Цивилизация
Идея найти волонтерскую программу в Европе пришла мне в голову во время учебы в немецком вузе после знакомства с девушкой из Германии. Она на некоторое время приехала на стажировку в Россию, и именно по ее инициативе мы как-то оказались волонтерами в благотворительной организации, которая занимается помощью бездомным, одиноким пенсионерам и другим нуждающимся. Спустя какое-то время я понял, что мне доставляет удовольствие делать что-то полезное для общества. На тот момент я только пару месяцев как вернулся из Германии, поэтому мысль снова уехать в Европу и посмотреть, как такие организации работают там, не заставила себя ждать.
Найти подходящую программу для поездки было несложно: мне помог канал в телеграме, в котором собраны все волонтерские проекты, доступные для россиян. Меня больше всего интересовали программы в немецкоговорящих странах, где я мог практиковать язык, поэтому отправил заявки в Германию и Австрию. С немецкого проекта пришел отказ, а вот австрийцы меня пригласили.
Когда я на это подписывался, то не знал, что меня там ждет. О моих будущих обязанностях ничего конкретного не говорилось — я лишь примерно понимал, что буду помогать бездомным. В принципе, я и сейчас не очень хорошо понимаю, чем занимаюсь, но об этом позже.
Нельзя не упомянуть, чего стоит собрать все документы для визы. Несколько месяцев плясок со справками и апостилями невероятно выматывают, но это нужно просто пережить.
После нескольких месяцев борьбы с бюрократией я все-таки смог улететь в Австрию. Проблем ждать не пришлось: первым камнем преткновения неожиданно стал язык. Я до этого жил в Германии, долго учил немецкий, да и с австрийцами тоже общался — у меня в Вене есть друзья. Но такой подлости со стороны верхне-австрийского диалекта немецкого, на котором говорят в Линце, я не ожидал: иногда я до сих пор не понимаю вообще ничего.
По приезде меня заселили в студенческое общежитие, хотя предполагалось, что я буду жить с другими волонтерами. В моем блоке живут мигранты-студенты: одна кухня перманентно оккупирована ребятами из Бангладеш и Афганистана, другая — мусульманками в хиджабах. Лично меня это немного напрягает: повсюду стоит специфический запах специй, а соседи очень странно на меня смотрят, а о чем говорят — не разберешь.
Другая проблема общежития — это тонкие стены: ты слышишь абсолютно все, что происходит в соседней комнате, поэтому приходится спать в берушах. Но это не говорит о том, что условия проживания ужасные. У нас убираются раз в неделю, здание общежития и вся мебель здесь — совсем новые, а то, чего не хватает, можно взять со склада, предварительно спросив.
Все, что касается работы, меня устраивает. Мое отделение занимается помощью бездомным и мигрантам из ЕС, оказавшимся на улице или за чертой бедности, но при этом мы не работаем с беженцами. Этим занимается другое отделение, потому что там своя специфика работы из-за большой разницы культур. Непосредственно у меня есть четыре вида задач. Почти каждый день до обеда у нас Kontaktstelle — мы даем социальные консультации нуждающимся, в частности, помогаем людям найти жилье или уехать домой, решить проблемы с полицией или просто заполнить документы. Еще у нас можно выпить чаю и угоститься сэндвичем.
Три раза в неделю после обеда у нас проходит Winternotversorgung, где мы кормим бездомных и выдаем им одежду, которая берется из пожертвований или привозится секонд-хендами. Еще я по мелочи помогаю в Krankenzimmer — это больничные палаты для незастрахованных австрийцев или мигрантов, которые не могут получить медицинскую помощь в обычной больнице.
По понедельникам и пятницам наша команда приезжает в разные точки на Help-mobil — это микроавтобус с доктором и едой, где люди могут поесть и получить медпомощь, даже если у них нет страховки. Постоянные «клиенты» нашего хелп-мобиля — это австрийские бездомные и мигранты, иногда еще приходят наркоманы, чтобы вылечиться в обход всей бюрократии.
Как правило, к нам обращаются мигранты из Восточной Европы, которые приезжают на пару месяцев в Австрию, чтобы заработать, и у них иногда случаются какие-то проблемы с документами или работодателями. А работают они, как правило, хорошо. Например, у нас есть клиент из Чехии, который пашет 400 часов в месяц, но платят ему очень мало. С такими вопросами мы и разбираемся. Есть другой тип клиентов из Восточной Европы — как правило, из Румынии (но это не означает, что они все такие). У них есть жилье и авто на родине, но они приезжают просить милостыню на улице и заниматься проституцией.
Заработав достаточно денег за пару месяцев, они возвращаются обратно и живут безбедно некоторое время, но потом снова едут в Австрию.
В целом помогать людям мне очень нравится — я делаю хорошее и сразу вижу результат своей деятельности, как люди получают жилье, начинают работать. Встречаются, конечно, совершенно неблагодарные и грубые люди, после которых совсем опускаются руки. Но винить их в этом сложно, ведь они живут в закрытой культуре, которую культурой-то назвать тяжело — они привыкли кочевать, ходить таборами, не учиться и не работать. Они рожают детей и учат их тому же — точнее, ничему. Им очень тяжело выбраться из этого замкнутого круга.
А принимать австрийскую культуру они не очень настроены — лезут везде со своими традициями и обычаями. Требуют к себе уважения, хотя сами его не всегда проявляют. Могут прийти пьяные, и приходится успокаивать дебошира. Недавно у нас произошел случай, когда один из бездомных не сообщил о том, что болеет гепатитом, а доктор пи осмотре порезал палец и, возможно, заразился. Сейчас ходит и без конца сдает анализы. Но иногда нас все же благодарят за помощь: как-то раз один из бездомных пришел к нам в свой день рождения и угостил нас круассанами, было очень приятно.
С людьми в принципе работать тяжело, не говоря уже о тех, на кого ты обычно стараешься не обращать внимания, проходя мимо. У каждого есть какая-то своя ситуация — причина, по которой он оказался на улице. Иногда приходится сталкиваться с тяжелыми случаями, когда, например, у матери-одиночки могут отнять ребенка, если в течение двух недель мы не сможем найти для нее социальное жилье. Эти истории приходится пропускать через себя, и из-за высокой эмпатии мне иногда снятся кошмары.
В быту после жизни в Германии меня мало что удивляет. Австрийцы по сравнению с немцами ужасно консервативные: они очень закрытые, недоверчивые и настороженно относятся друг к другу. Хотя однажды я все-таки удивился, когда увидел по телевизору рекламу вибратора со слоганом «стопроцентная гарантия оргазма, или мы вернем вам деньги».
