Принц бокс-офиса

В прокат выходит «Принц Персии»

outnow.ch
Выход в прокат «Принца Персии» стал хорошим поводом порассуждать о том, что масштабные голливудские проекты все труднее оценивать по каким-либо другим критериям, кроме собранных денег.

Ответить на вопрос, хорошее или плохое кино «Принц Персии: пески времени», не так просто, как кажется. Дело не в самом «Принце»: столь же сложно объективно оценить «Железного человека», «Трансформеров», «Пиратов Карибского моря» — да, собственно, любой современный большой голливудский проект. То, что один критик ставит в минус, другой отнесет к плюсам. Причем в большинстве случаев речь идет не о беспристрастной кинематографической оценке, а о чистой вкусовщине: нравится — не нравится.

И, кажется, единственный критерий, который можно признать объективным в разговоре о такого рода фильмах, — это деньги.

Судите сами: по каким параметрам оценивают кино? Во-первых, по сугубо кинематографическим: режиссура, актерская игра, монтаж, операторская работа и так далее. Но в Голливуде существует минимальный уровень профессионализма, и этот уровень достаточно высок — по крайней мере, для тех задач, что ставит развлекательное кино. Часто ли, к примеру, у вас возникает желание придушить артиста или хотя бы кинуть ему в лицо сакраментальное «Не верю!»? При просмотре отечественных киноопусов — постоянно, а голливудских? Вот-вот. Может, дело в количестве дублей, может — в талантах. Или в том, что за бугром режиссеры умеют ставить задачи, а сценаристы — прописывать характеры. Но, скорее всего, срабатывает все в совокупности. Тем более — когда снимается потенциальный блокбастер.

Возьмем «Принца Персии».

В 2004 году компания Джерри Брукхаймера купила права на экранизацию компьютерной игры: не той допотопной аркады, созданной Джорданом Мехнером в далеком 1989 году, а ее сиквела 2003 года — экшена от третьего лица «Принц Персии: Пески времени». С момента покупки прав до выхода картины прошло 6 лет. Часть времени потрачена на длительный кастинг (роль главного героя досталась Джейку Джилленхоллу, но, по слухам, на нее метили также Орландо Блум и Зак Эфрон), поиски режиссера — в результате был выбран Майк НьюэллГарри Поттер и кубок огня», «Донни Браско») и написание сценария, над которым корпела целая команда. И главное: на кону $150 млн бюджета, а это значит, что продюсеры просто не могут себе позволить выпустить в прокат несовершенный продукт.

Да и есть подозрение, что за такие деньги сделать некачественное кино не получится в принципе.

Живой пример — Тимур Бекмамбетов, который на родине знаменит, мягко скажем, спорными с технической точки зрения «Дозорами», а получив в распоряжение голливудский бюджет и голливудскую же команду, снял вполне голливудский боевик.

Далее по списку — содержание. Не самый однозначный критерий. Да, как было уже не раз замечено, пора постмодернизма прошла. Пора, может, и прошла, но осадок остался. Информационная насыщенность сегодняшнего пространства такова, что даже бессмысленное зрелище можно запросто снабдить ворохом глубокомысленных значений. Мы живем в гипертекстовой реальности и безостановочно играем в ассоциации: фильмы, книги — как статьи в «Википедии»: что ни слово, то ссылка, что ни картинка — то аллюзия.

Было ли изначально задумано, что «Принца Персии» следует воспринимать как очередную шпильку в адрес иракской кампании?

Джерри Брукхаймер утверждает, что человек он совершенно неполитизированный, и оснований ему не верить нет, однако же сходство с одной из самых обсуждаемых страниц новейшей истории США в «Принце Персии» — налицо. Согласно сюжету, войска под руководством принца Дастана и его братьев берут штурмом священный город Аламут, поскольку имеется информация, что жители города поставляют мечи врагам короля. Однако поиски оружия ни к чему не приводят: становится понятно, что кому-то было выгодно прикрыться ложными обвинениями, чтобы проникнуть в Аламут и получить доступ к Пескам времени — магической сущности, которая сулит владельцу огромную власть. Ежели предположить, что Аламут — это Ирак, а Пески времени — нефть, то «Принц Персии» легким движением руки превращается в политический памфлет.

Или, допустим, зайдем с другой стороны. Вряд ли актер Джейк Джилленхолл был приглашен в проект лишь потому, что 9 лет назад сыграл в мистическом триллере Ричарда Келли «Донни Дарко», в котором его герой пребывал в запутанных отношениях с прошлым и будущим.

Но самым фантастическим образом сюжет картины вернулся к Джилленхоллу, как бумеранг.

Не будем вдаваться в подробности, дабы не множить спойлеры, заметим лишь, что в «Принце Персии» нелинейное перемещение во времени тоже играет важную роль. Таким образом — вот еще одна ассоциация, которая наполняет «Принца Персии» нежданными смыслами.

Что дальше? Раньше возможности кинематографа были куда более бедны, и режиссерам приходилось изощряться и выдумывать, как обойти ограничения. Было важно не только — что сказать, но и как это выразить. Как построить мир, как показать то, чего не существует в реальности: как сделать так, чтобы мы поверили. Это и было сущностью кино. Джордж Лукас в 1977 лепил космос едва ли не из картона, но он заставил зрителя забыть о том, что это картон.

Ныне, как показал «Аватар», возможно все.

Теперь за режиссеров отдувается компьютерная графика. Можно нарисовать целую сказочную вселенную и населить ее диковинными персонажами. Полеты на драконах — пожалуйста. Древняя Персия — да ради Бога. Можно смоделировать любые сражения и не отказывать себе практически ни в чем. Поэтому «Принц Персии» закономерно эффектен. Над желтой равниной высятся сказочные дворцы; Дастан, как и его компьютерный предшественник, совершает безумные акробатические па, прыгая по стенам; полчища персов сталкиваются друг с другом; а когда наступает минутка смеха — перед вами страусиные бега. Да, это не искусство, не серьезное кино, а аттракцион. Но таковым «Принц Персии» и задумывался. И свою роль он исполняет исправно.

Таким образом остаются лишь весьма субъективные мерки — тронуло или не тронуло.

Зацепило или не зацепило. Смешно ли и достаточно ли душевно. Каждый говорит за себя, а за всех вместе говорит статистика. В нашем случае это бокс-офис. Собрал «Аватар» $2,7 млрд – значит, тронуло, душевно. Собрал «Железный человек» почти $600 миллионов – значит, зацепило, смешно. Достаточно ли хорош ли «Принц Персии»? Бокс-офис покажет.