Пенсионный советник

Дикий запад: вакханалия на рынке учебников

Игорь Ветров о том, какие проблемы создает чрезмерное разнообразие учебников в школах

Depositphotos

Современный мир — это технологии и инновации (как бы ни были затасканы эти слова), где образование и знания становятся одной из важнейших ценностей. При этом важно понимать, что знания и компетенции — это обязательное условие конкурентоспособности не только конкретного человека, но и всей страны.

У современного образования есть проблема — объем знаний человечества об окружающем мире увеличивается очень быстро. За время, которое уходит у человека на окончание школы, некоторые области знания (нейронауки, биохимия, астрономия) могут измениться самым кардинальным образом. Именно поэтому в современной школе функции учебников, как и их количество, должны меняться.

Реклама

В советской школе дети десятилетиями учились по единственному учебнику физики, биологии, русского языка.

В 1990-х годах появилось частное книгопечатание, и какое-то время в мире учебников царил своеобразный «дикий Запад», причем до появления шерифа.

Не спасал и специальный федеральный перечень учебников, рекомендованных или допущенных Министерством образования: пособия выходили очень разного качества. Пик «учебниковой вакханалии» пришелся, как ни странно, на начало 2010-х. Если в «Федеральном перечне учебно-методических изданий, рекомендованных (допущенных) Министерством образования Российской Федерации к использованию в образовательном процессе в общеобразовательных учреждениях на 2004/2005 учебный год» было немногим более полутора тысяч наименований на все 11 классов, то такой же перечень на учебный год — 2013/14 составил 2593 учебника!

Так, в 2013 году вышел — и чуть не стал допущенным Министерством образования и науки — «прекрасный» учебник общей биологии для 10-11 классов, созданный в недрах Троице-Сергиевой лавры. «Первый учебник биологии, не стесненный материалистическими рамками» сообщал, что хищники и сама смерть появились на Земле исключительно в результате грехопадения Адама и Евы, а до тех пор все экосистемы Земли были устроены иначе. Можно понять желание православных авторов привнести Закон Божий в естественные науки, однако, если ознакомиться с трудами современных западных теологов, которые давно, плодотворно и достаточно успешно занимаются осмыслением современных научных достижений в контексте Ветхого завета, чувствуется, что последние лет сто мировой теологической мысли прошли мимо авторов книги.

Сейчас ситуация вроде бы пошла на поправку. Во-первых, федеральный перечень все больше «худеет» — сейчас в нем уже менее 1400 наименований — и при этом в нем уже можно встретить «красные строки», которые говорят о том, что этот учебник исключен из перечня за свое качество и неполное соответствие программе.

Этой осенью высказала свое мнение по проблеме и министр образования и науки Ольга Васильева, которая, как известно, сама имеет опыт учительства в средней школе. В интервью Russia Today она заявила, что учебников должно быть немного. «База должна быть у всех, и она предполагает две-три линейки, не больше — такое количество учебников не нужно, они должны быть хорошими, качественными и в небольшом количестве. И, кстати, по этой схеме практически все страны работают», — сказала бывший учитель истории московской средней школы №91.

Согласен с министром и директор казанской школы №85, абсолютный победитель Всероссийского конкурса «Директор школы-2017» Ренат Хайбуллин:

«Вокруг нас в открытом доступе масса информации в любой трактовке, было бы желание. Этого желания у большинства современных школьников (равно как и у значительной части педагогов), к сожалению, нет.

Поэтому вопрос не в регулировании или свободе, вопрос в реальной пользе, которой, на мой взгляд, на данный момент было бы больше от жесткого ограничения числа учебников. Буквально, чем меньше, тем лучше».

Похожего мнения придерживается заслуженный учитель России, директор Центра образования №109 (Москва) Евгений Ямбург: «Конечно, когда [существуют] тысячи разных учебников, в этом очень трудно ориентироваться педагогам, и родителям тоже. Во-вторых, здесь очень трудно удерживать единое образовательное пространство, потому что при переходе из школы в школу или при переезде из города в город … дети окажутся в очень ущербном и невыгодном положении. Естественно, что рынок есть рынок, но производство учебников нужно регулировать».

