Central Park имени Горького

Какой ЦПКиО нужен Москве и москвичам

,
ИТАР-ТАСС
Планы реконструкции московского Центрального парка культуры и отдыха, куда переедет галерея «Гараж», пока оставляют открытым вопрос, какой ЦПКиО нужен городу и какие москвичи подходят ему.

Известие о перемене в жизни одной из главных достопримечательностей Москвы, Центрального парка культуры и отдыха имени Горького, хорошо встроилось в цепь последних событий. Попытки что-то сделать с ВДНХ пока ограничились предложением Владимира Путина странам СНГ арендовать павильоны на ВВЦ за 1 руб. в год и общей стратегией развития. Но началась масштабная реконструкция Политехнического музея и заканчивается – Планетария. Состоялось освоение «Красного Октября» на Стрелке, «Винзавода», «Гаража» Мельникова и других индустриальных объектов. Впечатления от результата могут быть разными, но одно очевидно — осознание того, что в Москве не хватает вменяемых общественных пространств, которые были бы городскими достопримечательностями.

В ряду этих событий ЦПКиО имени Горького все же стоит особняком. Проект может стать началом создания доступных и продуманных общественных пространств — таких, которые последовательно уничтожались все последние годы. Настоящей уличной жизни – того, что испанцы называют словом «мовида», — в городе сегодня нет. Улицы предназначены для прохода по маршруту работа – магазин – дом. Дворы перегорожены решетками. Культурные памятники отданы учреждениям и закрыты для входа без пропуска. Карикатура в виде Арбата, фланирование по Манежной и лавочка в Александровском или на Болотной – набор времяпрепровождения под открытым небом в центре весьма ограничен. Общественная жизнь сосредоточилась в кафе, культурных центрах, но главным образом в мегамоллах: именно тут встречаются, общаются, проводят время.

Правда что именно нужно делать, чтобы изменить ситуацию с ЦПКиО, пока никто доподлинно не знает.

Еще только предстоит создание полноценных концепций и проведение конкурсов. Заниматься этим будет Институт дизайна и архитектуры «Стрелка» и созданный при нем общественный совет. Уровень, как это принято в последнее время, сразу заявлен международный: новый директор ЦПКиО Сергей Капков сообщил, что уже встречался с архитектором Рэмом Колхасом. Он же произнес главное: проект не предполагает возврата инвестиций, это социальные вложения. Вскоре создателям концепций предстоит объединить во множестве разнородных элементов историческое и советское наследие, удовлетворить потребностям города и при этом отдать должное укоренившейся привычке москвичей – влюбленных парочек, десантников, роллеров, толкиенистов, любителей «культурно отдохнуть» с семечками, истосковавшихся по свежему воздуху яппи — считать Парк культуры и Нескучный сад своим народным достоянием.

Также неведомым пока творцам концепций, а вмести с ними и городской власти предстоит ответить на главный московский вопрос: зачем нужно место, на котором нельзя заработать деньги?

Советской власти Парк культуры был нужен со вполне определенной целью – даже на свежем воздухе и в выходные дни ковать нового человека. Поэтому создание Центрального парка культуры было включено в основные положения будущего Генплана столицы в 1931 году наравне с Дворцом советов, метро, каналом Москва — Волга, прорубанием проспектов, строительством мегастадиона в Измайлово и озеленением города. Тем парадоксальнее, что Парк Горького оказался наименее пафосным предприятием по сравнению со всеми перечисленными проектами. Колоннада, чем-то напоминающая Бранденбургские ворота покоренного Берлина, была достроена намного позже, уже после войны, Георгием Щуко, равно как и фигурная решетка и ограда амфитеатром, а символом парка долго оставалась скромная вышка для прыжков с парашютом. Уже с 30-х годов парк прочно ассоциировался с веселыми аттракционами, купанием в речке, катанием на лодках и вечерами в беседках.

Аллеи были уставлены обыкновенными лавочками, плац свободен для прогулок: в основе распределения пространства было понимание того, что единственным шансом достигнуть культуры отдыха было не портить отдых.

В это время появились огромные массы молодых людей — «чистых листов» для культурных проектов. Одним из главных врагов индустриализации с ее поточными методами были дрожащие запойные руки, и привить культуру отдыха было государственным делом. Важно было создать место, где люди могли свободно отдыхать от коллектива, официоза, не прячась дома с бутылкой или идя «стенка на стенку». Парк у реки, спорт, девушки и закаты – модная альтернатива. В целом проект удался.

