Пенсионный советник

Чавес предпочитает Пекин

Президент Венесуэлы едет в Россию в первую очередь как посланник революции, лидер мирового левого движения

Евгений Трифонов 21.07.2008, 11:41

Россия может рассчитывать лишь на продажу Венесуэле оружия и участие отечественных компаний во второстепенных экономических проектах.

Президент Венесуэлы Уго Чавес, обожаемый левыми и ненавидимый правыми всего мира, прибывает в Москву. Как и прежние его визиты, поездка в Россию тщательно готовилась и сопровождалась мощной пропагандистской кампанией. В конце июня встречу в Москве готовил вице-президент Венесуэлы Рамон Каррисалес. Он встречался с вице-премьером Александром Жуковым, руководством Генерального штаба ВС РФ во главе с генералом армии Николаем Макаровым, руководителями Федеральной службы по военно-техническому сотрудничеству и Рособоронэкспорта, главой ТПП РФ Евгением Примаковым. В одном из интервью Каррисалес сказал, что цель визита — анализ ситуации по реализации совместных проектов в области энергетики, экономики, военно-технической сфере и последующие шаги по активизации сотрудничества.

Без сомнения, соглашения в области военно-технического сотрудничества будут одними из самых важных тем переговоров: Венесуэла – крупнейший покупатель российского оружия в Латинской Америке.

На вооружение армии этой страны уже поступили истребители Су-30, ударные вертолеты Ми-35 и транспортные Ми-17 и Ми-26, работает завод по производству автоматов АК-103. В ходе прошлогоднего визита Чавеса были достигнуты договоренности о поставках военно-транспортных самолетов, заправщиков, новейших боевых вертолетов Ми-28, истребителей Су-35, зенитных систем «Тор-М1». СМИ сообщали, что переговоры о поставках касались также боевых судов и подводных лодок.

Причины переориентации Венесуэлы с американского и европейского вооружения на российское просты: США ввели запрет на продажу этой стране оружия и запчастей. Он распространяется и на иностранные вооружения, которые имеют узлы и агрегаты американского производства или сделанные по лицензии США.

Из-за этого правительство Чавеса, например, не смогло закупить истребители «Мираж» и штурмовики АМХ, производящиеся на предприятиях дружественной Бразилии.

В качестве основного поставщика вооружений Каракас выбрал Россию. Тот же Каррисалес, говоря о прекращении военного сотрудничества с США, говорит: «Нам поставляли очень красивые самолёты и устаревшую технику, абсолютно не эффективные для обороны страны и годные лишь для проведения парадов». Да, новейшие боевые средства Вашингтон латиноамериканцам не продавал. Однако называть «парадным» F-16 Fighting Falcon по меньшей мере странно: его вовсю используют ВВС США, Израиля, Италии, Бельгии, Греции, Дании, Нидерландов, Норвегии, Пакистана, Тайваня, Турции, Пакистана. Он много раз и вполне успешно участвовал в боевых действиях. А вот каким образом Чавес собирается использовать тяжелые Су-30 и Ми-35 – не совсем понятно. Первые предназначены для завоевания превосходства в воздухе, вторые — для нанесения массированных ударов по бронетехнике и укреплениям противника. Но три десятка мощных Су способны завоевать господство в воздухе разве что в войне с соседней Гайаной (хотя для этого хватило бы и одной-двух штук). Вторые еще в Афганистане и Чечне показали малую пригодность для антипартизанской войны. Получается, что для победы, скажем, над Колумбией российской техники просто критически мало (о противостоянии с США нелепо и говорить), а для уничтожения повстанцев или наркокартелей она не годится.

Ошибается венесуэльский вице-президент: то, что его страна закупает в России, как раз и подходит в основном для парадов. Очевидно, большую роль сыграли легендарные эффективность и качество российского оружия. Второй компонент — эмоции в чистом виде: купим оружии в России, чтобы Вашингтону было неприятно.

Что ж, пусть Чавес поддерживает нашу «оборонку» — нам же лучше, зачем это ему нужно – в конце концов, его дело.

