Кто станет новым лидером Франции

Французы выбирают кризис

«Газета.Ru» представляет расклад сил перед выборами президента Франции

Франция готовится избрать нового президента. Предвыборная кампания проходит в условиях, когда традиционные институты власти Пятой республики переживают глубокий системный кризис. Почему нынешние выборы принципиально отличаются от того, что переживала Франция раньше, и как политическая система, сформированная еще во времена Шарля де Голля, будет существовать на фоне этого кризиса, разбиралась «Газета.Ru» в рамках своего спецпроекта.

В воскресенье, 23 апреля, во Франции пройдет первый тур президентских выборов. Однако уже до начала голосования очевидно, что Пятая республика переживает глубокий системный кризис, когда традиционные для этой страны институты власти перестают играть ту роль, которую они исполняли на протяжении последних нескольких десятилетий.

Во-первых, впервые за всю историю Пятой республики действующий президент, имеющий право переизбраться на второй срок, не выставляет свою кандидатуру. Франсуа Олланд, избранный в 2012 году от Социалистической партии, осенью прошлого года заявил, что не станет участвовать в президентской гонке.

Во-вторых, политические партии, традиционный каркас политической системы Пятой республики, переживают институциональный кризис. Во Франции на протяжении полувека складывалась в основном биполярная политическая система. К власти поочередно приходили либо голлисты, которых сейчас принято называть республиканцами, либо социалисты. При этом всего можно насчитать несколько случаев, когда во главе страны становился президент-голлист при социалистическом парламенте или, наоборот, социалист при парламенте, большинство в котором занимали голлисты.

В таких случаях президент, наделенный большими полномочиями, не мог выполнять свои обязанности, потому что политические оппоненты практически блокировали работу главы государства.

Вместе с тем ни в одном из случаев такого политического «сожительства» во Франции сама система биполярного деления политического спектра не ставилась под сомнение.

В этом году, считают социологи, кто бы ни стал президентом Франции, он не сможет опереться на прочное большинство в Национальном собрании. Поэтому для осуществления государственной политики будущий президент должен будет находиться в постоянном поиске компромиссов, что чревато политическими кризисами.

Осложняется ситуация и тем, что внутри самих ведущих партий страны не все спокойно. В рядах республиканцев и социалистов нет консенсуса относительно будущего собственных объединений.

«Республиканцы» еще до праймериз делали ставку на бывшего премьер-министра Алена Жюппе. Некоторые журналисты уже считали его новым президентом Франции. Социологи утверждали, что в целом неплохие шансы стать единым кандидатом от правых есть у Николя Саркози. Однако в итоге победу на праймериз одержал Франсуа Фийон.

Примерно такая же ситуация в рядах социалистов. Мануэль Вальс, экс-премьер Франции при Франсуа Олланде, считался фаворитом внутрипартийных выборов, однако победителем здесь вышел Бенуа Амон, который, в отличие от системного политика Вальса, отличается куда более левыми взглядами.

Это свидетельствует о том, что представления партийного руководства об идеальном кандидате существенно отличаются от мнения избирателя.

Этот разрыв в оценках политиков между институтами власти и самих избирателей также говорит о кризисе традиционной системы Пятой республики.

От стандартов де Голля к распаду системы

Пятой республикой во Франции называют исторический период, начавшийся в 1958 году, окончательно оформившийся к 1962 году и длящийся до сих пор. В основе политической системы, установленной президентом Шарлем де Голлем, лежит сильная позиция президента страны, профессиональное правительство и ответственный парламент. Кроме того, одним из центральных элементов системы Пятой республики является Конституционный совет, который одновременно контролирует законность принимаемых решений, а также выступает элементом системы сдержек и противовесов.

Важным достижением Пятой республики стало четкое закрепление деления политического спектра на левых и правых. Ядром этих направлений стали политические партии, которые представляли голлистов (правых) и социалистов (левых).

