«Каждый может быть скомпрометирован»

Почему скандалы и компроматы стали главным предвыборным инструментом

Избирательные гонки и раньше сопровождались скандалами, однако в последних кампаниях компромат становится чуть ли не центральным игроком. «Газета.Ru» разбиралась, почему кандидаты в президенты все чаще используют компроматы и как этому способствуют солидные СМИ.

Компроматы в избирательных кампаниях — явление не новое, оно, наверное, появилось тогда же, когда прошли первые выборы. Однако если раньше материалы, призванные испортить имидж кандидатов, были лишь дополнительным инструментом в арсенале политтехнологов, то современные избирательные кампании все чаще сопровождаются громкими и зачастую имеющими решающее влияние на исход гонки скандалами.

Компроматы берут верх в США

Президентская гонка в США и только набирающая обороты кампания во Франции являются яркими доказательствами. После утечки электронных писем Хиллари Клинтон, в которых кандидат в президенты США от Демократической партии обсуждала политические вопросы, американская общественность задавалась вопросом, можно ли доверить Клинтон управление страной.

«Хиллари показала, что безопасность страны и американских семей для нее ничего не значит», — говорил победивший в итоге республиканец Дональд Трамп.

К слову, именно утечка писем, выложенная на сайте WikiLeaks, послужила поводом для разбирательств со стороны ФБР. Действия Бюро в предвыборном штабе Клинтон считают основной причиной ее поражения на выборах 8 ноября. Буквально за две недели до начала второго разбирательства, по данным социологических служб, она лидировала, однако, когда ФБР заинтересовалось новым пакетом «утечек» из переписки, Клинтон начала терять поддержку со стороны неопределившихся избирателей.

Также не на руку кандидату от демократов сыграла информация о том, что фактически национальный комитет Демократической партии работал на Клинтон и при этом целенаправленно «топил» ее оппонента Берни Сандерса.

Вместе с тем и скандалы вокруг Трампа не утихали ни до дня голосования, ни после. Сначала газета The Washington Post опубликовала запись разговора 2005 года, в котором Дональд Трамп нелицеприятно отзывался о женщинах, за что кандидату пришлось извиняться. Кроме того, американские СМИ активно обсуждали финансовую схему предпринимателя Трампа, которая якобы позволяла ему на протяжении 18 лет уходить от налогов. Однако позже выяснилось, что факт махинаций все же присутствовал, но Трамп скорее использовал существующие законодательные пробелы, нежели специально обманывал налоговые органы страны.

Самый же громкий скандал настиг Трампа уже после избрания. Телеканал CNN и ресурс BuzzFeed распространили информацию о сенсационном досье, собранном бывшим сотрудником британских спецслужб.

В документе утверждалось, что у ФСБ России есть некий компромат на избранного президента США, включая видео «секс-приключений» Дональда Трампа в одном из московских отелей.

Впрочем, факт досье британская разведка быстро опровергла, а CNN столкнулся с чередой резких обвинений со стороны Трампа. К слову, представители Белого дома теперь отказываются давать интервью и комментарии телеканалу.

Европейский опыт

Схожая ситуация складывается и во Франции, где под подозрением в незаконных действиях находятся уже все фавориты избирательной гонки. Долгое время считавшийся лидером гонки кандидат от «Республиканцев» Франсуа Фийон вынужден доказывать, что его жена не получала незаконно €900 тыс., а лидер «Национального фронта» Марин Ле Пен — что не отмывала сотни тысяч евро, нанимая в партию фиктивных сотрудников.

Кроме того, ресурс WikiLeaks 1 февраля опубликовал архив документов, связанных с деятельностью Фийона и Ле Пен, а также намекнул, что в распоряжении сайта есть документы и на другого фаворита — Эммануэля Макрона, бывшего социалиста и самовыдвиженца.

Вероятно, еще не стартовавшая избирательная кампания в Германии также будет сопровождаться скандалами. Выборы в парламент здесь состоятся только осенью, но заявка на использование компромата уже сделана.

В 2015 году в Германии разразился настоящий шпионский скандал, когда стало известно, что АНБ прослушивало телефонные разговоры федерального канцлера Ангелы Меркель. Тогда это удалось замять. Сегодня же немецкие политики и представители спецслужб уже заявляют, что ожидают вмешательства России в избирательный процесс, заранее, по примеру США, обвиняя Кремль в кибератаках.

Изменились источники

Главная задача кандидата в предвыборной кампании — выстроить свой имидж и разрушить чужой. Одним из действенных инструментов становится наклеивание ярлыков на оппонентов. Этим активно пользовались американские политтехнологи в последней избирательной кампании.

Хиллари Клинтон обвиняли в «жуликоватости» и слабоумии. Клинтон же заявляла, что Трамп антисемит, расист и гомофоб. Во Франции сегодня также пытаются вешать ярлыки: на Фийона — жулика, который оплачивал из государственных средств якобы несуществующую работу жены, на Ле Пен — фашистки.

Однако и в этом инструменте нет ничего нового. Эксперты утверждают, что главным новшеством современной борьбы компроматов выступает то, как средства массовой коммуникации переосмыслили свою роль в избирательном процессе.

