Красный мак — эмблема любви

Выставка «Советско-китайские отношения в 1949–1955 гг.»

rusarchives.ru
На выставке «Советско-китайские отношения в 1949–1955 гг.», открывшейся в зале Федеральных архивов, рассказано в документах и фотографиях о той медовой поре, когда русский с китайцем были братья навек.

Совсем недавно наш великий сосед с размахом отпраздновал юбилей своей государственности. Цифра на плакатах и транспарантах красовалась довольно скромная — всего 60 лет, хотя китайцы легко могли бы отметить и 3000-летие государства Чжоу, и 2500-летие конфуцианства. Однако новейшая история занимает их сейчас больше, чем древняя, поскольку именно с образованием КНР в октябре 1949 года начался тот бурный и противоречивый этап, с плодами которого им приходится иметь дело сегодня.

В этой связи нельзя не вспомнить, что без нашего содействия, более чем активного, многое в Китае могло бы обстоять иначе.

Сидели бы, например, сейчас в Пекине гоминьдановцы и отмечали бы какую-нибудь годовщину славных подвигов Чан Кайши, а коммунисты ютились бы на Формозе...

Сценарий вроде бы совершенно фантастический, но ведь не секрет, что Советский Союз оказал армии Мао не только моральную поддержку в гражданской войне, развернувшейся вскоре после освобождения от японцев. Не говоря уж о дипломатической опеке молодого государства, не признаваемого поначалу ни ООН, ни большинством развитых стран. Короче говоря, годовщина образования КНР — это немного и наш праздник, как бы кто к этому теперь ни относился.

Праздники не принято омрачать неприятными воспоминаниями.

Надо полагать, именно по этой причине в заголовке московской выставки появилась хронологическая рамка 1949–1955 гг.

Тут все прозрачно: уже в следующем, 1956 году состоялся знаменитый ХХ съезд КПСС, развенчавший культ личности Сталина, — и с этого момента «нерушимая советско-китайская дружба» дала роковую трещину, разверзнувшуюся со временем до масштабов пропасти. Согласитесь, не самый подходящий сейчас момент, чтобы включать в юбилейную экспозицию военные сводки о столкновении на острове Даманском или документальные свидетельства захвата хунвейбинами советского посольства в Пекине. Не менее опрометчиво, с учетом налаженного добрососедства, пенять китайцам на провал политики «большого скачка» или на сокрушительные последствия «культурной революции»... Так что рассудительные архивисты ограничились годами всеохватной и взаимной любви, когда крепло «единство народов и рас».

В ту пору разногласия не простирались дальше умилительных оттенков. Как отмечал в беседе с советским представителем известный китайский поэт Эми Сяо (речь шла о постановке балета «Красный мак» в Большом театре):

«Следует изменить само название балета, учитывая ненависть китайцев к маку, как к сырью, из которого производится опиум. Было бы гораздо лучше дать балету другое название – например, «Красная роза».

Понятное дело, наши менять ничего не стали, однако мнение товарища Эми Сяо выслушали с уважением.

В остальном культурное сотрудничество протекало безмятежно: в Москве гастролировал китайский цирк, устраивались смотры молодого китайского кинематографа, в Зале Чайковского исполнялся танец «Ловля бабочек веерами». Да что там культура — не было сферы, где бы не сказывалась теплота братских отношений. Свидетельств более чем достаточно: вот проект Фунманской ГЭС, разработанный советскими учеными, вот телеграмма об отправке в Пекин большого контингента профессоров и университетских преподавателей, вот протокол о переговорах насчет подготовки китайских спортсменов к грядущим Олимпиадам.

Пионеры из Поднебесной гостят в «Артеке» и посещают крейсер «Аврора», пролетарии двух стран дарят друг другу памятные вымпелы и знамена. Китайские мастерицы вышивают на шелке портреты Великого кормчего и «лучшего друга физкультурников», а федоскинские умельцы в ответ создают лаковую шкатулку «Сталин и Мао».

И даже собрание сочинений председателя КПК редактировалось и перерабатывалось советскими филологами — мало ли какие идеологические огрехи там найдутся.

Можно сказать, сами приложили руку к появлению маоизма – впрочем, как и было сказано, не время предаваться грустным воспоминаниям...

Из программы визита Мао Цзэдуна в Москву можно узнать, что вождь китайской революции: а) возложил венок к мавзолею Ленина; б) посетил завод «Серп и молот»; в) осмотрел метрополитен; г) заглянул в Сельскохозяйственную академию к товарищу Лысенко; д) насладился спектаклем в Большом театре — и так далее. Были приложены все силы, чтобы отрекламировать достижения социализма, и реклама сработала. Последствия этого адвертисмента до сих пор сказываются на жизни современного Китая – по крайней мере, на риторическом уровне. Но сегодня мы к словам не придираемся, на дворе другая геополитика. Что называется, перевернули страницы в отношениях. Будем дружить природными ресурсами и промышленными товарами. Так оно вроде бы надежнее.