«Шарль де Голль, первый президент Пятой республики, выстроил жесткую модель управления обществом. Недаром до сих пор эту модель называют выборной монархией — никогда во Франции не было таких полномочий, как у президента Пятой республики», — рассказала в беседе с «Газетой.Ru» Наталья Лапина, главный научный сотрудник ИНИОН РАН.

При этом одним из основных условий последовательного функционирования политической системы во Франции является парламентское большинство.

Президент просто не может качественно выполнять свои функции в условиях большого количества политических партий, ни одна из которых не имеет уверенной поддержки со стороны электората.

«И хотя де Голль сам не особенно любил партии — он считал, что они раскалывают общество, — он все равно был вынужден опираться на этот политический институт. При этом правящее большинство необходимо, чтобы президент проводил ту политику, которую он хочет», — добавила Лапина.

Ключевой проблемой нынешней избирательной кампании является тот факт, что этой реальности больше не существует. Об этом на прошлой неделе говорили и эксперты, принимавшие участие в «круглом столе» «Франция накануне президентских выборов» в аналитическом центре при Франко-российской торговой палате «Обсерво».

«Деление на левых и правых исчерпало себя. Впервые президентская кампания во Франции развивается в новой реальности», — считает Наталья Лапина.

Франсуа Фийон и Бенуа Амон — кандидаты от республиканцев и социалистов соответственно — испытывают трудности не только в связи с тем, что они не пользуются абсолютной поддержкой своих собственных партий, но и с тем, что им приходится защищаться от конкурентов, которые ставят им политические подножки и справа и слева.

Так, Амону приходится держать оборону слева от Жан-Люка Меланшона и Эммануэля Макрона — справа. Фийону же надо держать удар от того же Макрона, но уже слева и от лидера праворадикальной партии «Национальный фронт» Марин Ле Пен — справа.

«Обе партии — и республиканцы, и социалисты — стали жертвами поляризации политической системы в общенациональном масштабе», — считает Юрий Рубинский из Центра французских исследований Института Европы РАН.

Феноменальным в нынешней избирательной кампании можно назвать поведение Эммануэля Макрона, который раньше был членом Социалистической партии и занимал министерское кресло в правительстве Мануэля Вальса. Сегодня Макрон достаточно успешно отстраивается от социалистов и от существующих центров власти вообще.

В целом, отсутствие единства и четкой и понятной политической стратегии у традиционных политических партий способствует формированию во французском обществе запроса на новых людей. И это также является кризисным сигналом существующей политической системе.

Кандидат уходит в сеть

Нынешняя президентская кампания во Франции вскрыла еще одну проблему — представление о традиционном течении политического процесса для Франции больше не будет прежним. И явным ответом на запрос на новых людей как раз и стали Эммануэль Макрон и Марин Ле Пен.

С точки зрения руководителя Центра французских исследований Института Европы РАН Юрия Рубинского, прецедентным фактом для современной Франции является то, что

политики, которые раньше считались маргиналами, сегодня выходят на лидирующие позиции, оставляя позади представителей политических партий. Тем самым, по словам эксперта, становится очевидным, что старая система здесь перестает работать.

Как Макрон, так и Ле Пен ранее считались бы маргиналами, хотя и по разным причинам. Ле Пен — потому что придерживается крайне правых взглядов, которые раньше оставались на обочине политического спектра Франции. Сегодня же ультраправый кандидат имеет все шансы пройти во второй тур голосования. По разным оценкам, за нее готовы отдать голоса от 22 до 23,5% избирателей. Этого вполне достаточно, чтобы считаться фаворитом первого тура.

Эммануэль Макрон в недавнем прошлом покинул ряды партии социалистов, тем самым отказавшись от нее как от политического ресурса. В ранней политической парадигме Пятой республики Макрон бы превратился в маргинала, который не имеет шансов на дальнейшую политическую карьеру.

Однако сегодня партии отходят на второй план в плане способа продвижения по политической лестнице. «Современные французские элиты хотят быстрого восхождения на пирамиду власти», — подчеркнула Наталья Лапина.