При развитом социализме традиция продолжилась. Парк был «городом развлечений целого дня», рассказывает начальник отдела рекламы ЦПКиО Лариса Серегина: десятки тысяч людей посещали расположенные в парке читальни, шахматные и шашечные клубы, детские и взрослые театры. Но шашки не меняли главной цели — массового политического воспитания молодежи в духе социализма. Книжные базары и лектории были практически полностью подчинены требованиям идеологии, вся развлекательная программа «литовалась» в художественном совете, весь репертуар согласовывался, а перед мероприятиями приезжала специальная комиссия, которая отсматривала номера и утверждала их только после устранения вынесенных замечаний. Это приносило пользу.

«Не было такого, чтобы отовсюду, из каждого угла, звучала своя музыка», — сказала замдиректора по творчеству Людмила Козловская.

Не чуждой руководству была и определенная терпимость: в парке можно было услышать и симфонический оркестр, и современную музыку, например Сергей Минаев начинал карьеру на танцплощадке, которая располагалась рядом с набережной. Выступал в Зеленом театре и Иосиф Кобзон.

Утратив свое идейное назначение после распада СССР, Парк культуры растерялся, поник и превратился в хаотичное нагромождение элементов — скорее сельскую ярмарку, чем главный парк столицы. Сгорела летняя эстрада-ракушка, был пожар и в «Шестиграннике». В конце 80-х и начале 90-х заходить в парк было просто опасно: молодежные банды грабили среди бела дня, происходили столкновения «люберов» и «неформалов» возле Зеленого театра, а соседство Первой градской больницы в День десантника оказывалось просто бесценным. Сотрудники парка терпеливо продолжили организовывать развлекательные мероприятия, программу которых теперь формировали сами; они же выступали «приемной комиссией».

Сохранился и библиотечный павильон с книжным фондом; причем его перевод в электронный формат, по мнению сотрудников парка, вряд ли будет соответствовать духу помещения.

Как ни странно, но деньги не являются для ЦПКиО сегодня главной проблемой. За прошлый год в Парк Горького пришло примерно 3 млн человек, при этом парк всегда был бюджетной организацией и сейчас таковой остается, причем в самом «твердом» варианте. Парк никогда не переводили ни на самоокупаемость, ни на хозрасчет, и он всегда финансировался из бюджета Москвы. «Не так не хватает этих денег, как сложно ими воспользоваться: необходима процедура торгов по ФЗ № 94. И от многого приходится отказываться, например, потому что не успеваем провести эти торги. Возможно, имеет смысл перейти к более мягкому варианту – автономной организации, у которой больше коммерческой свободы», — сетует начальник отдела рекламы Лариса Серегина.

Но, несмотря на все усилия работников Парка, общая картина не вдохновляет специалистов.

«В Москве центральный парк выглядит как заплеванный окраинный лесок, который является местом нецивилизованного отдыха: гуляет десантура, а молодежь пьет пиво», — считает архитектурный критик Григорий Ревзин. «Сейчас это просто помойка», — вторит ему профессор МАРХИ Вячеслав Глазычев. Визитной карточкой парка стали Луна-парк и его аттракционы, причем они вместе с предприятиями общепита не подчиняются администрации.

Разработка проекта реконструкции только началась. «Это длинный и сложный процесс, который мы сейчас разрабатываем: как все должно происходить, какие события и когда должны случиться, — рассказывает президент института «Стрелка» Илья Осколков-Ценципер. — Примерно через год, хочется надеяться, у нас уже появится отчетливое представление, согласованное с остальными участниками процесса, о том, как будет выглядеть Парк Горького».

Один момент не вызывает сомнений: на задуманную реконструкцию Парка Горького обязательно повлияет охранный статус территории. По данным, предоставленным сотрудниками парка, в 2009–2010 годах Москомнаследие выдало 5 охранных обязательств на объекты культурного наследия, среди которых Главный вход с партерной частью и территория Нескучного сада, которые относятся к памятникам садово-паркового искусства. Готовятся документы на другие выявленные объекты культурного наследия, в том числе и на «Шестигранник». Всего на территории парка будет 12 таких объектов, из них 10 – памятники архитектуры.

«Все, что есть ценного в парке, что представляет историческую ценность, будет сохранено или отреставрировано: я думаю, по этому пункту у всех участников процесса нет никаких разногласий, — считает Ценципер.

