«Профукал ксиву? Минус два дня от отпуска»

«Газета.Ru» побеседовала с сотрудниками разных подразделений полиции США

Наши бывшие соотечественники, которые нынче работают в полиции США, рассказали об особенностях и сложностях службы. Скандалы, связанные с превышением сотрудниками полиции своих полномочий, а также недобросовестным исполнением ими своих обязанностей, происходят и в их подразделениях. Американские правоохранители, так же как и в России, оправдывают свои просчеты маленькой зарплатой и недокомплектом штата.

На вопросы «Газеты.Ru» ответили сотрудники различных подразделений американской полиции: патрульно-постовой службы, спецназа и криминальной полиции.

— Как вы устроились работать в полицию и почему решили там служить?

— Зоя Матюнина, 26 лет, детектив в одном из отделов полиции Нью-Йорка: Я с детства наблюдала за работой полицейских, мне это очень нравилось, и я решила стать одной из них. Родилась я в Самаре, специально выучила английский, после чего поступила в самарский институт. На каникулах приехала в Нью-Йорк — и мне захотелось тут остаться. В общем, я сняла небольшую квартиру в этом городе и начала готовиться к службе.

— Вадим, 37 лет, офицер патрульной службы полиции Нью-Йорка: Родился я в Севастополе в военной семье и собирался делать военную карьеру. Уже в Америке прослужил некоторое время рядовым в морской пехоте, принял участие в боевых действиях в Ираке в 2003 году. Чтобы стать офицером, необходима «вышка», и я окончил колледж по специальности «бухгалтер» — так было проще всего высшее образование получить. Но у меня не было гражданства Соединенных Штатов, без него офицером стать невозможно, и тогда я ушел на гражданку, хотя офисную работу всегда ненавидел. Потом подал заявление в полицию.

— Дэнис Якушев, 38 лет, ветеран полицейского спецназа г. Майами-Бич (штат Флорида): Я пошел в полицию потому, что мой отец, дед и бабушка были сотрудниками правоохранительных органов России. Мой отчим, американец, тоже был полицейским детективом. Сам я некоторое время прослужил в питерском ОМОНе. Пять лет я проработал в группе быстрого реагирования SWAT (полицейский спецназ США).

— Какая у вас сейчас должность?

— Зоя Матюнина: Детектив. Я раскрываю убийства. В российских реалиях это примерный эквивалент оперуполномоченного.

— Вадим: Я патрульный полицейский — патрулмен. 90% американских полицейских — это патрульные. Я обеспечиваю безопасность одного из самых крупных колледжей в США, предотвращаю преступления и ДТП, расследую преступления небольшой тяжести. А вообще хочу отметить, что в США не так много должностей и званий полицейских, как в России. Офицер (так называют здесь рядовых сотрудников), капрал, сержант, лейтенант, капитан, помощник шефа полиции и шеф полиции. Что касается должности детектива, то ее получить не так уж и просто. Для этого нужно проработать патрульным не менее пяти лет и иметь хорошие показатели по службе. Как вы понимаете, звания в американской полиции не совпадают со званиями их российских коллег. Наш сержант, к примеру, приблизительно соответствует вашему капитану.

— Дэнис Якушев: Службу закончил в звании сержанта. Мы оказывали силовую поддержку в рейдах против наркоторговцев, арестах по судебному ордеру, были готовы противодействовать уличным беспорядкам (хотя лично я именно с этим в ходе службы не сталкивался). Кроме того, SWAT спасает заложников, штурмует здания, в которых забаррикадировались вооруженные подозреваемые, и спасает самоубийц.




— Перед тем как начать службу, вы проходили курсы обучения?

— Зоя Матюнина: Я прошла письменные и устные вступительные испытания, они включали в себя тест на базовые знания по математике, языку, географии, истории, письменный и устный психологические тесты, а также собеседование на знание основ гражданского и уголовного права. После этого я прошла тест на физическую подготовку и медицинскую комиссию. Затем я проучилась четыре года в полицейском колледже. А потом у меня было что-то вроде стажировки в участке. И только затем меня допустили к работе.

— Вадим: Я учился в полицейской академии, курс включал в себя 420 часов. До этого я окончил курсы саперов в штате Алабама. А вообще за годы службы всяких курсов повышения квалификации было великое множество. Кроме того, все подразделения в обязательном порядке дважды в год проходят сдачу нормативов по стрельбе. Кто-то и чаще проходит. В целом стандартная подготовка копа выглядит следующим образом: все проходят одинаковую подготовку в академии за шесть месяцев, а потом расползаются по специальностям — кто куда. В академии учат основам законодательства, физподготовке, как правильно с людьми разговаривать, стрелять и много чему еще.

