Слушать новости
Телеграм: @gazetaru
Армейская дружба: как Турция ищет союзников в Средней Азии

Эксперты оценили идею создания блока «Армия Турана» во главе с Турцией

Анкара наращивает свое присутствие в Средней Азии. Недавний визит турецкого министра обороны в Казахстан и Узбекистан спровоцировал разговоры о грядущем создании нового военно-политического блока «Армия Турана». «Газета.Ru» пообщалась с экспертами, чтобы выяснить, есть ли у этой идеи шансы на жизнь, и какую угрозу России представляют пантюркистские стремления Турции.

Продуктивная поездка

Министр обороны Турции Хусули Акар совершил небольшое турне по странам Средней Азии. Как стало известно 28 октября, один из итогов этой поездки — подписание в Ташкенте соглашения о военном и военно-техническом сотрудничестве Узбекистана и Турции.

«Мы стараемся укреплять отношения во всех сферах — торгово-экономической, социальной, политической и, конечно, сфере военных отношений. Мы добились значительного прогресса», — заявил Акар после переговоров со своим узбекистанским коллегой Баходиром Курбановым.

В этот же день Акар, по информации источников агентства Anadolu, встречался с секретарем Совета национальной безопасности Узбекистана Виктором Махмудовым, а также президентом среднеазиатской республики Шавкатом Мирзиеевым. На всех этих встречах стороны обсуждали состояние своего военного сотрудничества, а также уделяли отдельное внимание вопросам совместной подготовки военных кадров и налаживанию контактов между вузами.

За день до этого, в понедельник, Хусули Акар совершил визит в еще одну среднеазиатскую страну — Казахстан.

Здесь у турецкого министра обороны была та же цель, что и в Узбекистане — укрепить двустороннее сотрудничество в военной сфере и области оборонной промышленности.

По итогам переговоров с министром обороны Казахстана Нурланом Ермекбаевым турецкий министр отметил, что диалог сторон прошел «достаточно легко». «Поскольку между главами наших государств на уровне президентов имеются очень тесный диалог и сотрудничество», — пояснил он.

Ермекбаев со своей стороны подчеркнул, что Турция носит статус стратегического партнера Казахстана, а также напомнил, что соглашение о военном сотрудничестве двух стран было подписано еще в 2018 году первым президентом Казахстана Нурсултаном Назарбаевым. Ратификация этого документа состоялась уже при новом главе государства — Касым-Жомарт Токаеве.

Двусторонний договор Турции и Казахстана носит тот же характер, что и подписанное накануне соглашение с Узбекистаном. Такой формат отношений предполагает развитие долгосрочного военного сотрудничества, взаимодействие в обучении военных, проведение учений, транзит военного имущества через воздушное пространство, оказание медицинской помощи, проведение научных и технических исследований.

И хотя военное сотрудничество Нур-Султана и Анкары в военной сфере, в отличие от подписания турецко-узбекистанского соглашения, — не новость, именно визит Хусули Акара в Казахстан привлек особое внимание турецких, а в дальнейшем и российских СМИ.

Путь к «Армии Турана»

27 октября турецкое издание Turkiye Gazetesi опубликовало материал под заголовком «Путь — Туранская армия». В статье приводятся мнения турецких военных экспертов и утверждается: успешное наступление Азербайджана в Нагорном Карабахе с применением турецкой военной техники приблизило воплощение давней мечты Анкары.

Речь идет о создании «Армии Турана» — военного блока, объединяющего тюркоязычные страны. Поездка Хулуси Акара в Казахстан расценивается изданием как один из шагов к созданию единой армии тюркских государств.

Потенциальные кандидаты на членство — страны бывшего СССР: Азербайджан, Узбекистан, Казахстан, Киргизия и Туркменистан. И здесь важно напомнить, что Казахстан и Киргизия — члены ОДКБ, в которую помимо России входит ведущая войну с Азербайджаном Армения. Их одновременное участие в еще одном военно-политическом блоке во главе с Турцией несомненно создаст дополнительные точки напряжения на постсоветском пространстве.

Однако опрошенные «Газетой.Ru» эксперты скептически относятся к подобной перспективе и возможности создания «Армии Турана» в обозримой перспективе.

Директор Центра изучения новой Турции Юрий Мавашев подчеркивает, что освещение идеи «Армии Турана» со стороны Turkiye Gazetesi — малозначимый факт, поскольку это издание считается маргинальным и не имеет ничего общего с прогосударственными турецкими медиа.

«Эта публикация не дает никаких оснований говорить о какой-то «Туранской армии». Военно-стратегическое сотрудничество — это всегда высшая степень интеграции, которая венчает политическую интеграцию. Политической базы, которая необходима для создания «Туранской армии», просто нет. Даже в 90-е годы эта основа была более прочной, чем сейчас.

Поэтому Турции предстоит провести еще очень большую подготовительную работу, прежде чем можно будет говорить об этом военно-техническом сотрудничестве. Пока же это просто попытка выдать желаемое за действительное», — говорит специалист.

Эксперт провел аналогию с ЕС, большинство членов которого также являются членами НАТО. Укреплению такого положения дел предшествовали годы и даже десятилетия многосторонней политической и экономической интеграции. Однако в случае потенциального альянса Турции и стран Средней Азии ничего подобного не наблюдается, отмечает Мавашев.

Эту точку зрения разделяет и старший научный сотрудник ИМЭМО РАН Виктор Надеин-Раевский. Однако, отмечает он, Анкара действительно проводит активную политику продвижения идеи пантюркизма.