— Мы хотим добиться двух целей. Должно появиться общественное ощущение, что мы создаем какую-то нужную, правильную вещь, которую приемлет большинство. И нужен результат, который будет выдающимся и изменит город в лучшую сторону».

Но что значит «в лучшую»? Профессор МАРХИ, архитектор Вячеслав Глазычев напоминает: «Парк культуры имени Горького задумывался в то время, когда все жили друг у друга на голове, в коммунальных квартирах. И поэтому выброс людей на улицу был такой отдушиной. Отсюда и следует концепция парка культуры и отдыха — читальни и весь остальной джентльменский набор, придуманный госпожой Крупской и ее наркоматом. Но в этом качестве парк давным-давно потерял всякий смысл».

Какой же смысл у парка должен быть сегодня?

Первый этап изменений уже понятен. В интервью «Газете.Ru» Сергей Капков рассказал, что сейчас придется разбираться с незаконными постройками на территории парков – их насчитывается от 40 до 60. Павильон «Шестигранник» будет отреставрирован и станет новой площадкой для Центра современного искусства «Гараж»: открытие уже назначено на 2012 год. Будут проведены работы по благоустройству Нескучного сада и его насаждений, поставлено новое Колесо обозрения, планируется бесплатный интернет по всей территории. Всего на программу реконструкции и переоборудования предполагается потратить около 2 млрд рублей, причем деньги будут выделять и бюджет города, и частные инвесторы.

Но главное – модель развития – еще предстоит выбрать. «Я считаю, что какие-то аттракционы для детей 3–5 лет там очень уместны, исторические аттракционы типа «чертова колеса» тоже являются символами Москвы, а вот аттракционы для тинейджеров и тех, кому вокруг 18 лет, там неуместны. Их надо убирать, иначе не получим возможности сделать его респектабельным, — поделился своим видением будущих развлечений парка член общественного совета парка Григорий Ревзин. — В больших европейских столицах центральные парки – это общественная роскошь. Это и Гайд-парк в Лондоне, Булонский лес в Париже или Центральный парк в Нью-Йорке». Ревзин также напомнил, что нью-йоркский парк переживал похожую ситуацию в начале 90-х, когда был местом, в которое белые люди старались не заходить. «Сейчас там топ-менеджеры бегают трусцой, люди гуляют с детьми и все очень пафосно.

Они как-то этого добились. Нам нужно добиться того же самого результата», — заключил он.

Глазычев, в свою очередь, считает, что «абсолютно не желательно ничего другого, кроме продолжения Парка искусств, начатого напротив, через Садовое кольцо, рядом с ЦДХ. Устраивать там аттракционный зал под открытым небом – это означает лишить огромную территорию единственного места спокойной передышки. Концепция парка должна смещаться не в сторону концертной деятельности, а в сторону площадки, на которой возможна самопроизвольная художественная деятельность. В этом смысле (самодеятельных музыкантов) Парк Горького будет похож на Центральный парк в Нью-Йорке, только немного меньшего масштаба. Но именно этого и не хватает нашему городу: в центре такого просто нет».

Центральный парк, вошедший во все рейтинги лучших городских парков мира (вместе с парижскими Люксембургским садом и Тюильри, парком Гюель в Барселоне) – хороший пример, хотя он в 3,5 раза больше. Конечно, маловероятно, чтобы в Парке Горького, как в Центральном парке, мирно поселились еноты и опоссумы, но может быть, этого и не требуется, главное другое. Central Park Conservancy (частная некоммерческая организация, управляющая парком по контракту с властями Нью-Йорка) сумела добиться того, что ежегодно парк посещают 25 миллионов человек. Та же организация собирает частные пожертвования, которые составляют 85% от годового бюджета парка в $37,4 млн. Хорошо спланированная система активностей – от скалолазного стенда и беговых дорожек до наблюдения за птицами, от постоянного театра до концерта на 600 тысяч зрителей – позволяет найти занятие каждому. Тем, кто хочет просто отдохнуть, не мешают.

Платой за эту общедоступность и продуманность является привычка людей приходить в этот парк, ценить его как гордость Нью-Йорка.

Может быть, в этом и есть сегодня главный смысл пространств, подобных Парку культуры и Центральному парку, – возможность контакта с местом, где живешь. А город получает людей, которые в нем живут, а не выживают. Правда система работает при одном условии: тем, кто сегодня принимает решения, должны быть нужны такие горожане.