Пенсионный советник

Подпишитесь на оповещения от Газета.Ru

Есть повесть печальнее

24.01.2002, 17:46

Как в итальянском городе Вероне показывают любопытному туристу могилу Джульетты Капулетти, так, может быть, теперь в шведском городе Уппсала будут показывать любопытному туристу могилу Фадиме Сахиндал.

Двадцатишестилетняя Фадиме Сахиндал была убита собственным отцом за то, что хотела выйти замуж за шведа, а не за курда. Они курдские иммигранты. Они приехали в Швецию, потому что в Швеции низкая рождаемость и нужна свежая кровь, а в Курдистане непрекращающаяся война и бедность. Девочка выросла и влюбилась. Отец несколько лет предупреждал ее, что выходить замуж за шведа нельзя, потому что это расходится с религиозными убеждениями их курдской семьи и непоправимо замарает их честь.

Шведское правительство, когда приглашало курдов приезжать и делать грязную работу, как-то совершенно не подумало, что у этих неприхотливых, диковатых и очень красивых людей есть какая-то такая честь, ради которой отец может убить собственную дочь.

Они, наверное, дикари, но я ни за что не поверю, будто существует в мире хоть один отец, не любящий свою дочь безумной последней любовью. Отец наверняка любовался дочерью. Она была красавица. Наверняка плясал бы на ее свадьбе как дервиш, если бы она вышла замуж за курда. Наверняка качал бы на коленях ее детей и рассказывал бы им страшные истории про то, как сначала Ататюрк изгнал курдов с половины их исконных земель, а потом Саддам Хусейн изгнал со второй половины. Страшные сказки про честь и убийства чести. Если бы только она вышла замуж за курда.

Но она не хотела за курда. Она хотела за шведа. Ей казалось, будто сильная и мудрая Европа, страны Евросоюза, либеральные ценности, свобода личности, Декларация прав человека, единая валюта, свобода слова, свобода совести – каким-то волшебным образом перевесят вдруг вековую курдскую традицию убийств чести.

Если есть традиция, значит, есть и прецеденты. Значит, уже многие курдские девушки пытались выйти замуж по любви за чужака, и многие курдские отцы убивали за это дочерей. И последний подобный случай произошел в 99-м году, но тогда не обратили внимания.

Дело в том, что Фадиме Сахиндал несколько месяцев, прежде чем быть убитой, рассказывала по всем телевизионным каналам и во всех газетах про курдскую традицию убийств чести. Она так и говорила: «Меня убьют! Меня обязательно убьют». Но ей никто в сущности не верил, потому что курды, конечно, дикари, но в представлении европейца даже дикарь, помести его в условия цивилизованной жизни, сам немедленно станет цивилизованным.

Легкомысленный марксизм! Всегдашняя ошибка либерала, делающая либерализм опаснее ксенофобии. Либерал разрешает чужому войти в свой дом, но при этом отказывается верить всерьез, что у чужого и мозг устроен иначе.

Фадиме Сахиндал организовала даже специальную общественную организацию, борющуюся против убийств чести. И шведская общественность подумала, что этого достаточно. Достаточно ведь организовать общество борьбы за равные права для гомосексуалистов и лесбиянок, чтобы правительство отменило дискриминационные законы. Для правительства европейской страны действительно достаточно, а для пятидесятишестилетнего курдского отца недостаточно вовсе.

На самом деле Фадиме Сахиндал была просто гордой курдской девушкой. Не могла же она плакать в телеэфире и говорить: «Меня убьют! Спасите мою любовь! Вы все, с вашими атлантическими союзами, единой валютой и декларацией прав человека, спасите одну мою маленькую любовь!» Не могла же она позволить себе плакать, вот и представлялась всему миру правозащитницей.

На самом деле совсем не исключено, что проблему Фадиме Сахиндал можно было решить. Отец ее и братья говорят, что брак противоречит не национальным, а религиозным убеждениям ее семьи. Вполне возможно, что, прими этот шведский парень ислам, так всю историю можно было бы спустить на тормозах и потихонечку выдать девушку замуж за любимого без особого ущерба для чести семьи.

Он не хотел принимать ислам? История про Ромео и Джульетту, где Ромео остается в живых?

В конце концов Фадиме Сахиндал не оставила отцу выхода. Весь мир знал, что курдская девчонка не подчиняется отцу и позорит семью. Цивилизованный мир сочувствовал девушке. Курдские дикари сочувствовали отцу. По курдским своим законам чести отец убил дочь, пошел и сдался полиции, чтобы его судили по законам цивилизованной Швеции, неспособной никого спасти.