Каждый день по два часа каждого предмета. Учебные стрельбы проходят каждые две недели, и патронов в ходе них не жалеют.

— Дэнис Якушев: Мы окончили спецкурс, который включал в себя два года. Потом нас ждали квалификационные экзамены, их нужно было сдать не позже определенного периода времени — сейчас не помню какого. Я все сдал за полгода и уложился в срок. Экзамены включали в себя сдачу нормативов по огневой и физической подготовке, рукопашному бою, тактики действия в здании при спасении заложников, основы минно-взрывного дела. Также мы сдавали специфический экзамен по психологии, в ходе которого надо продемонстрировать умение убедить захватившего заложника или самоубийцу сдаться полиции. Все эти нормативы мы регулярно пересдавали в ходе службы.

— Сколько в среднем зарабатывает полицейский в США?

— Зоя Матюнина: В рублевом эквиваленте это от 130 тыс. до 230 тыс. руб. в месяц. Я говорю о зарплате сотрудника криминальной полиции.

— Вадим: В больших городах — $5–8 тыс. в месяц. В городах с небольшим населением это $3–4 тыс. в месяц, однако там и цены на всё ниже, чем в больших городах. Хватает на всё, чтобы вести жизнь без мысли о второй работе.

— Дэнис Якушев: Все зависит от штата, где служишь, и должности, которую занимаешь, а также от выслуги лет. По Флориде могу сказать, что это от $13,5 до $45 в час. Есть переработки — они оплачиваются дополнительно: каждый час переработки стоит в полтора раза дороже обычного часа.

На всё самое основное мне хватало — на машину, на одеться-обуться, на жилье и даже на путешествия.

Сложнее, когда появляются дети: хорошее образование в США стоит немалых денег. Но работа в полиции — это не отдых на пляжах Флориды. У нас еще относительно спокойный штат, а вот некоторые мои коллеги из числа спецназовцев в департаменте полиции Нью-Йорка иногда покушать-пописать не успевали. То же самое касается полицейских патрульной службы.


— Доводилось ли вам рисковать жизнью?

— Зоя Матюнина: Да.

— Вадим: Работа в полиции — это уже риск. В Америке каждый гражданин, за исключением судимых, имеет право на ношение оружия. В связи с большими тюремными сроками, которые светят подозреваемым за большинство преступлений, они зачастую просто так не сдаются полицейскому

— Дэнис Якушев: Всем доводилось, и не раз. Будь то бег по крышам, выдергивание стволов из машин, драки с упырями, больными СПИДом или туберкулезом либо зачистка помещений.

Меня лично раза три пытались пырнуть ножом, а однажды чуть не прострелили шею.

— Есть ли система штрафов для сотрудников? Поощрений? Как она работает?

— Зоя Матюнина: Бывают денежные поощрения за хорошую работу и премии за выслугу лет.

— Вадим: Сотрудник полиции несет ту же самую ответственность, что и обыкновенный гражданин. Все его нарушения автоматически передаются шефу полиции. За грубые нарушения полицейский может быть уволен. Поощрением может быть как повышение в звании (а это повышение зарплаты), так и благодарственное письмо от шефа, к нему обычно добавляется купон на кофе на сумму от $5 до $20.

— Дэнис Якушев: Среди своих терок никаких нет: либо ты профессионал своего дела, либо «пустой костюм», как у нас говорят. Расовых делений в спецподразделении нет и не может быть в принципе. Есть система штрафов за нарушения, когда за них забирают отпускные дни. Это когда ты по оплошности профукал рацию или ксиву. У тебя за это забрали 2–3 дня — и забыто. Есть лентяи и просто разгильдяи — их долбят наказаниями вполне заслуженно. За серьезные правонарушения есть служебный суд. Там уже можно получить и увольнение.

— В России принято критиковать палочную систему отчетности при раскрытии преступлений полицейскими. Как отчитываются американские копы?

— Зоя Матюнина: У нас в этом плане все то же самое, что и в российской полиции. Мы очень сильно привязаны к проценту раскрываемости преступлений, в моем случае — убийств.

— Вадим: Отчетности как таковой нет, а есть статистика.

Вообще это не в интересах полицейского — фабриковать уголовное дело.

Если это вскроется в суде, то все старые уголовные дела полицейского (даже по которым уже вынесен приговор и назначено наказание) будут «разрушены» и полицейский будет уволен и осужден.

— Дэнис Якушев: Система отчетов существует, в основном это оперов касается. От нее они стонут, думаю, как и любой опер в любой полиции мира.


