Слушать новости
Телеграм: @gazetaru

Скарлетт с шампанским

08.10.2012, 17:34

Божена Рынска о праздновании 250-летия дома Moët & Chandon

В Москву в честь 250-летия дома Moët & Chandon приехала голливудская актриса Скарлетт Йоханссон. Рафинированное светское общество надело все самое лучшее и отправилось в Екатерининский дворец звезду посмотреть и себя показать.

Организатор мероприятия промоутер Михаил Друян потребовал ото всех приглашенных, в том числе и мужчин, быть в припадке красоты. Припадок красоты в переводе с новояза промоутеров означает «dress code black tie». Мужчины, обычно манкирующие подобными просьбами, в этот вечер не подвели: почти все (и певец Сергей Мазаев, и попечитель Большого театра Александр Будберг) пришли в смокингах. Отдельное удовольствие — описывать туалеты дам. Практически все они оделись в согласии друг с другом, как будто сговорились. В итоге почти никто не выбивался из общей картинки, разнохвостицы не было, и стилевым единством все это напоминало работу художника по костюмам в новой постановке «Травиаты» в Большом.

Многие, в том числе актриса Ингеборга Дапкунайте, певица Миранда Миринашвили, телеведущая Екатерина Андреева и главный редактор журнала «Татлер» Ксения Соловьева, были в черном. Несколько дам предпочли изумрудный. Президент благотворительного фонда помощи родственникам больных с инсультом Дарья Лисиченко пришла в изысканно-элегантном ярко-зеленом платье от Александра Терехова. (На вечере было замечено несколько туалетов от этого модельера. Его фирменный узор «тропические ветки» красовался аж на трех гостьях.)

Пресс-секретарь Дмитрия Медведева Наталья Тимакова была в вечернем темно-зеленом платье со струящимся подолом и мерцающим лифом в пайетках. На плечи был наброшен мех, переливающийся от коричневого до баклажанного оттенков. Судя по профессиональному подбору платья и аксессуаров, госпоже Тимаковой с недавнего времени действительно помогает стилист, и, как судачат в свете, похоже, этот стилист — Наталья Гольденберг.

Господину Друяну удалось облагородить испорченное годами советской власти пространство Екатерининского дворца. В фойе временно поселились драпировки. Уютный свет освещал черно-белые диваны, где в ожидании ужина и обосновались многие из приглашенных, в том числе бывший бойфренд Ксении Собчак бизнесмен Олег Малис. В отличие от традиционных «женских глянцевых мероприятий» для «баб-с» на гламурном вечере появились новые мужские лица — пока что неизвестные светской публике непожилые финансисты, банкиры и топ-менеджеры. Большинство из них привела на вечер светский журналист Наталья Лучанинова.

Гости наслаждались обществом друг друга. Продюсер Александр Роднянский делился планами на грядущий год: в феврале в прокат выйдет его прелестнейшая картина «Машина Джейн Мэнсфилд», почти закончен фильм о группе Дятлова, а на премьеру очередного «Мачете» приедет Леди Гага. «Порносцены! Привози порносцены!, — попросил певец Сергей Мазаев. На этих словах экс-главред Vogue Алена Долецкая кокетливо повела плечиком в кремовом платье.

Через час наговорившиеся друг с другом господа вспомнили, что неплохо было бы и закусить, поднялись с диванов и принялись нервно фланировать. Послышался звук разбитого стекла: это рухнула высоченная пирамида из пустых бокалов для шампанского, которую какой-то разумный человек установил на пути в банкетный зал.

И тут появилась Скарлетт Йоханссон, застрявшая, как оказалось, в московских пробках. Надо сказать, ее появление вызвало ажиотаж лишь среди фотографов, гости по-прежнему интересовались только друг другом. Правда, дамы вытягивали шеи и старались рассмотреть из-за спин фотографов, во что одета Скарлетт.

Докладываем: звезда была одета очень скромно — в коктейльное платье цвета хаки, которое ниже талии сидело на ней далеко не лучшим образом. За счет маленького роста и пропорциональности госпожа Йоханссон производила впечатление женщины складненькой и ладненькой, но на диву никак не тянула. Обычная милая американка, и нельзя не отметить, что в московской околосветской тусовке таких девушек пруд пруди, и никто из них не то что селебрити не становится, но и на званые ужины с американскими звездами приглашения не получает.

Несмотря на то что московский свет к звезде был почти равнодушен, за ужином все стали примечать, кого же посадили ближе всех к звезде. Близость к Скарлетт Йоханссон в этот вечер маркировала статус гостя в светском обществе. По правую руку от звезды сидел самый богатый гость вечера — миллиардер Александр Мамут (если верить госпоже Собчак, страстный поклонник американской звезды). По левую руку продюсер Александр Роднянский, единственный влиятельный в мировой киноиндустрии россиянин. Также близостью к звезде одарили представителей власти: Наталью Тимакову, заммэра Москвы Андрея Шаронова и главу Фонда кино Сергея Толстикова. Александр Будберг, тоже сидевший неподалеку, фотографировал Скарлетт Йоханссон на айфон.

На сцену вышел президент Moët & Chandon Стефан Бакьера: «В своей короткой речи я хотел бы поблагодарить всех». Речь если и оказалась короткой, так только во французском понимании этого слова, ведь француз об алкоголе может говорить бесконечно. Впрочем, если сравнивать ее с речами на вечере другого шампанского — «Абрау Дюрсо» в резиденции посла Франции, где французские виноделы говорили ровно сорок минут, то речь месье Бакьера в самом деле была сестрой таланта.

Затем на сцену поднялась Скарлетт Йоханссон. Она говорила лапидарно, но без остановки, не давая возможности переводчику вставить ни полслова. Американцы всегда считают, будто все понимают, что они говорят.

Затем вынесли Moët & Chandon 1962 года. Гости чокались так усердно, что у парочки из них отвалились кусочки бокала. Приглашенным выдалась возможность попробовать шампанское, и все заметили, что это совсем не та бурда, которую продают в супермаркетах.

Оскомину от нестерпимо фальшивого и пафосного конферанса сбил фильм Андрея Лошака об истории Moët & Chandon. Марку своего друга раскручивал сам Наполеон. После победы над ним русские воины выпили 600 бутылок из погребов хозяина бренда, но тот не огорчился: «Сейчас они грабят меня, а после будут все это покупать». Расчет оправдался: винодел надолго стал поставщиком царского двора. Так, в гостевой книге в шато Moët & Chandon есть запись: «Мишель и Николя из Санкт-Петербурга заказали 120 бутылок и заплатили 226 франков». «Николя» оказался будущим царем Николаем II.

В 1914 году Moët & Chandon выпустил юбилейную бутылку, но отнюдь не в честь Наполеона, раскрутившего марку, как можно было бы ожидать, а в честь 100-летия победы Александра I над ним. Чисто бизнес, ничего личного. Впечатленные этой историей гости выпили за успех и за дружбу между народами, и шеренги официантов понесли десерт.