Пенсионный советник

Шприцы и памперсы губят столицу

Столичные депутаты предлагают перейти на новые технологии по переработке мусора

Ирина Резник 15.12.2007, 15:40

В Москве ежегодно образуется около 250 тыс. тонн медицинского мусора, и эта цифра постоянно растет. Использованные шприцы, памперсы и биологические отходы грозят городу эпидемиологической катастрофой. Столичные депутаты предлагают перейти на новые технологии по утилизации опасного мусора. Правда, как их внедрять, никому не ясно.

В пятницу за «круглым столом» в мосгордуме депутаты и эксперты обсудили проблемы уничтожения отходов медицинских учреждений столицы и подвели первые итоги пилотного проекта автоматической дезинфекции отходов, запущенного два года назад в Юго-Восточном округе столицы.

Как сообщил заместитель директора НИИ экологии человека и гигиены окружающей среды РАМН Николай Русаков, в Москве ежегодно образуется около 250 тыс. тонн медицинских отходов, и это количество постоянно растет. Значительная часть отходов (15-25%) представляет серьезную опасность для людей и окружающей среды.

Содержащий болезнетворные микроорганизмы медицинский мусор – главная причина внутрибольничных инфекций.

По словам председателя комиссии мосгордумы по здравоохранению и охране общественного здоровья Людмилы Стебенковой, результаты бактериологических исследований отходов медучреждений подтвердили, что в больничном мусоре гораздо больше болезнетворных агентов, нежели в городском (общее количество микроорганизмов в больничном мусоре – 200 млрд/г, в то время как в городском – 0,1-1 млрд/г). «В России ежегодно регистрируется 30-40 тыс. случаев внутрибольничных инфекций, – заявила она. – Однако исследования ученых НИИ эпидемиологии свидетельствуют о том, что эти цифры могут достигать 2-2,5 млн».

Как отмечают специалисты, сегодня в большинстве медучреждений нарушается установленный СанПиНами (санитарно-эпидемиологические правила и нормативы) режим дезинфекции использованных перевязочных материалов, шприцов и систем, отходов операционных блоков, не хватает герметичной одноразовой тары для упаковки отходов, а необеззараженные медицинские отходы собираются в контейнерах, предназначенных для бытового мусора.

Значительная часть медицинских отходов вывозится на городские полигоны ТБО (твердых бытовых отходов) и мусоросжигательные заводы, где без предварительного обеззараживания складируется в едином потоке с бытовыми отходами.

«Мы сейчас должны были бы закрыть большую часть московских ЛПУ (лечебно-профилактических учреждений), — заявил замруководителя городского департамента здравоохранения Владимир Соболев. – Так как работают они с нарушением законодательства. И само обеззараживание отходов, и дальнейшая их транспортировка «причесаны». Приходится вывозить и утилизировать медотходы под видом бытового мусора, и все делают вид, что ничего страшного не происходит».

Но даже в тех больницах, где производится первичная дезинфекция, делают это неэффективными методами (инфицированные материалы заливаются хлоркой); технологии обеззараживания больничного мусора за последние десятилетия практически не изменились, а установки для их цивилизованной переработки имеют лишь единицы российских медучреждений. Между тем принятый в цивилизованном мире порядок уничтожения медотходов включает в себя первичную автоматическую дезинфекцию, герметическую упаковку, вывоз специализированным транспортом и полное сжигание.

В Москве решили начать хотя бы с первого этапа. Летом 2006 года в Юго-Восточном округе был запущен пилотный проект автоматической дезинфекции отходов.

В эксперименте участвовало 72 городских медучреждения. В стационарах, поликлиниках, родильных домах округа были подготовлены специализированные помещения, установлено оборудование, прошел обучение медперсонал. По оценке главного государственного санитарного врача Минобороны Василия Акимкина, в результате эксперимента удалось автоматизировать самую опасную фазу ручной обработки отходов – химическую дезинфекцию. «Схема обработки значительно упростилась, — объяснил он. – Вместо дезрастворов опасные отходы помещали сразу в герметическую упаковку и маркированную тару. Значительно снизился уровень травматизма, заражений и профзаболеваний, оздоровилась обстановка и в самих медучреждениях, и за их пределами». Не жалуются на работу автоматических установок и в самих больницах.

Главный вопрос, беспокоящий всех, кто имеет отношение к проекту, — что будет дальше?

Даже те медучреждения, что уже оборудованы дорогостоящими установками в рамках пилотного проекта, не смогут эксплуатировать их дальше без дополнительного финансирования. А соответствующей строки в городском бюджете на 2008 год нет. По словам Людмилы Стебенковой, начатую в Юго-Восточном округе работу, конечно, не бросят, но говорить о распространении программы на весь город в наступающем году уже не приходится.

Серьезным тормозом для распространения полученного в результате эксперимента опыта станет и устаревшее федеральное законодательство. По мнению Василия Акимкина, без кардинального изменения устаревшей нормативной базы развиваться новая система не сможет. «Взять самое простое – объем образующихся в больницах отходов. Проверяющие органы до сих пор руководствуются нормами 70-х годов и предъявляют претензии руководству медучреждений за то, что те оплачивают вывоз объемов, в сотни раз превышающих эти нормы». По мнению Акимкина, для перехода к новым технологиям необходимо изменить и действующие правила обращения с медицинским мусором.

Однако главная проблема на самом деле находится за пределами медучреждений.

По словам координатора проекта Татьяны Тимофеевой, вопросы вывоза медицинских отходов и окончательного их уничтожения не были решены даже в рамках эксперимента.

По мнению участников заседания, Москве нужны специализированная транспортная сеть и несколько мусоросжигательных заводов для уничтожения медицинских отходов. Однако строительство таких заводов вызывает все больше возражений у экологов и населения. Не получила развития и обсуждавшаяся в начале эксперимента идея об установке сжигающих установок на территориях самих больниц. Как считает Владимир Соболев, на откуп медучреждениям и так дано сейчас больше, чем входит в их прямые обязанности. По его мнению, всю цепочку – от обеззараживания до окончательного уничтожения смертельно опасного мусора — должны брать на себя специализированные службы. Однако даже если этим предложениям будет дан «зеленый свет», на налаживание цепочки и доведение ее эффективности до мировых стандартов уйдет не один год.

Впрочем, депутаты довольны уже и тем, что эксперимент состоялся. Пока они собираются разработать комплексную городскую программу по обезвреживанию медицинского мусора и подготовить соответствующие инициативы по изменению федерального законодательства.