Цивилизация
Печаль и траур имеют одинаковое проявление и воздействие на людей практически всех народностей и религиозных конфессий. Однако, даже если горе утраты связано с потерей любимого человека, оно не длится вечно и со временем людям свойственно свыкаться с невосполнимостью пустого пространства, которое раньше занимал близкий человек.
Однако давно замечено, что существуют люди, которые в течение всей жизни оказываются не способны смириться с утратой. Их чувства тоски, горя и печали обуревают с новой силой каждый раз, как какой-либо предмет, или просто воспоминание напоминают о потере.
Объяснить этот феномен с научной точки зрения ранее мало кто пытался. Наконец и до него дошли вооружённые магниторезонансным томографом руки нейрофизиологов из Калифорнийского университета в Лос-Анджелесе. Согласно их результатам, у некоторых людей воспоминания об утраченном вызывают возбуждение «центров удовольствия» в области мозга, которая называется прилежащим ядром.
В работе, опубликованной в журнале NeuroImage, исследователи резонно предположили, что у всех людей при жизни их близких активно работают центры — или, скорее, нейронные контуры — удовольствия, откликающиеся при виде любимого человека или предметов, которые непосредственно с ним связаны.
В процессе привыкания к невосполнимой потере близкого большая часть людей адаптируются к жизни без сигналов из таких «центров удовольствия», связанных с любимыми людьми. Однако люди с долгоиграющим, или, как говорят сами исследователи, «сложным» трауром, оказываются по каким-то причинам не способными адаптироваться к новым условиям и потому при каждом воспоминании об утрате их мозг начинает требовать их активности.
Оправдывая важность своего исследования, Мэри Фрэнсис О'Коннор, ведущий автор исследования, говорит, что оно может помочь людям, страдающим хронической депрессией от неутихающей моральной боли.
Исследование было проведено на 23 женщинах, потерявших мать или сестру из-за развития рака груди. Эти пациенты наиболее подвержены горю и печали в связи со смертью близкого человека, так как сами оказываются в группе риска развития онкологических заболеваний. 11 пациенток из группы имели симптомы «сложного» траура, в то время как другие 12 таких признаков не проявили.
Для того чтобы спроецировать разницу в симптомах обычного и «сложного» траура на мозговую активность, ученые воспользовались ставшим уже классическим методом функциональной магниторезонансной томографии (ФМРТ) мозга, с помощью которого следили за областью мозга, называемой прилежащим ядром (nucleus accumbens). Этот участок мозга, по современным представлениям ученых, отвечает во многом за вознаграждение или удовольствие, а также играет немаловажную роль в социальной связи людей — в том числе и такой, как потребность во внимании со стороны матери или сестры. Кроме того, изучению подверглась и нейронные контуры, связанные с болевыми ощущениями, которые включают внешнюю поясную кору головного мозга и его центральную долю, связанные как с физической болью, так и с моральными страданиями.
В качестве сигнала, напоминающего об утрате любимого человека, ученые использовали фотокарточку скончавшейся женщины. Для сравнения служила активность мозга в ответ на изображение незнакомки.
Оказалось, что увидев фотокарточку погибшей родственницы, мозг обеих групп подопытных женщин проявил активность в области болевой нейронной сети, а область прилежащего ядра активизировалась только у женщин, страдающих синдромом «сложного» траура.
Этот синдром может сопровождаться периодическими болезненными воспоминаниями и даже подтачивать физическое здоровье, замечает О'Коннор, потому очень важно бороться с ним.
Для его купирования предлагается напрямую воздействовать на «центры удовольствия». Впрочем, сотрудники центра психонейроиммунологии Калифорнийского университета, где было проведено исследование, пока не решаются предложить какие-то методы лечения, которые можно было бы применить на людях.