Ограничение разнообразия учебников поддерживают и простые граждане. В самом начале сентября 2017 года ВЦИОМ провел опрос 1200 респондентов в возрасте от 18 лет. Результаты опроса показали, что 70% россиян поддерживают разработку и внедрение базовых учебников по основным предметам в общеобразовательных школах. Больше всего наши сограждане желают видеть такой учебник по русскому языку, математике, истории и литературе.

Это возвращает нас к вопросу, каким должен быть учебник страны, смотрящей в будущее и желающей быть одним из мировых технологических лидеров. Нужно помнить, что наше государство и его основной закон — Конституция — гарантируют любому школьнику качественное и бесплатное образование. Поэтому требования к учебникам, которые школьники получают из федерального перечня учебников, должны быть особыми.

В быстро меняющемся мире знаний учебник должен быть неким стержнем базовых знаний, точкой входа в предмет. Поэтому желательно, чтобы по каждому из предметов было несколько (2-4) наименований учебников, адаптированных к разным ученикам, в том числе – с индивидуальными особенностями развития.

Кстати, любопытно, что обрисованная нами «идеальная» ситуация с учебниками в государстве, уделяющем особое внимание будущему, очень близко совпадает с тем, что наблюдается в стране, которая занимает первые места в трех рейтингах образования: Pearson-2014 (Великобритания), PISA-2016 (Science) и World Economic Forum-2017.

Это город-государство Сингапур, где живут немногим менее 6 млн человек. Сингапур уже не первый год вызывает зависть в англоязычном мире по уровню образованности населения. Сингапур имеет двухступенчатую систему образования, которая использует чуть более 1200 учебников, одобренных профильным министерством. Стоит отметить, что преподавание в Сингапуре идет сразу на четырех языках — английском, китайском, малайском и тамильском, так что многие учебники в списке министерства просто повторяются за счет изданиях на разных языках. С учетом того, что в список входят и рабочие тетради, количество уникальных учебников в нем исчисляется всего лишь сотнями.

Из европейских стран неплохие результаты в рейтингах образования регулярно показывает Финляндия. В отличие от азиатских стран, здесь в области образования царит настоящая демократия: в соответствующих документах профильного министерства педагогам разрешается вести занятия по каким угодно учебникам, хоть из того же Сингапура.

Главное — чтобы школьники демонстрировали свои успехи в обучении. Впрочем, местные учителя стараются не изобретать велосипед и используют в большинстве своем материалы местных специалистов — если речь не идет про изучение иностранных языков. С учетом того, что население Финляндии составляет 5,5 млн человек, понятно, что десятки тысяч работников образования не в состоянии написать тысячи учебников, даже если каждый из них будет считать своим долгом иметь пособие собственного сочинения.

Впрочем, даже имея перед глазами примеры стран — лидеров по уровню образования, к работе по сокращению или расширению перечня учебников нельзя подходить формально. Нужно не гнаться за строгим и точным количеством книжек на каждый предмет и параллель, а обеспечить каждый предмет разумным и оправданным количеством наименований учебников.

Каждый учебник должен пройти настоящую, не формальную экспертизу и получить статус выверенного издания, которое поддержано экспертным сообществом. «Учебник — рабочий инструмент школьного учителя, поэтому и экспертиза учебников — прерогатива сообщества практиков. Единственный необходимый критерий соответствия учебников — это положительное заключение большинства независимых тестеров (и внесение правок, обнаруженных в процессе их работы)», — уверен Ренат Хайбуллин.

В конце декабря 2017 года министр образования и науки России Ольга Васильева анонсировала выпуск в феврале – марте 2018 года новой модели экспертизы учебников. Такую задачу ранее поставил президент России Владимир Путин. Согласно разрабатываемому документу, последнее решение при внесении учебника в федеральный перечень будет оставаться за Минобрнауки. И это логично – ведь именно государство платит за обеспечение школьников учебно-методическими материалами. Очевидно, вслед за новой экспертизой настанет и очередь сокращенного ФПУ, разговоры о котором ведутся уже почти год.