— Каковы правила применения оружия полицейским?

— Зоя Матюнина: Правила почти такие же, как и в России, и наказание аналогичное — вплоть до отстранения от службы и увольнения.

— Вадим: Согласно действующим правилам, сотрудник полиции может применять табельное оружие в любой ситуации, которую он считает опасной для своей жизни и здоровья. При применении оружия с летальным исходом ФБР и соседнее полицейское управление проводят независимое расследование. По его окончании они передают эти материалы суду присяжных. Присяжные выносят решение. От этого зависит дальнейшая судьба полицейского: либо он продолжит работать в полиции, либо его ждет уголовное дело.

— Дэнис Якушев. Его можно применять лишь при угрозе жизни сотруднику или гражданскому лицу. В зверей можно стрелять при угрозе укуса. Табельное оружие в отличие от российских полицейских мы не сдаем. Ответственность за его сохранность полностью лежит на сотруднике.

— От чего зависит карьерный рост?

— Зоя Матюнина: Главный критерий — качество твоей работы. Раскрываемость пресловутая. От отношения к тебе начальства многое зависит.

— Вадим: Звания не присваивают по выслуге лет или по определенным заслугам (как в российской полиции),

при поступлении в полицию США человек получает звание офицер (коп, патрулмен — в зависимости от должности), которое является самым младшим, и около 90% полицейских так и уходят с ним на пенсию. Когда открываются вакансии сержанта, лейтенанта и так далее, подать заявление на него может каждый офицер.

Но на новое звание и должность надо сдавать экзамен.

— Денис Якушев: В спецназе карьерный рост зависит от выслуги. Но чтобы получать звания выше, надо сдавать тест, мало кто хочет это делать. Он весьма сложный, а время на подготовку к нему никто дополнительно не выделяет. Надо совмещать ее с работой, которая, как я уже сказал выше, отнюдь не похожа на прогулку по парку.

— Что лично вам кажется сложным в вашей работе?

— Зоя Матюнина: Пожалуй, то обстоятельство, что надо быть снисходительным к людям, совершившим преступление. Получается это у меня не всегда.

— Вадим: Когда прихожу домой к семье, а продолжаю думать о работе. Не всегда получается переключиться, и мне это не нравится.

— Дэнис Яковлев: Я служил во Флориде, где поспокойнее, в Нью-Йорке условия гораздо жестче. Основная проблема — в необходимости соответствовать высоким требованиям, предъявляемым к бойцу спецназа. В первую очередь это касается физической силы и выносливости. Человек слаб. Хочет иногда и поспать лишний час, и пива выпить. А это не всегда можно, если ты в спецназе служишь.

— А есть ли коррупция в американской полиции?

— Зоя Матюнина: С этим я не сталкивалась. А вот с разгильдяйством и бардаком — сколько угодно.

http://byaxell10.tumblr.com/post/109633118018/http-byaxell10-tumblr-com-tagged-superbad

Вещдоки часто теряются, это стало уже почти обычным делом. Путаница в бумагах жуткая.

Например, убили не так давно девушку, и, как выяснилось, эта смерть связана с убийством, которое произошло года три назад. В суде нам дают ордер на эксгумацию тела. Однако после ее проведения судмедэксперт по ошибке указал неверные сведения в документах. Это означает, что ордер надо получать снова, все документы снова сверять и самое главное — обосновывать снова перед судьей обстоятельства, по которым необходимо делать эксгумацию во второй раз!

— Вадим: Коррупции нет. Это закончилось в 80-х. Факты незаконного поведения сотрудников иногда «выстреливают» в СМИ, но это не коррупция в привычном нам понимании, а просто криминальное поведение отдельных преступных элементов, которые просочились в органы.

— Дэнис Яковлев: Во Флориде коррупции почти нет. В крупных городах (Нью-Йорк, Чикаго, Лос-Анджелес) она есть. Это не значит, что можно дать взятку постовому полицейскому. Я говорю о коррупции в больших городах и только об отдельных личностях. А такого, чтоб дать взятку за фальсификацию улик или за то, чтобы тебя не задерживали, такого не бывает, конечно.

— Вы любите свою работу? Хотите ее поменять или нет?

— Зоя Матюнина: Мне работать очень нравится, менять ее не хочу.

— Вадим: Люблю, служу уже 14 лет и хочу доработать до пенсии. Так что неправду и всякие гадости про меня не пишите (улыбается).

— Дэнис Яковлев: Работа нравилась, да и платили неплохо. Ушел потому, что здоровье уже стало подводить, да и потом, к моменту увольнения я уже начал открывать свой бизнес, которым сейчас и продолжаю заниматься.