Битва за подпись тещи

Оппозиционных кандидатов в провинции снимают с выборов по почерковедческой экспертизе регионального МВД

Избирательная комиссия Краснодара отказала в регистрации единственному на Кубани кандидату ПАРНАС 34-летнему Леониду Запрудину. Вместе с ним с предвыборной гонки в городскую думу Краснодара сняли еще 17 кандидатов-самовыдвиженцев из-за ошибок при оформлении подписных листов, разночтений с данными ФМС и почерковедческой экспертизы МВД Краснодарского края.

В зале заседаний городского избиркома Краснодара десяток несостоявшихся кандидатов. В основном самовыдвиженцы, несколько претендентов от «Патриотов России» и малой партии «Великое Отечество». Инженер-программист Леонид Запрудин, в прошлом член федерального совета «Яблока», пришел в шортах и цветастой футболке. Обменивается шутками с координатором движения «Голос» в Краснодарском крае Давидом Канкией. У последнего черная сумка с броской по нынешним временам белой надписью на украинском: «Європейська мережа зі спостереження за виборами» — он был международным наблюдателем на довыборах в Верховную раду Украины зимой-2013/14.

Входят члены комиссии. Председатель Виктор Тушев, невысокий мужчина в голубой рубашке, зачитает проекты постановлений, перечисляя ошибки в подписных листах кандидатов.

«Гражданка К., у вас указана квартира 44, в ответе ФМС квартира 41», — обращается председатель к следующему кандидату, самовыдвиженцу Андрею Гусакову.

«По паспорту у нее квартира 44. Если нужно, я могу ксерокопию принести», — резко отвечает он.

«Вы ее принесли?» — оживляются члены комиссии, до этого с сосредоточенным выражением листавшие документы.

«Нет. Если нужно, могу принести», — слегка теряется кандидат.

«В соответствии с законом срок рассмотрения ваших документов истекает сегодня, более того, сейчас будет приниматься решение либо о регистрации вас кандидатом, либо в отказе», — объясняют мужчине.

«У нас в одной руке ответ ФМС, в другой — ничего, потому что даже ксерокопию паспорта спорной гражданки вы не принесли», — добавляет председатель Тушев.

Аналогичные вопросы и к остальным собравшимся. Члены комиссии соглашаются, что могут быть разночтения: в базе ФМС номер дома указан как «6 корпус 1», а в паспорте «6/1», но формально это основание для отбраковки подписи.

«Мы ориентируемся только на официальные документы, мы не вправе, как суд, руководствоваться внутренними убеждениями. Все только по закону», — разводит руками член избиркома от КПРФ Вячеслав Потапов.

Вторая по частоте проблема — заполнение бланков одной рукой. Например, сборщик подписей или сам кандидат дает поддержавшим его гражданам листы для внесения персональных данных, но сам расставляет дату. Это ошибка, из-за которой даже «живую» подпись вправе снять. Председатель избирательной комиссии демонстрирует сшитые подписные листы следующей кандидатки: «шапка» с указанием цели сбора только на первом, на остальных просто графы с данными краснодарцев. Все подписи бракуются.

Исправления в тексте — еще одна проблема. Сколько ни жаловались кандидаты, что листы заполняют чуть ли не на спине товарища, закон требует заверения любого исправления.

— Здесь видно, что исправляли… Одна буква исправлена ручкой.

— Помарка не считается исправлением, — наседает кандидат с бритой головой и казацкими усами. — Исправлено — это когда зачеркнуто.

— Ну вот стояло же «06», а потом стало «07».

— Там не зачеркнуто, значит, не исправление. Я нотариус, чтобы заверять?

— Вопросов больше нет. Кандидат прекрасно осведомлен, мы в этом убедились. Это у вас первая кампания?

— Первая, иначе бы все знал.

— Так вот знайте: если избиратель неправильно написал дату, нужно зачеркнуть, исправить и подписать: «Исправленному верить».

Присутствующие как один ссылались на рекомендации секретаря ЦИК Николая Конкина: не могут считаться исправлениями помарки, не препятствующие однозначному толкованию сведений. Краснодарский избирком согласился, хотя настаивает, что рекомендация не носит обязательный законодательный характер.

