Пенсионный советник

Подпишитесь на оповещения от Газета.Ru

Гоп со смыслом

В прокат выходит «Гоп-стоп» Павла Бардина

Сергей Синяков 28.04.2011, 13:59
P&I Films

В прокат выходит «Гоп-стоп», новый фильм авторов скандальной «России-88» — на удивление толерантная, хотя и нескладная комедия про народный гнев и веру в доброго царя.

Василий (Петр Федоров) и Тарас (Александр Голубков) не библейские птицы небесные, а совсем наоборот — гопники из города Верхолуйск. Однако тоже не сеют, не жнут и в житницы не собирают, притом что от судьбы им кое-чего иной раз да и обламывается. Сначала в распоряжение друзей поступают мешок травы и проститутка Мэри, девушка с прошлым и синими волосами. Затем объявляется папа Василия, который провел 15 лет в психиатрической клинике, а до этого был известен как бандит-отморозок Али Баба. Чарам карательной медицины мужчина оказался не подвержен и ветхозаветных понятий о воровской этике, идущей вразрез с современными гармоничными представлениями о взаимодействии власти, бизнеса и криминала, не растерял. Представители администрации, которые тоже в прошлом не профессура, справедливо опасаясь, что «море крови будет, 90-е вернутся», с помощью юридической каверзы выдавливают героев из города. Те уходят в лес, где, хоронясь под кустиками, на районном уровне борются с существующим режимом, располагая к себе простой народ. Причем у молодых людей претензии к власти не идеологические (будь такие, недалекие юноши все равно не смогли бы их сформулировать), а сугубо личные.

Мэр, по кличке Карабас, умыкнул Мэри, любимую обоими парнями, и держит ее у себя в логове, потчуя виски и лирическими авансами.

Предыдущий проект режиссера Павла Бардина и актера Петра Федорова «Россия 88» (приблизительно отечественный аналог «Американской истории X») обеспечил создателям проблемы с прокатом и скандальную славу. На массовое признание драмы, с убедительной живостью изображающей быт русских скинхедов, создатели едва ли рассчитывали, но и настолько колючего и густого тернового венца себе на головы тоже наверняка не искали. Имея по-человечески понятный интерес, чтобы новый фильм увидел по возможности широкий зритель, к созданию «Гоп-стопа» авторы подошли со много большей, чем хотелось бы, идеологической осмотрительностью.

В итоге и без того шаткий и разлапистый сюжет укомплектован несоразмерным количеством страховок, оставляющих спасительный зазор для дальнейших авторских комментариев в духе «чего не скажешь в шутейном разговоре», как заметил Жеглову Копченый.

Да, русская провинциальная жизнь дика, страшна и убога (о чем можно найти куда более программные высказывания в фильмах «Бубен, барабан» или «Юрьев день»). Ну так ведь «Гоп-стоп», оформленный на титрах палехскими вензелями и озвученный баюкающими модуляциями закадрового рассказчика (Гарри Бардин), по жанру как бы сказка, небывальщина. В отличие от начитанного Штыка из «России 88», центральные персонажи (в полном соответствии фольклорным стандартам) — круглые дурачки, в чьих устах вопрос «мы че, на клоунов похожи?» звучит риторически. Спрос с убогих невелик, как и с окающего на втором плане народа, который, понятно, ужасная скотина, но как серчает с полоборота, так и с легкостью увлекается в очистительный пляс, и никто в его хороводе не лишний. В картине по-болливудски обстоятельно ходят толпой вприсядку, и выкрученный до предела настроек оптимизм этой концептуально затянутой сцены диссонирует разве только с предположением, что эпизодом ранее герои, вполне вероятно, умерли.

Во власти на местах сидят упыри, ну да и они по-своему трогательные, запросто ругаются с электоратом через забор, а учуяв приезд комиссии из Москвы, спешат зарыть в лесу ларец с брюликами.

Что до властей верховных, то здесь, как и в предыдущем фильме, используется всуе визуальный образ российского премьера (чье фото в «России 88» соседствовало с портретом Гитлера). Но в настолько самозабвенном позитивном контексте, близком к юродству, что становится понятно: в карманах просторных «адидасовских» трико «Гоп-стопа» греются, к примеру, не яблоки (которыми обитателю глубинки всегда найдется что закусить, стоит выйти со двора), а вполне себе кукиши. Вот Путин на портрете, который, как особо намоленную икону, хранят не в красном углу, а в сейфе («Не трожь его, он хороший!»). Вот он же в виде античного бюста с фрагментом кружевной туники. Имеется, наконец, ладный лысоватый мужчина в сером, который в решающий момент ястребом мира десантируется на поле битвы из вертолета со словами: «Что за драка, а свадьбы нету?» Поскольку кто же способен гарантированно предотвратить лютую русскую народную свару в рамках плановой поездки по регионам, как не он.

В «Гоп-стопе» все хорошо с деталями, а в особенности с музыкальным сопровождением.

Любовное томление происходит под истошный хит группы «Краски» «Я полюбила бандита»; фрейдистские сны озвучены «Владимирской Русью» в исполнении «Черного кофе». А убитого товарища, как языческого витязя, хоронят вместе с необходимым на любом свете имуществом – включенным кассетником «Электроника 203». Однако все эти мелкие приятности не компенсируют отсутствия внятного сюжета, хоть какой-то самой скромной идеи (в «России 88» и с тем, и с другим был порядок) и невозможности осмысленного сопереживания героям: из каких тайников души это сопереживание извлечь, когда перед вами агрессивный дебил?

Параллели с приморскими партизанами, пик деятельности которых по времени пришелся как раз на съемки фильма, наверняка случайны. Можно не опасаться и обратной связи — что лента могла бы, не дай Бог, сработать как детонатор народного гнева.

По концентрации посконного бунтарского пафоса это не «Окраина» Луцика и Саморядова, и даже не «Любить по-русски-2» Евгения Матвеева, а так, анекдот про Вовочку. То есть те провинциальные гопники, которые, прельстившись названием, попадут на просмотр «Гоп-стопа», выпущенного небольшим количеством копий, революционного позыва не ощутят. Максимум чисто эмпирически рассудят между собой, что неплохо бы при случае подискутировать со столичным автором насчет очернения образа, да на том и разойдутся. А то и останутся довольны собственным юмористическим портретом типа шаржа на Арбате — простеньким, зато с тщательно прорисованным нательным крестиком. Так-то оно всем будет спокойнее.