«Сексистское общество»: как борются с насилием в России и Франции

Франция и другие страны протестуют против убийства женщин их мужьями

Француженки обратили внимание на кризис: в стране растет количество женщин, которых убивают собственные мужья и партнеры. Правительство уже принимает меры для решения проблемы, но активистки не успокаиваются. По последним данным, в России женщины становятся жертвами домашнего насилия почти в 90 раз чаще, но власти считают эту проблему «преувеличенной».

Имя «Мари-Элис Дибон» можно встретить в каждом втором тоннеле Парижа, на стенах домов и мостовых сваях. Мари-Элис Дибон была убита собственным возлюбленным, который опоил ее, задушил, поместил ее тело в чемодан и выбросил его в реку.

Дибон — одна из как минимум 137 женщин во Франции, которые умерли от рук своего мужа или партнера за 2019 год. По сообщениям правительства, в прошлом году этот показатель составил 121 жертву. Неспособность властей справиться с этой проблемой вызывает негодование и ярость у француженок, и 23 ноября они готовятся выйти на улицы французской столицы, чтобы выразить свой протест.

На эту проблему Франции открыли глаза Хелен де Понсе, сестра убитой Мари-Элис Дибон, и активистка феминистского сообщества Collages Feminicides Камилла Лекстре. Их цель — привлечь внимание к убийствам женщин, которые совершаются просто потому, что они женщины. Для этого явления теперь есть отдельное слово — «фемицид».

Согласно данным Всемирной организации здравоохранения, такие убийства обычно совершаются бывшими или нынешними партнерами и мужьями, и этому чаще всего предшествуют угрозы и эпизоды насилия.

«Все это — чтобы подчеркнуть тот факт, что во Франции есть огромная проблема: мы все еще думаем, что женщины принадлежат мужчинам», — заявила Лекстре в беседе с CNN.

Марлен Шиаппа, министр гендерного равенства Франции, считает, что во всем этом частично виновата культура.

«Я думаю, французское общество — глубоко сексистское, и заставить его развиваться очень трудно», — призналась министр CNN. «Я пытаюсь выиграть культурную битву против сексизма и женоненавистничества с правительством, правда, это очень сложно», — добавила Шиаппа.

К счастью, правительство действительно начинает принимать меры. В сентябре этого года французский премьер-министр Эдуар Филипп выделил 5 млн евро на создание дополнительной тысячи мест для неотложной помощи женщинам, ставшим жертвами домашнего насилия.

«Французские женщины были похоронены под нашим безразличием», — заявил премьер. Он также призвал назначить специализированных прокуроров и судей для более оперативного рассмотрения дел о насилии в семьях, а также провести ревизию полицейских дел, связанных с угрозами и бытовым насилием.

Накануне данного обращения Филиппа центр горячей линии по вопросам домашнего насилия посетил Эммануэль Макрон, где президент прослушал несколько звонков и лично убедился в том, что в обработке поступающих жалоб есть серьезные проблемы.

Одно из прослушанных обращений было сделано 57-летней женщиной, которая пыталась сообщить о жестокости своего мужа, грозившегося убить ее. Она также попросила полицию помочь забрать ее вещи из дома, где еще проживает ее обидчик. Однако офицер отказался, заявив, что это «не входит в уголовно-процессуальную процедуру».

Анализ 88 случаев убийств и их попыток в супружеских, не состоящих в браке, а также распавшихся парах показал, что в 65% ситуаций правоохранительные органы были осведомлены о том, что женщина подвергалась насилию. Такие данные приводит министерство юстиции Франции в публикации, датированной началом ноября.

Хелен де Понсе выделила одну из причин убийства ее сестры Мари-Элис Дибон и тысяч других женщин по всему миру в собственничестве.

«Знаете, его игрушка уходила. Поэтому он предпочел сломать ее, чем позволить кому-либо еще играть с ней», — объяснила де Понсе CNN.
Сейчас Хелен де Понсе является активисткой Национального союза семей жертв фемицидов и надеется, что ее деятельность подтолкнет правительство к более основательным решениям проблемы домашнего насилия.

Во Франции женщин убивают чаще, чем в большинстве других стран Европы. Согласно последним данным Евростата, печальную статистику смогли превзойти только в Германии. Если во Франции женщина погибает от рук своего партнера раз в 2,5 дня, в Германии это происходит немного чаще, раз в 2 дня.

В России этот временной промежуток меньше настолько, что в это действительно сложно поверить. Раз в 40 минут: такие данные привело издание The Moscow Times в апреле 2019-го со ссылкой на официальные источники. Каждый год в результате домашнего насилия в России погибает около 12 тыс. женщин.

Министр по делам женщин Германи Франциска Гиффи в 2020 году планирует выделить 35 млн евро на государственные и муниципальные программы по борьбе с насилием в семье. Это решение было принято после оглашения статистики фемицидов за 2017 год, за который своими партнерами в Германии было убито 147 женщин.

В России же правительство признает, что «явление насилия в семье, к сожалению, существует.., как и в любой другой стране», но при этом подчеркивает, что «масштабы проблемы, а также серьезность и масштабы его дискриминационного воздействия на женщин в России достаточно преувеличены». Такие формулировки приводит «Коммерсантъ» из официального ответа от правительства РФ, направленный в ЕСПЧ. Фраза послужила ответом на вопросы по делам четырех россиянок, которые пожаловались на неспособность властей защитить их от домашнего насилия и дискриминации летом 2019 года.

В заявлении от Минюста содержится еще один неожиданный вывод. По мнению авторов документа, нет доказательств того, что чаще всего домашнему насилию подвергаются женщины, к тому же, по их словам, «жертвы мужского пола больше страдают от дискриминации», поскольку «находятся в меньшинстве», но при этом «от них не ожидается просьб о защите от жестокого обращения со стороны членов семьи».

К счастью для Франции и большинства стран мира, их власти признают проблему и начинают вести активную борьбу против домашнего насилия, однако многие годы могут уйти на то, чтобы искоренить непосредственную причину этого явления.

«Фемицид — лишь верхушка айсберга. Последствия чего-то намного большего. И это нечто большее может измениться только в случае перемен в культуре», — заключила Хелен де Понсе.