Веха в истории КС

Впервые в истории Конституционного суда одному из судей заявлен отвод от участия в процессе



Впервые в истории Конституционного суда одному из судей заявлен отвод от участия в процессе

Впервые в истории Конституционного суда одному из судей заявлен отвод от участия в процессе

РИА «Новости»
Конституционный суд в четверг рассматривал иск о признании не соответствующими основному закону страны нормы ГПК РФ, разрешающие апелляционным инстанциям рассматривать частные жалобы без приглашения заявителей. Заседание по этому делу началось со скандала: впервые за всю историю КС одного из судей попытались отстранить от участия в процессе.

Рутинное заседание Конституционного суда (КС) началось совершенно неожиданным образом. Полномочный представитель президента России в КС Михаил Кротов попросил отвод судье-докладчику Геннадию Жилину. Старожилы не припомнят подобной ситуации за всю историю КС.

Гадис Гаджиев, носящий судейскую мантию с 1991 года, признался корреспонденту «Газеты.Ru», что не вспоминает ничего подобного за всю свою карьеру.

Согласно федеральному закону «О Конституционном суде РФ», судья может быть отстранен от участия в процессе по двум основаниям. Первое — если он на предыдущих местах работы как-либо принимал участие в принятии акта, являющегося предметом рассмотрения КС. Второе — если его объективность может быть поставлена под сомнение в связи с личной прямой или косвенной заинтересованностью (например, из-за родственных связей с кем-то из участников процесса).

Именно в объективности судьи Жилина усомнился представитель президента. В ходе заседания судьям КС предстояло решить вопрос о конституционности двух статей Гражданско-процессуального кодекса (ГПК). Одна из них — ст. 244.6 (возвращение заявления о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного постановления в разумный срок) — уже становилась предметом разбирательства в КС около года назад. В июле 2011 года судьи признали положения этой статьи соответствующими Конституции. Однако Жилин с мнением коллег не согласился и приложил к постановлению КС «Особое мнение». В связи с этим, по мнению Михаила Кротова, он не может быть полностью беспристрастен в нынешнем процессе, ведь предметом рассмотрения являются все те же нормы ГПК. Примечательно, что «Особое мнение» по этому делу в июле 2011 года представил еще один судья КС – Людмила Жаркова. Однако к ней у Кротова претензий не нашлось.

Впрочем, ходатайства об отводе Жилина вполне хватило, чтобы накалить атмосферу в зале заседаний до предела.

На лицах всех судей отчетливо читалось крайнее неудовольствие выступлением Кротова. Сам полпред также выглядел изрядно взволнованным. Показателен тот факт, что Кротов, слывущий одним из самых словоохотливых и красноречивых представителей госвласти, работающих в КС, сегодня наотрез отказался от общения с журналистами, а в своем выступлении, по сути дела, ограничился сухим перечислением юридических норм.

Обсудив проблему в совещательной комнате, судьи КС отклонили ходатайство представителя президента. Мотивировка решения оказалась очень простой. В июле 2011 года предметом рассмотрения был пункт 5 части 1 ст. 244.6 ГПК РФ. Сейчас же в жалобах заявителей фигурировала часть 5 той же статьи, а также ст. 333 (порядок подачи и рассмотрения частной жалобы) ГПК, которой «Особое мнение» судьи Жилина не касалось вообще. Таким образом, по сути, Жилин высказывался о других нормах кодекса, а следовательно, предвзятым быть не может.

После разрешения возникшего казуса процесс пошел своим чередом.

Суть нескольких жалоб, объединенных в рассматриваемом деле, сводится к недовольству работой судов апелляционной инстанции.

С 1 января 2012 года начали действовать поправки к ГПК, согласно которым суды апелляционной инстанции получили возможность рассматривать часть дел по «краткой письменной форме». В этом случае суд не обязан извещать заявителей о времени и месте проведения судебного заседания. Такой порядок возможен только при рассмотрении частных жалоб на определение суда первой инстанции или единоличное постановление судьи. Частная жалоба может быть подана на постановление или определение об отказе в возбуждении уголовного дела, отказе в приеме искового заявления, а также на приостановление производства по делу и еще ряд подобных случаев.

Четверо заявителей, жалобы которых рассматривал КС в четверг, в разное время подавали частные жалобы на отказы судов в пересмотре дел по вновь открывшимся обстоятельствам. Все жалобы были рассмотрены и отклонены апелляционной инстанцией без их участия. В этом заявители усмотрели нарушение своего конституционного права на судебную защиту и справедливое судебное разбирательство.

С доводами заявителей не согласился никто из представителей органов власти. Постоянный представитель Госдумы в КС Дмитрий Вяткин заметил, что оспариваемая норма была введена в ГПК для противодействия сутяжничеству и искусственному затягиванию рассмотрения дела по существу.

«Затягивать процесс можно бесконечно, подавая частные жалобы на любое определение суда, — пояснил он. — Не приняли доказательства — частная жалоба, отказали в ходатайстве — частная жалоба. При этом все это не имеет к рассмотрению дела по существу никакого отношения.

И если оставить обязательным оповещение участников процесса — можно затягивать дальше. Бесконечно говорить, что «меня не оповестили», «я не получил», «я заболел», «я сменил место жительства» и так далее…».

Кроме того, по словам Вяткина, рассылка тысяч письменных уведомлений о времени и месте проведения судебного заседания увеличивает и без того огромные почтовые расходы российских судов.

«В конце концов, объявления обо всех заседаниях публикуются на интернет-сайтах судов, — подчеркнул представитель Госдумы. — Даже если человеку не прислали личного приглашения, он может узнать эту информацию, приехать и принять участие в заседании».

Александр Круглов, единственный из четырех заявителей, явившийся в КС отстаивать свою позицию, встретил эти аргументы с горькой иронией.
«Публикация сроков заседания в интернете может быть достаточна для Арбитражного суда, так как сложно представить себе юридическое лицо, не имеющее доступа к сети, — возразил он. — Но для гражданского процесса это совершенно не подходит.

Например, в Самарской области, где я живу, есть населенные пункты, которые телефонной-то связью обеспечиваются с трудом, и почта туда доходит с перебоями. Что уж говорить об интернете. Обязательно должно быть заказное письмо с извещением».

Также Круглов в своей жалобе привел примеры случаев, когда участников процесса, явившихся без вызова на рассмотрение их частных жалоб, попросту не допускали на заседание суда.

Аргументация практически всех оппонентов заявителя сводилась к тому, что при рассмотрении частной жалобы не производится рассмотрение сути дела. Апелляционная инстанция не исследует факты, а решает, по сути, процедурный вопрос — принять ли заявление, отправить ли дело на пересмотр и т. п. Однако Александр Круглов, продемонстрировавший весьма солидную юридическую подготовку, выразил решительное несогласие с такой постановкой вопроса. «Вновь открывшиеся обстоятельства — это всегда факты. Как же можно рассматривать такие сложные вопросы без присутствия сторон?» — задал он вопрос с трибуны.

С практической стороны к делу подошел приглашенный на заседание зампред Верховного суда Василий Нечаев. Он назвал обсуждаемый вопрос судьбоносным для судов общей юрисдикции. По его мнению, отмена «упрощенной письменной формы» повлечет за собой еще большую перегрузку и без того работающих на износ российских судов.

«Однажды у нас была частная жалоба, поданная совместно 105 гражданами, — проиллюстрировал он проблему. — Представьте, что будет, если всех их пригласить на заседание суда!»

Свое мнение по этому вопросу судьи должны озвучить через месяц.