Пенсионный советник

Рулон эпохи

Выставка польского плаката в ГМИИ имени Пушкина

Арсений Штейнер 24.12.2011, 12:29
ГМИИ имени Пушкина

Вслед за выставками английских рекламных постеров, французских афиш и работ Альфонса Мухи в ГМИИ открылась выставка польского плаката.

Коллекция зарубежного плаката досталась ГМИИ им. Пушкина после ликвидации в 1948 году Государственного музея нового западного искусства. Пополнялась она нерегулярно: сотрудники отдела гравюры и рисунка обычно привозили из загранпоездок рулоны афиш.

Некоторых представленных на нынешней выставке плакатов из собрания ГМИИ, крупнейшего в России, нет в самой Польше.

Как жанр художественный плакат появился приблизительно в одно время с фотографией – как один из результатов технического прогресса XIX века. Распространению фотографии способствовало открытие мокрого коллодионного процесса, а развитию индустрии плаката или афиши послужило открытие техники литографской печати. Рекламные афиши писали еще в Древнем Риме, но придать декоративную составляющую информационному листку с сообщением о месте и времени какого-либо события – это придумал только модерн.

Многие польские художники учились в венской и мюнхенской Академиях, и в 1897 году под влиянием венского Сецессиона в Кракове было организовано Товарищество художников Польши «Штука» (то есть «Искусство»). Самый ранний плакат на выставке в ГМИИ приглашает на лекцию «Мистика и Метерлинк» в 1899 году. Он альбомного формата, текст литографирован рукописным шрифтом на грубой бумаге. В нем нет той изящной «сделанности» хорошо известных в Польше французских афиш, как нет ее и в афишах первых выставок «Штуки».

Эти плакаты — штучная вещь, их авторам еще не близки параллели с коммерческой рекламой.

Так же далеки от рекламы заготовки к афишам выставок литовского искусства, сделанные Чюрленисом, – их тоже можно найти на выставке. Но очень интересно видеть, как в дальнейшем, в течение 1910-х годов, в работу художника проникают элементы газетных рекламных объявлений. И на плакате, зазывающем на «Бал литераторов» или на «Бал молодого искусства», появляется родная сестра барышни, рекламирующей в газете какую-нибудь чудо-пудру или керосин.

Все афиши коллекции ГМИИ оповещают о культурной жизни поляков — зовут на выставку, в театр или кино, рекламируют художественный журнал. Несмотря на эти мирные темы, хронологический принцип расположения плакатов на выставке позволяет судить и о сложных политических перипетиях в жизни соседней страны. Вдруг исчезают надписи на кириллице, приглашавшие народ на «Американскiй катокъ на колесикахъ»: наступила Первая мировая война, и – с невероятными приключениями — Польша впервые за сотни лет стала независимой. А вот афиша Кароля Фрыша для журнала Naprzod сделана в невозможной для классической литографии технике. Чтобы изобразить для сцены где-то в джунглях сложный переход тонов, художник накатывал на один камень краску разных цветов. Аннотация гласит, что журнал Naprzod — орган рабочей партии, издавался с начала века до 1939 года. Началась Вторая мировая — и не стало журнала, как и самой независимой Польши. На выставке отсутствуют экспонаты 1930–1940-х – и эти лакуны тоже «говорящие». А вот уже и 1950-е — только киноафиши советских фильмов, унылые и безрадостные.

Особенно в контрасте и с улыбчивыми красотками последующего десятилетия, и с его красочной полиграфией

В 1960-х этот прикладной жанр оформляется, становится более четким. Линии упрощаются, вводятся аппликации. В моде минимализм: в театральной афише Хенрика Томашевского одна-единственная туфелька на черном фоне. Плакаты 60-х самодостаточны, их рекламная функция не выпячена, да и информации остается, бывает, немного. Например, надпись Polen или CYRK. Цирка, кстати, очень много.

Выставка может оставить впечатление, что балы, гулянья и другие развлечения заменил полякам застойных лет один только цирк.

Но не все в этом цирке так просто. Цирковые афиши для польских художников — упражнение в стиле. Они рисуют циркачек в виде Моны Лизы или танцовщиц в стиле Дега. Львы на плакате Йодловского — карикатурная копия Мэрилин Монро Уорхола. Работа Яна Млодоженца оформлена в стиле битловской Yellow Submarine. Есть в этом зале и антивоенное высказывание. Но нельзя уверенно сказать о грозном силуэте с надписью «Nie» (Нет), чью именно бомбу имел в виду художник в 1952 году: фашистский снаряд, боеголовку НАТО или контингент советских войск, чей правовой статус на территории Польши был определен только спустя четыре года.

За плакатами же художественными на выставке в ГМИИ читается история того, как мировые катаклизмы и общественные передряги влияли на жизнь славянского народа, пользующегося латинским шрифтом, и его страны, расположенной между Востоком и Западом.