артема Сотникова, утверждают, что осужденный за грабеж 25 апреля был помещен в штрафной изолятор на пять суток за нарушение распорядка дня. 27 апреля, во время планового обхода, Сотников был обнаружен мертвым. Подозреваемые свою вину не признают: они заявляют, что Сотников умер из-за падения. При этом судмедэксперты констатировали насильственный характер смерти заключенного: установлено, что Сотников скончался от перелома копчика и травматического шока.

По словам Ларисы Сотниковой, ее сын попал в карцер не 25-го, а 24 апреля.

Начальнику колонии якобы не понравились, что заключенный днем ранее попросил свидания со своей матерью. Уже в карцере Сотникова заковали в наручники, подвесили за руки и начали избивать – в таком состоянии осужденный провел два дня, утверждает его мать.

Она утверждает, что из-за тугих наручников у Сотникова остались кровяные подтеки на запястьях. «Его пытали электрошокером, на теле остались следы, били по пяткам, сломали копчик, по сути, переломив человека на две части – у меня есть фотографии, где все это видно и зафиксировано. Я их сделала в морге, когда мне предоставили тело», — говорит Сотникова. Поведение сотрудников колонии и УФСИН по Саратовской области у нее также вызывает вопросы. По ее словам, о смерти сына она узнала по звонку из колонии и «анонимно». Незнакомый человек ей сообщил, что «Артема замучили в карцере». Официально информацию о смерти сына Сотникова узнала лишь у следователей города Энгельса – ни в СУ СК по Саратовской области, ни в колонии, куда сразу же отправилась Сотникова, ей «ничего не сказали».

Сейчас, утверждает Роман Толстых, руководство колонии пытается замять скандал. «Тех, кто давал показания против руководства колонии, отправили в помещение для штрафников, — говорит бывший заключенный. — Остальных тоже заперли, чтобы со штрафниками никто не контактировал». Эту информацию в саратовском УФСИН прокомментировать не смогли.

Правозащитники указывают, что это уже не первый случай, когда в саратовских колониях обнаруживаются факты пыток над заключенными. «Саратовские колонии всегда славились жестокостью по отношению к заключенным. Там были созданы отряды активистов из числа осужденных, которые занимались пытками и избиениями», — заявил «Газете.Ru» руководитель правозащитного проекта «Гулагу.нет» Владимир Осечкин. Он считает, что история со смертью Артема Сотникова должна подтолкнуть центральный аппарат ФСИН к более качественным реформам в уголовно-исполнительной системе: «Нужна кампания против пыток и насилия».

Но без ужесточения законодательства ситуацию разрешить не получится, полагает Осечкин.

«Недавно в рамках работы «Открытого правительства» я передал в администрацию президента поправки в Уголовный кодекс, которые ужесточают наказание за превышение должностных полномочий и укрывательство тех, кто это должностное преступление совершил», — рассказал Осечкин. В своих поправках, которые, по его словам, сейчас находятся в государственно-правовом управлении президента, он предлагает лишить правоохранителей, в том числе и сотрудников ФСИН, возможности получать вместо реального срока заключения условный. «Когда идет следствие, превышение должностных полномочий, как правило, квалифицируется по п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ, — это деяние отнесено к разряду тяжких. Правоохранители, которые находятся под следствием, обычно дают признательные показания, соглашаются на сотрудничество со следствием и таким образом пользуются возможностями, которые предоставляет эта статья, получить особый порядок судопроизводства и условные 3–4 года заключения вместо десяти реальных. Мы предлагаем перевести эту статью в разряд особо тяжких и увеличить срок заключения по ней от 7 до 12 лет. Чтобы тот, кто захочет поиздеваться над человеком, к примеру, в полицейском участке, знал, что он уже не отделается условным сроком», — предложил руководитель «Гулагу.нет».

Другое предложение – ужесточить наказание за укрывательство тех, кто превысил должностные полномочия. Сейчас уголовная ответственность грозит только за укрывательство особо тяжких преступлений, но так быть не должно, говорит правозащитник. Он предлагает изменить ст. 316 УК (укрывательство). «За укрывательство тяжких преступлений должно грозить до 5 лет, особо тяжких — от пяти до десяти. Сейчас же круговая порука ставит крест на любых следственных действиях», — отметил Владимир Осечкин.