Пенсионный советник

Подпишитесь на оповещения от Газета.Ru

Сокращение согласительной миссии

23.12.2010, 10:16

Эпоха больших двусторонних соглашений по сокращению вооружений закончена

Администрации Барака Обамы все-таки удалось протолкнуть через сенат новый договор с Россией о сокращении стратегических наступательных вооружений. Белый дом выдержал битву с противниками соглашения, которые рассчитывали дотянуть до следующего года. В январе состав конгресса сильно изменится и, хотя демократы сохранят большинство в верхней палате, атмосфера будет иной. Возможно, Договор СНВ был бы в конце концов ратифицирован и новым составом, но республиканцы наверняка выдвинули бы еще ряд условий, грозящих обессмыслить достижения переговорщиков. Впрочем,

Обама сражался не столько за продолжение перезагрузки с Кремлем, сколько за собственное политическое будущее.

Так вышло, что документ (в английском варианте называемый более поэтично – «новый старт») стал делом принципа — способна ли вообще администрация добиваться своего. После тяжелого поражения демократов на промежуточных выборах в конгресс в ноябре комментаторы начали сомневаться в перспективах «президента надежды». Мол, если Обама так мало из намеченного смог реализовать в тепличных условиях контроля над конгрессом, то с враждебным законодательным корпусом он и вовсе обречен.

Однако ощущение политической стенки, к которой прижата администрация, заставило ее резко активизироваться во время «сессии хромых уток» — завершающего этапа деятельности конгресса старого состава. Работу законодателей продлили намного дольше, чем обычно. Белый дом пошел на компромисс с республиканцами, согласившись на сохранение налоговых льгот для богатых, но зато ему удалось провести скандальный законопроект о службе гомосексуалистов в армии, а теперь и СНВ.

Кстати, благодаря более длительной сессии в силу без шума вступает еще один важный российско-американский документ — Соглашение 123 о сотрудничестве в области мирного атома. Он не требовал ратификации, однако должен был находиться на рассмотрении палаты представителей не менее 90 рабочих дней и одобрялся в случае отсутствия возражений в течение этого срока. Ординарной сессии не хватило, и существовала реальная возможность того, что все придется начинать заново в изменившемся составе конгресса. Однако процедурными хитростями нужный срок удалось добрать. В результате открыта возможность перспективного сотрудничества, чего не могли добиться много лет.

Но одного продления времени заседаний было бы недостаточно, если бы администрация не проявила настойчивость и изощренность в работе с оппонентами. Противникам СНВ в сенате удалось загнать Белый дом в угол. Сенатор Джон Кайл, который выступал в качестве уполномоченного от республиканского меньшинства по теме договора, чередуя обещания с промедлениями, дотянул решение вопроса до цейтнота. После чего объявил, что времени на обсуждение нет и необходимо отложить дебаты на будущий год. В последний момент отказался поддержать документ и такой внешнеполитический тяжеловес, как Джон Маккейн, который оседлал любимую тему: Россия не демократия, поэтому доверять ей нельзя ни в чем. Поскольку Кайл и Маккейн — две ключевые фигуры, на которые ориентировались остальные республиканцы, менее погруженные в тему, противники договора полагали, что шансов у Белого дома не осталось.

Однако администрация, проведя предварительно мощную артподготовку (в пользу договора высказались едва ли не все главные авторитеты в сфере национальной безопасности), пошла в обход.

Упорство, с которым часть республиканского руководства билась против вполне проходного и скорее символического договора, создало впечатление, что их собственные политические расчеты и стремление во что бы то ни стало «свалить» Обаму доминируют над всем остальным.

И вместо того, чтобы продолжать торговлю с «тузами» Кайлом и Маккейном, демократы взялись обрабатывать каждого из «непрофильных» сенаторов, убеждая их в важности поддержки договора. В результате необходимое число голосов, даже с запасом, было получено относительно легко. Правда, Обаме пришлось раскошелиться на 80 миллиардов, обещанных на модернизацию ядерного комплекса, и клятвенно пообещать, что СНВ-3 не станет помехой разработке ПРО.

Что в сухом остатке?

Администрация провела всю «сессию хромых уток» в комбинационном атакующем стиле и сумела несколько развеять ощущение безысходности, которое уже охватило многих приверженцев Обамы. Белый дом продемонстрировал способность добиваться своего вопреки неблагоприятным обстоятельствам, и это позволяет сторонникам демократов надеяться, что он сумеет проводить свою линию и в условиях недружественного конгресса.

Перезагрузка с Россией успешно завершена. Точнее, она завершится после того, как примеру сенаторов последуют российские законодатели, но с этим проблем возникнуть не должно. Разве только Госдуме захочется помотать нервы американцам в ответ на нервотрепку, которую те устроили с дебатами в сенате.

Курс на улучшение отношений, предложенный Обамой и принятый Дмитрием Медведевым, оказался результативным. Все, о чем предполагалось договориться полтора года назад (СНВ, санкции против Ирана, отказ от планов Буша по ПРО, кооперация по афганскому вопросу), выполнено.

Климат отношений улучшился. Но на этом содержание перезагрузки как переходного этапа от тупика бушевской эры к налаживанию какого-то диалога исчерпано. Нужно менять промежуточную повестку на новую. А с этим пока все неясно. В частности, и по той причине, что с января у президента будут связаны руки: будущий состав конгресса, где доминируют республиканцы, уже пообещал добиваться пересмотра всего, что делал и делает Обама.

Если через все еще демократический конгресс с таким трудом удалось провести весьма скромный по масштабам воздействия на ситуацию СНВ-3, то все дальнейшие шаги рискуют увязнуть в плотном сопротивлении республиканских законодателей. Которые, вне всякого сомнения, постараются взять реванш за все начиная с января. Обама, например, намеревался провести через конгресс Договор о всеобъемлющем запрещении ядерных испытаний, к которому не удается подступиться с 1990-х годов, что стало бы доказательством искренности стремления Обамы к безъядерному миру. Но здесь сенатор Кайл и его единомышленники просто лягут костьми, поскольку в этом договоре республиканцы видят ограничение права США на выбор средств защиты собственной безопасности, а это недопустимая крамола.

Что касается России, то в планах администрации на 2011 год были переговоры по совместной ПРО и завершение процедуры вступления России в ВТО, далее предполагалось перейти к следующему этапу консультаций о сокращении вооружений, которые включали бы и тактическое ядерное оружие. Последнее не вызывает ни малейшего энтузиазма в России, которая считает свое преимущество по тактическим арсеналам компенсацией масштабного превосходства НАТО в Европе по обычным вооруженным силам. Однако не исключено, что до обсуждения этого дело и не дойдет.

Безъядерные амбиции Барака Обамы все дальше от реальной стратегии и ближе к красивой утопии.

К тому же, как справедливо заметил вчера в своем заключительном слове на слушаниях Джон Кайл, СНВ-3 является, вероятнее всего, последним договором такого рода, то есть созданным по модели «холодной войны». В дальнейшем США и Россия, очевидно, будут строить свои ядерные стратегии уже самостоятельно, с оглядкой не столько друг на друга, сколько на весь комплекс возможных нужд и угроз. А это значит, что эпоха больших двусторонних соглашений по сокращению вооружений закончена.