Цивилизация
Вот-вот будет утверждена концепция долгосрочного социально-экономического развития Российской Федерации. Хочется спросить: а надо? Нет-нет, о важности разработки документов стратегического характера можно много говорить. И все это будут справедливые слова. Но сейчас речь идет о данном конкретном документе, принимаемом в совершенно определенной социально-экономической обстановке.
Следует напомнить, что концепция долгосрочного развития (даже аббревиатура соответствующая появилась – КДР) была разработана в соответствии с поручением президента Российской Федерации по итогам заседания Госсовета 21 июля 2006 года. Цель ее – определение путей и способов обеспечения устойчивого повышения благосостояния российских граждан, укрепления национальной безопасности и динамичного развития экономики в долгосрочной перспективе (в 2008–2020 годах).
В соответствии с этой целью сформулированы целевые индикаторы, приоритеты, основные задачи социально-экономических преобразований. Они уже достаточно широко известны. Россия должна войти в пятерку стран-лидеров по объему ВВП, средняя ожидаемая продолжительность жизни возрастет до 72–75 лет, ВВП на душу населения достигнет $30 тысяч в 2020 году и т. д.
Можно, конечно, вновь попытаться оценить реалистичность зафиксированных показателей. Но сейчас речь идет не об этом. Речь о том, чтобы попытаться взглянуть на день сегодняшний. Это важно. Это, если хотите,
первое правило в стратегическом управлении: необходимо максимально реалистично представлять себе картину сегодняшнего дня — тогда и с обоснованностью стратегических задач и целевых ориентиров все будет нормально.
Давайте еще раз взглянем на то, в каком виде сегодняшний день зафиксирован в концепции. Итак, утверждается, что обеспечена устойчивая макроэкономическая стабильность, а российская экономика защищена от воздействия внешних шоков международными резервными активами, которые в середине 2008 года составили $600 млрд. Капитализация российских компаний в 2007 год превысила 100% ВВП, а российский фондовый рынок превратился в реальный фактор привлечения инвестиций и обеспечения экономического роста в стране. И вообще экономический рост приобрел устойчивый и динамический характер.
Читаешь и ловишь себя на мысли, что все это не о нас, не о России. Сегодня индекс РТС упал на 40% от максимальных значений этого года, международные резервы снизились за месяц на $24 млрд и, по состоянию на 5 сентября 2008 года, равнялись $573,6 млрд. Стремительно обесценивается российская валюта: какие там 23 с небольшим рубля за доллар — теперь это уже почти 26 рублей за доллар. Совсем некстати стала дешеветь нефть: от 140 с лишним долларов за баррель до 100 долларов с тенденцией к понижению. Падают цены на металлы. Никель упал до $18600 за тонну, а ведь совсем недавно, в мае 2007 года, он стоил более $52000 за тонну.
Чистый отток капитала грозит обнулить показатель притока капитала в 2008 году (это после $83,2 млрд притока в 2007 году!).
В летние месяцы резко замедлились темпы роста промышленности (более чем в 3 раза по сравнению с летом 2007 года). Сокращается динамика роста инвестиций в основной капитал (в те же летние месяцы они росли в 2–2,5 раза медленнее по сравнению с аналогичным периодом прошлого года).
Ухудшается качество экономического роста. Мы растем, прежде всего, за счет торговли
(прирост за I полугодие — на 11,7%), в то время как обрабатывающие производства выросли на 5,6% по сравнению с соответствующим периодом прошлого года, а добыча полезных ископаемых и вовсе снизилась на 1% за тот же период. Неужели это все проявления того, что «экономический рост приобрел устойчивый и динамичный характер»? Надо признать: исходное состояние экономики, на которое ориентировались разработчики проекта концепции, за последние месяцы стало радикально иным.
И до этого-то с некоторыми оценками можно было согласиться с известной долей условности, а теперь это просто не соответствует действительности.
Проект концепции не исправляется написанием заново раздела по исходному состоянию экономики. Стратегические задачи, целевые установки – все зависит от исходного состояния, которое стало иным, гораздо худшим. Тут впору признать: нынешний проект концепции долгосрочного социально-экономического развития Российской Федерации уже не годится, нужен другой документ стратегического характера.
Но, похоже, признавать такое положение вещей никто не собирается. Все это напоминает простую житейскую ситуацию. Мы идем по дороге, смотрим вдаль. Стараемся смотреть еще дальше и не замечаем, что дорога, по которой идем, стала уже не асфальтовой, а проселочной, с ямами и камнями. Но мы по-прежнему не смотрим под ноги, нас манит «прекрасное далеко». Упадем ведь!