И успешность Макрона является прямым отражением потребностей современного французского электората. Он разрывает связи с традиционными институтами власти и вместо стандартных политических партий предлагает движение «Вперед!», которое по большому счету носит сетевой характер.

«Вперед!» является политическим движением нового типа, в котором нет оформленного членства, нет партийных билетов и членских взносов, рассказала Лапина.

При этом эксперт подчеркивает, что будущее подобных сетевых образований оставляет без ответа много вопросов. У партии всегда есть традиционное электоральное ядро, на поддержку которого политическое образование может рассчитывать. С сетевыми движениями дела обстоят куда сложнее, поскольку непонятно, какую модель поведения изберут для себя его участники.

Плюс ко всему, нефиксируемое членство не позволяет контролировать и оценивать уровень поддержки.

Получается, что «Вперед!» существует, пока Макрон нравится сетевому сообществу. Однако если он допустит какую-нибудь ошибку, нельзя прогнозировать поведение участников движения.

Вместе с тем на данный момент можно говорить, что Макрон имеет все шансы стать следующим президентом Франции. Его поддержка составляет около 22%, и если данные социологов совпадут с итогами первого тура, то он пройдет во второй. А если социологи не ошибаются и относительно уровня поддержки Ле Пен, то во втором туре Макрон сумеет с существенным преимуществом победить лидера «Национального фронта».

У поддержки есть предел

Несмотря на отсутствие единства внутри французского электората и все более очевидную слабость политических партий, можно с высокой долей вероятности утверждать, что уже сложилась основная четверка лидеров из 11 кандидатов на пост президента.

На четверку лидеров приходится, по разным оценкам, от 80 до 86% будущих голосов избирателей.

Лидирует в рейтингах, как и прежде, Марин Ле Пен. За нее готовы проголосовать от 22 до 23,5% французов. Далее — Эммануэль Макрон, который пользуется поддержкой 22–22,5% избирателей. На третьем месте идет Франсуа Фийон, который может рассчитывать на 19–20% голосов, замыкает четверку фаворитов Жан-Люк Меланшон, за него готовы проголосовать 17–20% граждан Франции.

Примечательно, что кандидат от социалистов Бенуа Амон, будто в подтверждение многократно повторяющегося тезиса о структурном кризисе внутри партии, никак не может претендовать на президентский пост. По оценкам социологов, в лучшем случае он сможет набрать 9% голосов в первом туре.

Наталья Лапина в разговоре с «Газетой.Ru» подчеркнула, что данные социологов нельзя интерпретировать как то, что Франция становится правой. Она обращает внимание, что

если бы социалистам удалось выдвинуть единого кандидата, партия получила бы возможность побороться за лидерство в президентской гонке. Если сложить проценты поддержки Меланшона и Амона, получается, что тех, кто придерживается левых взглядов, достаточно, чтобы обеспечить выход кандидата-социалиста во второй тур.

Сегодня, за неделю до выборов президента, все чаще возникает вопрос, остается ли у кандидатов потенциал найти в электоральном пространстве дополнительные голоса.

По словам директора Центра политических технологий Игоря Бунина, в представленном перечне фаворитов еще есть шансы побороться за несколько процентов голосов избирателей у Франсуа Фийона. Эту возможность ему, как ни странно, обеспечил коррупционный скандал, в центре которого оказались он сам и его жена Пенелопа.

После того как стало известно о махинациях с заработной платой супруги Фийона, от него откололась часть электората, представленная по большей части католиками, придерживающимися центристских взглядов. Эта часть французского электората выступает против аморальности во всех ее проявлениях. При этом коррупция попадает в эту категорию. За их поддержку с республиканцем борется Макрон.

Однако здесь возникает другая проблема. Та часть избирателей, которые засомневались в Фийоне, по оценкам Бунина, является достаточно консервативной, а значит, для них важно, чтобы политика оставалась делом профессионалов. Если сравнивать политический опыт Фийона и Макрона, второй явно уступает первому.

