Пенсионный советник

Подпишитесь на оповещения от Газета.Ru

Телесные ангелы

12.10.2001, 00:00

У каждого человека, как известно, есть свой ангел-хранитель. Он может принимать самые разнообразные обличья. Скажем, бравого пляжного спасателя, жарким июньским полднем вытаскивающего вас, предельно разогретого изнутри и снаружи, из цепких объятий Нептуна. Или, напротив, чайника-водителя, заплутавшего по дороге в аэропорт и успевающего туда аккурат в момент, когда от взлетной полосы уже отрывается ваш самолет, сюжет о катастрофе которого откроет вечерний выпуск новостей. К чему я это все? А вот к чему.
Где-то года полтора назад, хорошо набузовавшись, возвращался я с женой и дочкой из своего любимого клуба «Петрович», совсем недавно тогда открывшегося и не обретшего еще нынешнего статуса культового тусовочного места. Дело, понятно, было за полночь. Мы сели на станции «Чистые пруды» (бывшая «Кировская») в предвкушение недолгого путешествия до станции «Библиотека им. В. И. Ленина» (если кто помнит, был такой). Народу в вагоне было минимально. Справа просматривалось несколько лысых пацанов призывного возраста с народным пивом «Балтика» и девкой на коленях, где-то на периферии – пожилая пара, а прямо напротив, свесив голову, дремал пьяный негр, довольно бомжевато для негра одетый.
— Смотри, какой странный негр,– удивился я, кивнув жене.
— А с чего ты, собственно, решил, что он негр? – в свою очередь удивилась она.
И тут я понял, что никакой это не негр, а самый что ни на есть наш родной бомжара, лицо которого представляло один сплошной синяк явно ножной выработки. Но в это время двери раскрылись по причине нашего прибытия на станцию бывшая «Дзержинская», ныне «Лубянка», а это, согласитесь, еще похлеще.
Надо сказать, что не я один присматривался к нетрезвому маргиналу. Лысая поросль также обнаружила к нему свойственный пытливой юности интерес. Во всяком случае, скины (а были это, судя по развитым торсам, именно они) заметно оживились. И пошел с их стороны такой, примерно, текст: «бомж вонючий – пьянь гребаная – столицу засрали – расу белую позоришь – сволота – давить вас гадов». И, слегка подталкивая друг друга и друг от друга же заводясь, но с места пока не вставая, гнали они всю эту парашу. А потом самый горячий ревнитель белой идеи не выдержал и двинулся к объекту праведного гнева. А поезд меж тем остановился на бывшей станции «Проспект Маркса», переименованной, вследствие общего недавнего охлаждения к идее пролетарского интернационализма, в «Охотный ряд», что в данном контексте оказалось неожиданно символично.
И тут я, вовсе не по причине беззаветного героизма, а скорее от физической какой-то невозможности наблюдать всю эту тухлую историю, со словами «кончайте, ребята» пересел со своей лавки к этому бомжу. Может, в глубине души надеялся, что не станут же они метелить меня, седого дядьку, прямо на глазах у домочадцев. Ага, щас. Вся шобла, за исключением девки, радостно рванулась ко мне. Я вскочил, тут же с криком к нам метнулась жена, а в следующий момент с другой стороны нарисовались два здоровенных, под потолок, шкафа. Этих я вообще не видел.
«П…»,– смекнул я. И не ошибся. Потому что дальше началось кино. Эти двое, не говоря худого слова, абсолютно синхронно и как-то истово даже, начали скинов мочить. Причем со второго удара – уже ногами. Экзекуция была недолгой. Двери в очередной раз распахнулись. «Станция ‘‘Библиотека имени Ленина’’»,– сказал красивый голос.
Измолоченный в месиво молодняк, утирая кровавые сопли, безуспешно пытался подняться с пола, а два атлета, решительно одернув пиджаки и даже не взглянув в мою сторону, вышли на платформу. Мы за ними. Один на мгновенье задержался в дверях и, адресуясь к бомжу, так и продолжавшему безмятежно почивать, бросил на ходу: «А тебя, обезьяна, вообще убить мало».
Двери захлопнулись, и поезд тронулся. Мы пошли на пересадку. А два моих ангела-хранителя на выход. Видимо, в ту самую библиотеку.

О выборах напишет Александр Кабаков. Читайте его колонку в 13.00