С другими, не связанными с «оборонкой» контактами дела обстоят хуже. К сожалению, кроме оружия, мы мало что можем предложить южноамериканской стране. «ЛУКойл» и «Газпром» приглашены к разработке нефтегазовых месторождений, и последний начал проектировать газопровод Венесуэла — Бразилия — Аргентина — Уругвай — Парагвай, но сооружений такой стоимости, технической сложности и экологической опасности в мире еще нет. «Газпром» в одиночку проект точно не осилит. Бразильские власти все сильнее сомневаются в целесообразности строительства супермегатрубопровода, особенно после обнаружения на собственном шельфе гигантских месторождений углеводородов и еще больше после того, как Чавес национализировал ряд бразильских активов в ходе кампании по «социализации экономики».

Сам венесуэльский лидер еще в прошлом году заявил, что грандиозный план трансконтинентального монстра заморожен из-за недостатка политической воли лидеров вовлеченных стран.

С «ЛУКойлом» тоже все непросто. Вице-президент компании Леонид Федун, комментируя переговоры с Каракасом о сотрудничестве, подчеркивает, что условия, которые предлагает Венесуэла, довольно жесткие. Никаких льгот, подобных тем, что предложены Венесуэлой Белоруссии и Ирану (и почти наверняка Китаю), у наших компаний, похоже, не будет. К тому же у наших нефтяных компаний нет современных технологий глубокой нефтепереработки, так что не совсем понятно, что собирается делать «ЛУКойл» в болотах венесуэльской Оринокии – нефть там тяжелая и сверхтяжелая. Кроме того, в Венесуэле продолжают работать такие нефтяные гиганты, как BP, Chevron, Total и Statoil. Только ExxonMobil и ConocoPhillips отказались заключать договоры с Венесуэлой по разведке и добыче нефти в стране.

«Любовь» Каракаса к Москве совсем не так горяча, как к Пекину, Тегерану и Гаване.

С Китаем Венесуэла создала совместный инвестиционный фонд с капиталом $6 млрд долларов. Китай построил там огромный завод мобильных телефонов, строит для Каракаса 20 танкеров, закупает все больше венесуэльской нефти. Иран построил в Венесуэле предприятия по сборке тракторов и легковых автомобилей, мини-молокозаводов, велосипедов, цементный комбинат. Почему Чавес выбрал иранские трактора и легковушки – не самые качественные копии устаревших европейских моделей, понятно — чтобы опять же сделать неприятное Вашингтону. Но выбрал-то он не «Владимирца», а продукцию Тебризского тракторного, и не «Калину», а «Саманд».

Так что, пока в Венесуэле трудится никому не известная компания «Русское золото», возможно, появится и наш «КамАЗ». Хотя вряд ли: там уже собирают его «одноклассника» — белорусский «МАЗ». И, кстати, тракторы «Беларусь». Повторять причину такого выбора не стоит – она понятна. Лукашенко – открытый антизападник. А Россия хотя время от времени фрондирует против США и Евросоюза, ссорится с ними, но президент Медведев и премьер Путин – не Лукашенко, не Ахмадинеджад и не Фидель Кастро. А «главные» друзья боливарианской Венесуэлы именно они.

Уго Чавес едет в Россию в первую очередь как посланник революции, лидер мирового левого движения (это далеко не так, но он свято верит в свою главенствующую роль). «Чавизм» — политика, в том числе экономическая, основанная прежде всего на эмоциях, рефлексиях и фобиях. И надеяться на серьезные контракты с Венесуэлой можно в случае политической поддержки курса Чавеса в мировом масштабе. Но даже в этом случае Пекин для Каракаса важнее Москвы и политически, и экономически.

Так что Россия может рассчитывать на продажу Венесуэле оружия и участие наших компаний во второстепенных экономических проектах. И это хорошо, ведь долгосрочные отношения с режимами, построенные не на обоюдной выгоде, а на общей ненависти к кому-то или чему-то (США, империализму, Западу и т. д.), слишком ненадежны.