«Горе нереальное»: что было детской страстью Началовой

Что отобрали в детстве у Юлии Началовой

Певица Юлия Началова, ушедшая из жизни 16 марта, была необычным ребенком: с детских лет она выступала на сцене как профессиональная певица. Однако и у нее была детская страсть, которая объединяла маленькую артистку с другими мальчиками и девочками. «Газета.Ru» рассказывает о повальном детском увлечении, которое не ставило равнодушным никого.

Детство Юлии Началовой было не совсем обычным: не каждый ребенок с пяти лет начинает выступать на профессиональной сцене, а в десять оказывается победителем в певческом телеконкурсе «Утренняя звезда». Однако несмотря на постоянные занятия и репетиции, она росла девочкой, которой не чужды были увлечения всех детей конца 80-х и начала 90-х.

«Моей страстью были вкладыши от жвачки: я хранила все что можно было достать — Donald Duck, Love is и прочее. И не только хранила, но и играла них: в школе проводились целые чемпионаты — дети собирались в кучки, били ладошками по вкладышам. Выигрывал тот, у кого вкладыши переворачивались картинками вверх», — рассказывала Началова в интервью журналу «Теленеделя» в 2013 году.

Певица не зря называла любимые многими вкладыши от жвачек своей страстью: по словам артистки, она «играла даже на уроках».

Началова также рассказывала, что один раз у нее «изъяли целую пачку честно добытых в бою вкладышей — горе нереальное, потому, что не просто фантики были, а настоящие драгоценности!»

Игра во вкладыши была бичом советских школ времен перестройки: на переменках разгорались настоящие бои, а матерей и отцов игроков стыдили на родительских собраниях. Те, кто обладал по настоящему крупной коллекцией вкладышей слыли уважаемыми людьми: «Мне ты не нужен — у меня свои «Идеалы»», — вспоминает москвич Александр ссору со своим школьным другом в далекие 1980-е. «Идеалом» называлась болгарская жвачка — правда, она ценилась мало из-за примитивных фантиков.

В позденесоветское время популярностью пользовались жвачки с «Дональдом» а также героями комиксов из американской жвачки «Bazooka». Интересно, что в те времена во вкладыши играли, как правило, мальчики — девочки, в основном, болели за игроков, держась в сторонке.

Достать вкладыши, как и вообще иностранную жвачку, было затруднительно — она была у детей, чьи родители работали за границей. К началу 90-х — именно об этом периоде рассказывала Началова — ситуация немного изменилась, иностранная жвачка со вкладышами начала продаваться в киосках.

Игры во «вкладыши» во многих школах превращались в азартные соревнования: бывало, что игроки играли и на деньги, несмотря на попытки учителей с этим бороться. Взнос был небольшой, хотя и сами вкладыши были серьезным капиталом. «Вкладыши были нашей детской валютой», — пишет об этом в книге «Дональды» писатель Вадим Юрятин.

«Они были эдакой подростковой валютой — ими обменивались, на них играли, за них можно было купить у друга самосвал (как раньше за сверчка из «Денискиных рассказов)»», — подтверждает госслужащий Дмитрий. Он рассказывает, что впервые увидел игру во вкладыши в шестилетнем возрасте, когда приехал летом в деревню. «Помню, как в деревне соседская ребятня в доме напротив, усевшись вокруг стола, по очереди лупила по нему, в надежде перевернуть лицом вверх как можно больше картинок из заграничной жвачки. Ума не приложу, откуда их брали в таком количестве. Причем складывалась парадоксальная ситуация — жевательной резинки было не найти, а вкладыши при этом были».

«Толстенные пачки дональдов, турбо и десятков других вкладышей, новеньких и затертых, как купюры царя Гороха, переворачивались от мастерского удара ладонью, продвигая одних на вершину социальной лестницы и разоряя других», — писал в романе «Лунная Река» современный прозаик Андрей Гребенкин.

О феномене игры во вкладыши от жвачки упоминал в своем проекте «Намедни. Наша эра» и журналист Леонид Парфенов: «Покупка, коллекционирование и обмен — это полстрасти. Главный азарт — игра. На стол, подоконник или прямо на пол листочки кладутся стопкой. По ней или по разлетевшимся одиночным бумажкам бьют ладонью, сложенной мелким ковшиком — так, чтобы самих вкладышей не касаться, а воздействовать на них воздушной подушкой», — отмечает журналист в одной из передач проекта «Намедни».

Во вкладыши играли и в других странах — правда, не так, как в России. В романе известного турецкого писателя Орхана Памука «Другие цвета» герой играет с отцом во вкладыши от жвачки, угадывая, как они лежат в перетасованной пачке.

Сегодня в школах Москвы больше не играют во вкладыши, говорит «Газете.Ru» преподавательница младших классов в одной из столичных школ: «Сегодня все сидят в телефонах или есть еще какая-то штука типа юлы с веревочкой Соревнуются, у кого дольше прокрутится», — рассказывает педагог.