Безграничный пантюркизм

По словам эксперта, идея пантюркизма крайне популярна в Турции. Ее главный политический сторонник — союзная президенту Реджепу Эрдогану Партия националистического движения.

«Эрдоган играет на их пропаганде, их агитации, их сторонниках, организации этих сторонников, потому что собственная электоральная база у него не столь велика. Без них большинства он бы не собрал, поэтому делает такую ставку. То есть интерес здесь не только внешнеполитический, но и внутриполитический», — говорит эксперт.

Главный инструмент реализации этого интереса — созданный в 2009 году Тюркский совет, объединивший всех, за исключением Туркменистана, современных представителей тюркского мира.

«До сегодняшнего дня мы говорили «Одна нация — два государства». Вчера я заявил, что теперь мы стали одной нацией, пятью государствами. Дай Бог, Туркменистан тоже примкнет к нам, и таким образом мы станем одной нацией, шестью государствами, усилим совместное сотрудничество в регионе», — говорил Эрдоган после прошедшего в октябре 2019 года очередного заседания совета.

Политику в этом направлении Анкара начала проводить еще в начале 1990-х годов. Например, именно Турция была первой страной, признавшей независимость новых государств Средней Азии. В те годы турецкие политики восторженно обсуждали возможности для «восстановления тюркского единства», а в СМИ появлялись новые термины: «узбекские турки», «киргизские турки», «татарские турки» или просто — «внешние турки».

Для таких «внешних турок» активно создавались образовательные программы, на которых молодым выходцам из Средней Азии и Азербайджана рассказывали о преимуществах турецкого пути развития. За последние 20 лет турки предоставили 26 тысяч стипендий для тюркоязычных студентов как на территории самой Турции, так и в местных филиалах. Кроме того, во всех тюркоязычных республиках на постсоветском пространстве действуют турецкие спутниковые каналы.

В начале 90-х экс-премьер-министр Турции Сулейман Демирель говорил, что у его страны появилась уникальная перспектива «определять политическое будущее мусульманских республик СНГ». Для реализации этой цели при турецком МИДе даже было создано Агентство тюркского сотрудничества и развития (ТIКА), цель которого заключается в развитии отношений с тюркоязычными странами бывшего СССР.

При этом, как отмечает тюрколог Надеин-Раевский, постсоветскими государствами идея создания так называемого «Великого Турана» не ограничится.

В сферу интересов Анкары также входят Синьцзян-уйгурский автономный район Китая, населенная узбеками часть территории Афганистана и регионы, на которых проживают тюркоязычные народы России.

«На территории нашей страны живут 28 тюркских народов. Далеко не все они мусульмане — те же якуты, тувинцы, коренные народы на севере России. Поэтом это крайне опасная для нашей страны история», — подчеркивает эксперт.

Есть ли тюркское единство?

Говорить о безоговорочной поддержке тюркоязычными странами и народами внешнеполитических амбиций Анкары не приходится. Как отмечает профессор Факультета мировой экономики и мировой политики НИУ ВШЭ Андрей Казанцев, хотя идеи пантюркизма и популярны в странах Средней Азии, их воспринимают только как один из возможных векторов развития.

«Все страны Центральной Азии, а в особенности Казахстан, проводят так называемую «многовекторную внешнюю политику». Она заключается в том, что Казахстан старается развивать сотрудничество с Россией, с Китаем, с США, Евросоюзом и с Турцией.

Турецкое направление — это где-то пятый вектор казахстанской внешней политики. Говорить, что он доминирующий — сильное преувеличение.

Это то, чего Турция хотела бы, и то, чего она добивалась, начиная с девяностых годов. Но от реальности, от того, что происходит в Центральной Азии, это очень далеко», — подчеркивает специалист по региону.

Виктор Надеин-Раевский со своей стороны отмечает, что в Центральной Азии пантюркизм — скорее маргинальная идея, которую большинство населения не поддерживает. Также реализации идеи препятствуют многочисленные нетюркские меньшинства, проживающие в странах региона.

«Путь к пантюркизму — всегда путь военный, путь вытеснения других народов и национальностей. Это примитивная, но очень непростая в осуществлении идея. Создать этот Великий Туран, конечно, невозможно. Но в попытках создать его будет пролито очень много крови», — говорит эксперт.

Развитие сотрудничества среднеазиатских государств с Турцией Андрей Казанцев объясняет их стремлением получить максимальную выгоду от всех внешних партнеров.

Казахстан и другие страны просто не видит смысла отказываться от любых форм партнерства, которые предлагает Турция.

«Но это не значит, что Нур-Султан откажется от других векторов — от сотрудничества с Россией, Китаем, Евросоюзом и США. Эти направления он будет ставить прежде Турции», — подчеркивает Казанцев.

Этот подход прослеживается и в заявлениях представителей казахстанской элиты. Оппозиционный политик и экс-кандидат в президенты Казахстана Амиржан Косанов в разговоре с «Газетой.Ru» призывает не рассматривать казахстанско-турецкое сотрудничество с помощью логики «кто не с нами, тот против нас».

«Казахстан и Россия, как соседи и стратегические партнеры, обречены жить вместе. И этим все сказано. Тем более, у нас есть взаимные союзнические обязательства в рамках ЕАЭС и ОДКБ, — говорит политик. — В то же время никто не отменял тюркское братство и сотрудничество, равно как, например, то же славянское братство. У казахов много родственников в мире, Турция — одна из них».