Переходят к кандидату Республиканской партии России — Партии народной свободы Леониду Запрудину. Ему нужно было собрать 103 подписи. В листах — 113, но проверка признала недействительными 29. По данным ФМС — 14 подписей, по заключению эксперта — 15.

«13 лет назад я успешно регистрировался кандидатом, собрал 1250 подписей. Правда, были другие обстоятельства, не было безобразия с почерковедческой экспертизой.

В числе выбракованных оказались мои родственники, друзья, соседи. Даже подписавшаяся за меня теща. Это возмутительно!

Я пришел к выводу, что при таком количестве брака заключение эксперта не соответствует такому слову, как «экспертиза», — настаивает Запрудин. К слову, экспертизу проводил экспертно-криминалистический центр кубанского главка МВД. — По остальной выбраковке. Явно описка в букве к и н — фамилия Грамакова и Граманова. Совпадают паспортные данные, адрес. Или вот сборщик ошибся, написал имя как «Иннокений»: паспортные данные и адрес совпадают, не возникает сомнений в волеизъявлении гражданина».

Подпись тещи, к слову, ему удается отстоять: экспертиза МВД признала, что дата в двух графах занесена одной рукой, поэтому избирком признал соответствующей только первую подпись, как раз родственницы Запрудина. Но в итоге в регистрации все равно отказали.

«Я не приветствую слово «сняты с выборов», использую термин «отказано в регистрации», — прокомментировал «Газете.Ru» заседание председатель избиркома Виктор Тушев. — Действительно, процедура сбора подписей достаточно сложна, и многие кандидаты, особенно впервые участвующие в выборах, ее не проходят. Во многом нарушения носят технический характер, и их причина в первую очередь невнимательное изучение законодательства».

«Сама процедура сбора подписей выстроена таким образом, чтобы не допустить до участия в выборах независимых и самостоятельных кандидатов. И в федеральном законе, и в краевом огромное количество формальных норм, выполнить которые кандидату без сильного юридического сопровождения практически невозможно, — пояснил «Газете.Ru» Давид Канкия. —

Такие процедуры, как почерковедческая экспертиза, которую по факту невозможно опротестовать, основываются на мнении одного эксперта, зачастую ничем не мотивированном, которое становится истиной в последней инстанции».

По словам Канкии, в глаза также бросается обвинительный уклон избиркома: при проверке подписей комиссия видит свою задачу в отсеивании как можно большего числа кандидатов, все сомнения и описки трактуются не в пользу претендентов на мандат.

«Я выполнил политическую функцию участия в выборах и абсолютно провалил электоральную. Политическая функция — ведение агитации, встречи с избирателями, раздача листовок, на «кубах» за меня подписывались реальные, живые краснодарцы. Показал, что готов выходить, встречаться с людьми, они поддерживают мою программу, ставят за меня подпись. А избирком в итоге снимает», — прокомментировал «Газете.Ru» сам Леонид Запрудин.

В избирательной комиссии считают по-другому. Член городского избиркома от КПРФ Вячеслав Потапов ответил «Газете.Ru», что законодательство о выборах и референдумах очень жесткое, но еще жестче его часть о сборе подписей.

«Подразумевается, что при сборе подписей четкое выполнение закона, вплоть до запятой, требуется и от кандидата, и от сборщика, и даже от избирателя. Если кто-то совершит ошибку, на которую в обычной жизни никто не обратит внимания, здесь подпись станет недопустимой. Она может быть сколько угодно достоверной, избиратель может действительно ее поставить. Но, например, дату проставил кандидат — уже нарушение», — объясняет Потапов.

По мнению члена избиркома, сбор подписей является важным фильтром: кандидатами часто становятся люди, не готовые к административной работе. Если у них даже с такими документами работать не получилось, в депутатах или мэрах им придется еще сложнее.

«Возможно, фильтр придумали и для людей с определенными отклонениями. Сегодня выдвигаться может любой человек, мы не вправе требовать документы, подтверждающие психическое здоровье», — подытожил Потапов.