Пенсионный советник

Подпишитесь на оповещения от Газета.Ru

Что спросить у отца нации

Большинство россиян не знают, о чем спрашивать Путина, меньшинство хотело бы обсудить с ним пенсии, зарплаты и уровень жизни

«Газета.Ru» 27.12.2012, 18:14
Больше трети россиян не знают, что спросить Путина Александр Астафьев/ИТАР-ТАСС
Больше трети россиян не знают, что спросить Путина

Судя по вопросам, которые граждане хотели бы задать Владимиру Путину, к нему относятся не как к политику, а как к вождю, отцу большого семейства, в крайнем случае – как к главному хозяину.

Заканчивающийся год по всем внешним признакам должен был бы быть назван политическим. Многотысячные протесты в столице, проблемы с легитимацией власти, избрание Владимира Путина на третий срок, реформы для оживления партийной жизни и прочее – событий было хоть отбавляй.

Но сказать, что страна встрепенулась и забурлила во внутриполитической дискуссии о своей собственной судьбе, совершенно не получается.

Стабильность, которую Путин называет «залогом развития», а его оппоненты – застоем, пока что не поколебалась.

Из последнего опроса ВЦИОМ, посвященного мнению россиян о большой пресс-конференции Путина, видно, что политические вопросы в их интересах по прежнему занимают далеко не первые места. И это мягко сказано – чисто политические так и вообще интересуют ничтожное меньшинство. Разве что тема коррупции заняла третье место в списке вопросов, которые опрашиваемые хотели бы задать президенту сами. Но и то набрала 4% голосов, в четыре раза отстав от вопроса «о повышении зарплат, пенсий, росте уровня жизни».

А еще социологи выяснили, что для 35% респондентов нет таких тем, по которым они хотели бы задать вопрос главе государства, которого избирали этой весной.

Эти люди не затруднились с ответом (таких всего 13%) – у них именно что нет вопросов. И они составляют уверенное большинство.

Как-то однозначно интерпретировать такие результаты трудно. Возможно, это большинство не видит смысла ни о чем спрашивать у верховной власти, потому что по-настоящему волнующие его вещи мало зависят от слов президента (разве что он решит самолично проконтролировать, не текут ли трубы и закопаны ли ямы во дворе). Может быть, часть этого большинства считает, что не стоит будить лихо, пока оно тихо. А какая-то думает, что это не их дело – приставать с вопросами к отцу нации, он сам решит, что сказать публике.

Но в любом случае картина, складывающаяся из этих опросов (и в целом повторяющаяся далеко не первый год), демонстрирует, насколько далеко зашла деполитизация вопроса о власти в умонастроениях большой части населения. В чем-то это, наверное, по-прежнему последствия шока 90-х, тесно увязавшего между собой острую фазу экономического кризиса, войну и политические баталии. В чем-то такая аномалия поддерживается и питается благоприятной конъюнктурой. Ну и в чем-то она есть плод сознательных усилий руководства страны и обслуживающего его персонала.

Как бы то ни было, отношение большинства граждан к Путину трудно назвать отношением к политику. Скорее к нему относятся как к вождю, главе большого семейства или в крайнем случае – как к главному хозяину.

Можно, конечно, произнести на этом месте банальное «власть в России носит сакральный характер» и закрыть тему. Но, во-первых, далеко не всегда она носит этот сакральный характер, а во-вторых, и это главное, время, отведенное любой конкретной власти в российском пантеоне, конечно, и окончание этого срока только отчасти зависит от достоинств или пороков самой власти. Причем цикличная смена власти, свойственная системам, основанным на политической жизни, здесь не предусмотрена и может существовать только в качестве ширмы.

Рассуждающим о сакральности верховной власти необходимо обратиться к работам классиков антропологии, замечавших, что судьба «священного короля» в традиционалистских обществах практически неизбежно оказывалась трагичной – либо из-за климатических неприятностей, когда он оказывался не в силах обеспечить племени благосклонность природных сил, либо просто в силу того, что время его заканчивалось. И в отставку, как это принято в обществах, научившихся политической жизни, «священный король» не уходил. В таких обществах излишнее снисхождение к бывшим вождям проявляют редко.