«И здесь перед французами становится простой выбор — голосовать за честного или за того, кто умеет управлять государством. На данный момент, чтобы обеспечить себе место во втором туре, Фийону требуются дополнительные 2–3% голосов. В целом при правильных шагах республиканец может успеть обеспечить себе такую поддержку», — сказал Бунин.

В то же время достаточно стабильным выглядит положение Ле Пен и Меланшона. Проблема заключается лишь в том, что оба политика, по мнению экспертов, исчерпали свой лимит поддержки, что, скорее всего, обеспечит лидеру «Национального фронта» место во втором туре, а Меланшон, вероятно, после первого тура покинет гонку.

Россия важна, но не в первую очередь

Тема России в избирательных кампаниях кандидатов на пост президента Франции присутствует, однако говорить, что она занимает решающее место, нельзя. И все же попытка ответить на вопрос о взаимоотношениях Парижа и Москвы присутствует практически во всех предвыборных программах. Независимо от того, как и кто на него отвечает, российская тематика является важным элементом оценки для французских избирателей, считает Евгения Обичкова, профессор кафедры международных отношений и внешней политики России МГИМО.

По ее словам, на тему России во Франции обратили пристальное внимание после неожиданной для многих наблюдателей победы Франсуа Фийона на праймериз «Республиканцев». Именно этот политик первым в публичном пространстве высказался в пользу пересмотра отношений с Россией в сторону их улучшения.

Вместе с тем, по словам эксперта, сейчас во Франции сложились подходящие условия для того, чтобы обсуждать этот вопрос. Еще несколько лет назад, при «старой» системе координат, тема России была достаточно скользкой, чтобы обсуждать ее на высоком уровне.

Фийон в ходе избирательной кампании неоднократно заявлял, что санкции наносят вред французским фермерам, поэтому необходимо пересмотреть устоявшийся подход.

«Я сделаю все, чтобы снять санкции в отношении России, которые ни к чему, кроме разорения французских фермеров, не привели», — заявил Фийон 8 апреля.

Кроме того, Фийон один из немногих политиков в стране, который положительно отзывается о российском президенте Владимире Путине, что в целом не принято во французском истеблишменте в последнее время.

«Он был премьер-министром, когда я занимал тот же пост. За четыре года я имел возможность встретиться с ним много раз, и вместе мы проводили успешную политику, которая привела, в частности, к активизации французско-российских отношений в экономике», — говорил Фийон.

Другой кандидат — Марин Ле Пен — также подогревает интерес французского избирателя к теме отношений с Москвой. Кроме того, настоящей «информационной бомбой», по словам Обичковой, во Франции стало сообщение, что Ле Пен буквально за пару недель до выборов поехала с визитом в российскую столицу и даже встретилась там с Путиным.

Эксперт также обращает внимание, что Ле Пен важна Москве не столько как потенциальный будущий президент, с учетом того, что социологи не прогнозируют ей победу во втором туре, сколько как политик, который транслирует внутри самой Франции идею, важную для России.

Во Франции достаточно часто мысли, которые озвучивают националисты, позже перетекают в риторику системных государственных деятелей.

При этом не стоит считать, что позитивная риторика отдельных кандидатов по поводу России обязательно говорит о том, что отношения наших стран будут налажены в случае их избрания на пост президента Франции, считает Юрий Рубинский из Института Европы РАН. По его словам, даже если будущий президент будет позитивно настроен к диалогу с Россией, прежде всего ему придется разбираться с накопившимися внутренними проблемами в стране.

«Вопросы образования, экономики, этнической принадлежности — вот те проблемы, которые являются областью борьбы для французских политиков», — рассказал он в беседе с «Газетой.Ru».

Вместе с тем эксперты считают, что те данные, которые представляют социологи, не обязательно отражают реальные предпочтения французов. «Многие будут определяться с тем, за кого отдать свой голос, уже за занавеской, прямо в момент выборов», — считает директор аналитического центра при Франко-российской торгово-промышленной палате «Обсерво» Арно Дюбьен.