Пенсионный советник

Красота по-бретонски

Обзор выставки «Из чего делают искусство, что делает искусство»

Велимир Мойст 03.08.2010, 16:07
Винзавод

Среди французских провинций, в чьих жилах «тоже есть огонь», Бретань не упомянута. Но именно Бретань зажигает сейчас в Москве — уж извините за пожароопасную метафору. Произведения из тамошнего регионального фонда составили костяк трехчастного проекта «Из чего делают искусство, что делает искусство» в ГЦСИ и на «Винзаводе».

Во Франции существует специфическая система работы с художественной культурой. В каждой провинции имеется так называемый FRAC (Региональный фонд современного искусства), в число задач которого входит и коллекционирование. Причем собирают такие фонды произведения не только местных авторов, но и заграничных. С годами складываются внушительные коллекции. Например,

FRAC провинции Бретань обладает тремя с половиной тысячами единиц хранения. Избранные опусы из тамошнего фонда и представлены сейчас в Москве.

Презентация получилась сложносочиненной. В рамках общего гастрольного проекта фигурируют три сюжета — выставки «После живописи» в ГЦСИ, «Испытание реальности» в Цехе белого на «Винзаводе» и «В настоящем», что располагается уже в Цехе красного, по соседству. В последнем случае работы из бретонской коллекции соединены с произведениями российских авторов — Юрия Альберта, Петра Белого, Ольги Чернышевой, Давида Тер-Оганьяна, Виктора Алимпиева. Столь затейливая структура, усугубленная топографической удаленностью площадок, могла бы помешать осмыслению проекта в целом, однако не стоит преувеличивать важность кураторской концепции. Выставки можно смотреть в любой последовательности, да и экспонаты в ряде случаев вполне могли бы поменяться местами. Так что на структуре сверх меры не зацикливайтесь.

Наиболее складной из трех получилась, пожалуй, экспозиция «После живописи».

Складной в том смысле, что здесь относительно легко считывается главная мысль. В последние десятилетия многие художники (не только французские, естественно) норовят замещать живописные технологии какими-нибудь иными. Собственно, образчики подобных экспериментов на выставке и представлены. Селекцию по негативному признаку особо плодотворной не назовешь (такое впечатление, что кураторов интересуют лишь те произведения, в которых нагляднее всего выражены «неживописные» тенденции), но логика в целом понятна. Если для традиционной живописи принципиален цвет, то извольте взглянуть на полотно знаменитого Пьера Сулажа, писанное исключительно черной краской. Если вас увлекает натуроподобие живописного пейзажа, то поспешите ознакомиться с разоблачительной композицией Бертрана Лавье, где грань между живописью и фотографией намеренно размывается. Если вы полагаете, что картина — это всегда плоскость, то ваше убеждение может быть поколеблено пространственным парафразом известного полотна Жерико «Плот «Медузы» (инсталляция Клода Рюто из серии «По мотивам великих мастеров»).

Некоторые произведения не лишены остроумия — вспомнить хотя бы видеоперформансы художника Саркиса, где автор путем растворения акварельных красок в миске с водой добивается колоритов, схожих с картинами Каспара Давида Фридриха.

Гипнотически воздействует на зрителя маятник, своими движениями угрожающий рассыпать конус из желтого пигмента (кинетическая инсталляция Ребекки Хорн). Несколько архаическим гимном в честь геометрического минимализма кажется работа Франсуа Морелле из трех аргоновых трубок, сияющих в разных плоскостях. Довольно скучны и тривиальны опыты ветерана Жака Виллегле по выклеиванию коллажей из обрывков уличных афиш... Словом, экспонаты разнообразны, все они так или иначе призваны иллюстрировать тезис о том, что современная визуальная культура прекрасно может обойтись без живописи. Вот только стремление показать исключительно «неживопись» неожиданно обнаруживает, что именно отсутствующая живопись выступает тут общим знаменателем. За что боролись, на то и напоролись.

Экспозиция «Испытание реальности», тоже составленная из произведений коллекции FRAC Бретани, какой бы то ни было концепции, даже двусмысленной, лишена вовсе.

Вернее, на словах она существует, но на практике едва ли применима. Зато здесь преобладают масштабные опусы, поскольку пространство «Винзавода» позволяет размахнуться. Чего стоит один лишь «Переносной настенный бюстгальтер» Вито Аккончи — эта инсталляция представляет собой внушительных размеров конструкцию из металлической арматуры, гипса и ткани, да еще с подсветкой и источником звука. При некоторой склонности к внушению зритель может отыскать в этой работе мотивы защищенности и покоя. В своем роде классической выглядит настенная инсталляция Кристиана Болтански «Архивы»: этому автору свойственно исследовать феномен «чужой памяти». Занятен «Человек из Бессин ХХ века» Фабриса Ибера — фонтанирующий изо всех щелей гуманоид зеленого цвета...

Чтобы не превращать текст в перечень аттракционов, на этом и остановимся.

Сформулировать сверхзадачу проекта все равно не выйдет, равно как и обозначить принцип, согласно которому выставка «В настоящем» соединяет русских с французами. Достаточно того, что на этих выставках попадаются действительно занятные произведения, отдельные из которых принадлежат прославленным авторам. Для летней гастроли более чем приемлемо.