Дремучий лес: правительство разбирается с незаконной рубкой

Мишустин потребовал решить проблему незаконной вырубки леса

Правительство Михаила Мишустина намерено решить проблему незаконной вырубки леса. Но две предыдущие попытки исключить участие «черных лесорубов» из оборота древесины не увенчались успехом. Единая государственная информационная система учитывает только те объемы, которые в нее введены ручным способом. И нередко это руки коррумпированных чиновников, состоящих в сговоре с недобросовестным бизнесом.

Проблема незаконных рубок и лесных пожаров обсуждалась в пятницу 28 февраля на встрече сенаторов с правительством. Круг проблем обозначил заместитель председателя Совета Федерации Юрий Воробьев.

Во-первых, как выяснилось, до сих отсутствует достоверная информация о количестве, состоянии и стоимости лесных ресурсов, нет контроля за использованием лесов, их охраной, защитой и воспроизводством.

«Более 80% площадей лесов — нет актуальных данных лесоустройства на сегодня. Я был удивлён сам: никогда не думал, что так далеко зашла эта проблема», — заявил Воробьев.

При этом он напомнил, что лесоохрану правительство передало на уровень регионов. Но у региональной власти на учет и защиту леса просто нет средств, а субсидий, выделяемых на это федеральным центром, хронически не хватает.

«Численность лесной охраны в два раза ниже, чем должна быть. Зарплата очень низкая, техники нет, бензина нет и поэтому контроля нет», — возмущался сенатор.

По подсчетам Воробьева, лесное хозяйство России фактически убыточно. В прошлом году за счет лесной отрасли получили доходов 46 млрд рублей. «А потратили гораздо больше, что, конечно, недопустимо», — считает Воробьев.

Отладить систему учета лесного хозяйства не получается не только потому, что отрасль убыточна, а финансирования недостаточно. Проблему создает труднодоступность лесных ресурсов. Не хватает дорог, инфраструктуры.

Сенатор назвал цифры: на 1 тыс. га в России приходится 1,4 км дорог. В Финляндии — 90 км, в Соединённых Штатах — 10 км, в Норвегии — 9 км.

Вернуть лес в легальное поле

Власти уже несколько лет не могут внедрить систему ЛесЕГАИС — единую государственную информационную систему учета леса. Ее цель — повышение прозрачности оборота древесины.

«ЛесЕГАИС хорошо работает, только когда всё законно, а всё, что незаконно, она не видит», — признал сенатор.

Премьер Михаил Мишустин, выслушав доклад сенатора, наличие проблемы отрицать не стал. Он назвал непроработанной принятую правительством Дмитрия Медведева в 2018 году стратегию развития лесной отрасли (она рассчитана до 2035 года). По оценке Мишустина, эта стратегия — не тот документ, который поможет «вернуть отрасль в легальное поле».

Мишустин откровенно высмеял алгоритмы работы системы ЛесЕГАИС. «Если туда данные не вводятся, она ничего не учитывает», — сказал Мишустин, добавив, что эту лесную ЕГАИС не удается внедрить с 2016 года.

Он предложил создать из ЕГАИС такую цифровую платформу, которая бы позволяла не только вводить туда данные о вырубках, но и фиксировать и контролировать все сделки с каждым бревном и лесоматериалом.

Кто, куда и что вывозит из леса

Правительство не впервые пытается отработать систему достоверного учета сведений о лесопромышленном комплексе страны. Еще в августе 2018 года Алексей Гордеев, который тогда занимал должность вице-премьера, поручил представителям отрасли выдвинуть предложения по противодействию незаконной вырубке и усилению контроля за оборотом древесины.

Было установлено, что достоверной информации о незаконных вырубках в России нет. Даже официальная ведомственная статистика о незаконной деятельности «черных лесорубов» — разнится от 0,8% до 40% от общего объема древесины.

В ноябре 2018 года министр природных ресурсов и экологии Дмитрий Кобылкин и бывший глава Рослесхоза Иван Валентик отчитывались на «правительственном часе» в Совете Федерации. Отчет не устроил сенаторов. Спикер Совфеда Валентина Матвиенко потребовала в жесткой форме разобраться с недостоверной отчетностью и коррупцией в лесном хозяйстве.

По словам спикера Совфеда, «эта сфера такой коррупциогенной и криминализованной стала, что эта ржавчина уже разъела всех».

Матвиенко потребовала решительных действий и даже «поставила на счетчик» чиновников, ответственных за решение этой проблемы. «Давайте мы дадим вам шесть месяцев, чтобы вы разобрались, у Валентика уже счетчик пошел, ему меньше осталось», — резюмировала Матвиенко.

Главу «Рослесхоза» в итоге заменили, но проблема осталась.

Закон — тайга, медведь — хозяин

Прежний премьер Дмитрий Медведев на встрече с членами Совфеда 12 февраля прошлого года предлагал ставить электронное клеймо на каждое бревно, чтобы отслеживать маршрут вывоза леса. «Тогда мы будем понимать, кто чего и куда возит», — сказал он.

Но чипирование каждого бревна хотя и позволяет отслеживать все его перемещения, связано с финансовой нагрузкой. Стоимость одного чипа оценивается в $0,5-$5. Стоимость среднего бревна с доставкой составляет 750 рублей, подсчитали для «Газеты.Ru» в Институте актуальной экономики. Поэтому чипирование может составлять до половины стоимости самого бревна, что экономически нецелесообразно.

Сделать электронный учет древесины в принципе реально, считает Павел Мясоедов, директор и партнер компании «Интеллектуальный Резерв». Но как решить проблему достоверности сведений, не очень понятно. Особенно это касается труднодоступных мест Сибири и Алтайского края. К каждой лесопилке по полицейскому не поставишь, отметил он.

Кроме того, действующая лесная ЕГАИС абсолютно неудобна для бизнеса, отмечает советник уполномоченного при президенте РФ по защите прав предпринимателей Антон Свириденко. Она настолько громоздка и неоперативна, что не позволяет вести деловой оборот. Эта система — пример тех самых избыточных административных барьеров, от которых правительство пытается избавить бизнес, добавляет Свириденко.

Но провести тонкую настройку системы не получается уже почти пять лет. В итоге владелец какой-нибудь лесопилки в Иркутской области и бизнесмен, которому нужен лесоматериал, просто договариваются не фиксировать сделку или вводят в ЛесЕГАИС фальшивые сведения, объяснил он.