онлайн-табло
Вчера
Сегодня
Завтра
Развернуть

«Сейчас у нас есть только Медведева и перспективы в парах»

Россия выиграла одно золото на чемпионате мира по фигурному катанию

В своей профессиональной карьере Евгения Медведева не выиграла только один старт РИА Новости
В своей профессиональной карьере Евгения Медведева не выиграла только один старт

Один из самых известных специалистов в мировом фигурном катании, тренер олимпийских чемпионов в танцах на льду Людмилы Пахомовой / Александра Горшкова и Натальи Линичук / Геннадия Карпоносова, двукратного чемпиона мира Владимира Ковалева и первой отечественной чемпионки мира в женском одиночном катании Марии Бутырской, заслуженный тренер СССР и России Елена Чайковская подвела итоги завершившегося в Хельсинки чемпионата мира и предложила вывести прыжки у мужчин в отдельный турнир.

— За свою тренерскую карьеру вы видели множество чемпионатов мира, чем запомнился нынешний?

— Безумно интересным оказался мужской турнир. Соревнования среди одиночников всегда несли особую энергетику напряжения. Потому что квинтэссенция всего нашего вида спорта — это мужское одиночное катание. Все самое передовое, все новейшие тенденции и технологии идут оттуда. Но сейчас это было что-то фантастическое!

Не знаю, увидим ли мы еще когда-нибудь такое чистое исполнение сложнейших прыжков. В произвольной программе уже шесть четверных пытаются исполнять (американец Натан Чен. – «Газета.Ru»), четыре-пять считается нормой, три — не гарантирует первые места, а о двух и говорить нечего.

С шестеркой фигуристов, которые выступали в Хельсинки в последней разминке, просто нет смысла соревноваться.

Этот чемпионат требует большого осмысления. Очевидно, что пришло время подумать над новыми правилами. Если говорить о мужском одиночном катании, то, возможно, это должен быть какой-то новый вид соревнований, может быть, со своими медалями чемпионата мира и Олимпийских игр.

Или отдельный турнир по прыжкам… Потому что вот эта шестерка и, может быть, еще один-два человека из предпоследней разминки создали совершенно иной вид спорта, чем тот, который мы видели до этого.

— Что вы имеете в виду?

— Один дополнительный четверной прыжок перекрывает всю красоту фигурного катания, сводит на нет постановочную и музыкальную часть программы, артистические придумки. Здесь требуется только разбег и чистейшее техническое исполнение сложнейшего прыжка.

Но это — не фигурное катание. Поэтому я и говорю, что после Олимпиады необходимо серьезно задуматься над тем, куда мы вообще идем. Во-первых, сейчас будет совершенно другая селекция. Фигуристам роста выше среднего и так непросто справляться с многооборотными прыжками, а сейчас они и вовсе окажутся вне игры.

Преимущество будут иметь низкорослые спортсмены, максимум 1,55 м, с короткими ногами, то есть с более низким центром тяжести, что позволит крутить четыре оборота с любого старта.

Простите, но говорю это как профессионал. И получается: музыка не очень нужна, пластика не очень нужна… Ведь все идет к тому, чтобы шесть четверных исполнять в программе! Поэтому техническому комитету ИСУ есть над чем задуматься.

Может быть, стоит все оставить как есть, и пусть это будет отдельная высокая лаборатория, как в серьезных институтах, которая занимается космическими проектами…

— Но ведь Юзуру Ханю, завоевавший чемпионский титул, смог совместить красоту и сложность.

— Да. Ханю очень музыкален, он очень хорошо чувствует программу. У него потрясающая пластика и при этом чистейшие прыжки, вещи, казалось бы, несовместимые.

Я немножко расстроена за Фернандеса. Я люблю этого фигуриста в силу того, что он демонстрирует артистическое катание. Но мне нечем крыть — у него всего лишь два чистых четверных было в программе, с третьего он упал. Но даже если бы и не упал, это ничего бы для него не решило.

— Лучший результат у россиян — восьмое место Михаила Коляды. Чего, на ваш взгляд, не хватает перспективному фигуристу для того, чтобы войти в эту заветную шестерку?

— Опыта, образности, той самой картинки программы, которая есть у лидеров. И надежных четверных. Коляда — талантливый фигурист, у него, как мы говорим, хороший конек.

Если он добьется стабильного исполнения лутца в четыре оборота — самого сложного четверного прыжка (а на тренировках он с ним справляется), то будет конкурентоспособен.

— Восемнадцать лет назад на этом же самом катке ваша ученица Мария Бутырская впервые в истории завоевала для российского женского одиночного катания золото чемпионата мира. Каким вы увидели нынешний женский турнир?