«Изменились каналы появления компрометирующей информации.

Если раньше она вбрасывалась через неформальные каналы, через неаффилированные с кандидатами источники, то сейчас ее стали публиковать фактически через официальные каналы и средства массовой информации», — рассказала в беседе с «Газетой.Ru» Инна Ветренко, доктор политических наук, профессор Омского госуниверситета.

Активное участие в обсуждении и распространении компрометирующих материалов в таких «уважаемых и солидных медиа», как The Washington Post, The New Your Times, CNN и других, делает такую информацию более правдоподобной. «И это имеет более серьезное воздействие и существеннее влияет на итоговый процент голосования», — подчеркнула Ветренко.

Процесс объясним в том числе тем, что современная журналистика все чаще обращается к новым техническим средствам распространения информации: от популярных соцсетей до анонимных мессенджеров. Здесь информация распространяется быстрее, но ее достоверность, как правило, остается под вопросом.

Истории темные и еще темнее

Центральные СМИ и раньше активно информировали читателей о нелицеприятных историях, связанных с политиками. В 1990-е в США сексуальный скандал вокруг президента Билла Клинтона чуть не привел к его импичменту. Также СМИ активно писали о том, что энергетические проекты Джорджа Буша-младшего обслуживали интересы частных нефтегазовых компаний, а не государства.

По мнению директора Центра политических технологий Игоря Бунина, во французской политической истории компроматы являются своего рода традицией. Он напомнил об обвинениях в адрес Жака Ширака в спекуляциях с акциями в 1995 году, а также о подозрениях, что президент Николя Саркози, воспользовавшись служебным положением, купил квартиру по заниженной цене.

Собеседник «Газеты.Ru» отметил, что использование «темных историй» — обычный прием во время избирательных кампаний.

«Кроме того, надо понимать, что сейчас благодаря СМИ, WikiLeaks и другим просторам интернета, открытости информации, в том числе доступу к доходам политических деятелей, все становится известно в более крупных масштабах», — считает Бунин.

Компромат активно использовался и в российской политике в начале 1990-х. Например, в свое время вице-президент России Александр Руцкой грозил своим противникам «11 чемоданами компромата». В начале 2000-х сексуальный компромат стал символом борьбы за власть — его жертвой стал тогдашний генпрокурор Юрий Скуратов. Он был вынужден уйти в отставку после того, как в СМИ просочилась видеозапись, на которой «человек, похожий на генпрокурора», отдыхал в компании проституток.

В середине 2000-х годов к компромату прибегали и в качестве инструмента дискредитации российской оппозиции. Несколько оппозиционеров, включая политика Илью Яшина, публициста Виктора Шендеровича и журналиста Михаила Фишмана, были сняты скрытой камерой в компании девушки «с низким социальным статусом» Кати Му-Му (Герасимовой), предположительно сотрудничавшей со спецслужбами. Впоследствии эти кадры транслировали прогосударственные телеканалы в разоблачительных материалах.

В апреле 2016 года канал НТВ показал фильм «Касьянов день» с кадрами интимного свидания экс-премьера Михаила Касьянова, одного из лидеров партии ПАРНАС, и его коллеги Натальи Пелевиной. Тогда скандал вызвал даже не столько факт свидания, сколько нелицеприятные высказывания политиков в адрес своих коллег.

Компромат — сигнал элитам, а не избирателям

Эксперты считают, что усиление роли СМИ в распространении компрометирующих материалов является трендом последних лет. Однако долго ли он продержится, в настоящий момент непонятно.

По словам Инны Ветренко, чувствительность рядового избирателя к такого рода публикациям снижается, а вот чувствительность СМИ, наоборот, возрастает. Именно поэтому медиа становятся мощным инструментом воздействия.

«Компрометирующие материалы и шоу, как правило, дают определенный сигнал политическим элитам, а не избирателю», — говорит собеседник «Газеты.Ru».

Отдельно Ветренко отмечает, что технологии компроматов не делят электорат на левых, правых и центр. Политическая идеология уже давно не играет лидирующей роли в крупных скандалах, влияющих на предвыборные расклады.

«Связано это с тем, что в некотором кризисе находятся партии. В Европе они сейчас не представляют собой значимые политические институты, отсюда и размытость идеологии», — уверена она.

«Технологи, которые ведут избирательные кампании, в таких условиях идут по принципу «хватай всех». Потому что идеологически зацепить европейского избирателя, искушенного и опытного, крайне сложно», — рассказала эксперт в беседе с «Газетой.Ru».

Такого же мнения придерживается Игорь Бунин из Центра политических технологий, который утверждает, что в нынешних политических реалиях идеология и программы кандидатов не столь важны, сколько важно «убрать скелеты».

«Даже сейчас мы наблюдаем, как все нестабильно идет в предвыборной гонке во Франции. То лидировал Ален Жюппе, потом Фийон, но сейчас и его рейтинг опустился. Систему легко дестабилизировать. Поэтому если есть скелеты, то их лучше спрятать или вообще отказаться от участия в выборах. Каждый может быть скомпрометирован», — считает Бунин.