— Женя Медведева стоит особняком. Если у мужчин в заключительной разминке все шестеро фигуристов неистово борются между собой, то Женя не участвует ни в каких соревнованиях. Женя сейчас над всеми. И честь и хвала ей и ее тренеру, что пока она не дает ни малейшего повода усомниться в своем превосходстве, выходит и делает все с легкостью, с каким-то волшебным порывом, безмятежностью…

Ей сейчас равных нет. И я очень надеюсь на то, что это состояние ей удастся сохранить не только до Олимпиады, но и на следующее четырехлетие.

— А если взглянуть на женское одиночное катание без Медведевой?

— Женское одиночное катание — это любые эмоции, переживания. Это — чувственная пластика… Именно поэтому соревнования женщин всегда собирали полные залы. А сейчас на взрослых чемпионатах мира катаются в основном 15–16-летние девочки. Но давайте посмотрим, куда это все пойдет.

Если женские турниры будут напоминать юниорские чемпионаты, то, мне кажется, это не тот путь, по которому нужно идти.

— От женщин следует ждать такого же всплеска сложности, как в мужском катании?

— Сто процентов, очень скоро женщины начнут исполнять прыжки в четыре оборота, вернется, опять же, тройной аксель. Ведь если еще Бутырская исполняла его на тренировках, что уж говорить о нынешнем поколении.

Но хочется, чтобы хотя бы в этом виде и в танцах оставалась суть фигурного катания: красота скольжения, музыкальность, артистизм, драматургия…

— Но все говорят о том, что прогресс все равно не остановить.

— Приведу такой пример. В свое время, когда в парном катании работал Станислав Жук, чьи ученики всегда выделялись суперсложностью, ИСУ просто вынужден был пойти на то, чтобы ввести в правила некоторые запреты. Потому что был момент, когда, например, на чемпионате Европы в парном катании участвовало всего шесть дуэтов, три из которых представляли нашу страну.

Парное катание — дисциплина травматичная, к тому же очень дорогостоящая. И многие страны просто перестали ее развивать. И сейчас в парном катании складывается похожая ситуация. Поэтому нужно глобально все переосмыслить и найти какой-то компромисс.

— Давайте теперь о танцах. В последние два года лидерство, казалось бы, прочно застолбили за собой французы Габриэлла Пападакис / Гийом Сизерон. Но вернулись олимпийские чемпионы – 2010 Тесса Вирту / Скотт Мойр…

— Да! И пусть теперь эти два дуэта соревнуются между собой. В чем преимущество канадцев? Они настолько естественно существуют на льду, будто бы у них нет коньков. Они летят куда-то, наслаждаются музыкой и друг другом… Скотт Мойр — потрясающий партнер, с потрясающей пластикой.

И Пападакис/Сизерон — тоже явление. Они показывают нам именно танец, взаимоотношения между мужчиной и женщиной. Все говорят: ничего такого особенного они не делают. Но при этом их катание всех завораживает, тревожит, берет за душу. Такими и должны быть танцы.

Но все-таки на сегодняшний день вершина — это канадцы. Они просто гениальные.

— А что у нас не так в этой дисциплине?

— Мы потеряли этот вид абсолютно. У нас нет самобытности, у нас нет харизмы. У нас нет всего того, о чем я говорила, приводя в пример канадцев и французов: какого-то другого поворота темы, находки, параллельных линий, дыхания параллельного…

— За оставшееся время до Олимпиады еще есть шанс что-то изменить? Те же Виктория Синицина / Никита Кацалапов, к работе с которыми вы подключились в этом сезоне, могут в следующем сезоне сделать рывок?

— У этой пары очень хороший потенциал. Партнера можно сравнить со Скоттом Мойром — такая же потрясающая пластика. Но есть и одна сложность, о которой я не буду сейчас говорить, мы над ней работаем.

Надо в корне поменять танец каждой из наших пар, которые претендуют на участие в ОИ. С теми программами, которые у них есть сейчас, мы ничего не выиграем. И не надо здесь ничего говорить о происках врагов.

Мы должны повернуть свое собственное танцевальное направление, как в свое время поворачивали его в другую сторону, пытаясь опередить англичан. И нам с Милой Пахомовой это удалось. Поменять картинку, поменять лицо.

За год можно успеть. Тогда мы можем рассчитывать на что-то. Речь не идет о том, чтобы завоевать золотую медаль на Олимпийских играх, потому что чудес не бывает. Но попытаться пробиться хотя бы в призы мы можем.

— Одним словом, если подвести итог, Олимпиада нашим фигуристам предстоит непростая…

— Увы, фаворитами, как таковыми, нас сейчас не считают. У нас единственная прочная позиция — у Медведевой, хорошие перспективы в парном катании и два слабых звена — мужское одиночное катание и танцы на льду.

Но надо как-то выбираться из этой ситуации. Мы не можем позволить себе говорить: да, все плохо. И ничего не делать. Надо работать, надо пробовать…

Другие новости, материалы и статистику можно посмотреть на странице зимних видов спорта, а также в группах отдела спорта в социальных сетях Facebook и «ВКонтакте».