Пенсионный советник

Подпишитесь на оповещения от Газета.Ru

Тест на живучесть

03.09.2014, 10:58

Сергей Шелин о запасе прочности российской экономики

Экономический строй нашей страны, над которым привыкли подшучивать за его коррумпированность, обюрокраченность и общую неспособность к развитию, оказался покрепче, чем думали.

Несмотря на крутые перемены в госидеологии и внешней политике, невзирая на западные санкции против наших финансово-промышленных гигантов и на контрсанкции Кремля, поразившие домашний рынок продовольствия, российский капитализм все еще продолжает работать.

Реальные доходы наших граждан больше не растут, у многих они уже плавно идут вниз, но в магазинах есть почти все. Цены поднимаются быстрее, чем 2013-м и 2012-м, однако в кризисном 2009-м скачок был больше. Курс доллара и евро подступает к 40 и 50 руб., но ведь и за баррель нефти на мировом рынке нынче платят всего $100 вместо ставших привычными за последние три года $110. Не чувствуется пока и настоящего всплеска безработицы. Повального разорения турфирм и ударов, нанесенных по ритейлу, для этого недостаточно.

При всей воинственности своей риторики начальство не так уж спешит сооружать «мобилизационную модель экономики» во всей ее казарменной красе.

В этом году изъяты лишь накопительные пенсионные взносы граждан (243 млрд руб.). На 2015-й эту конфискацию, конечно, решили продлить, но предполагаемая добыча казны составит всего 280 млрд руб. И сверх того, идя навстречу просьбам наших обнищавших монополий, под их проекты утверждены транши из Фонда национального благосостояния на общую сумму около полутриллиона рублей. Запрошено еще полтора триллиона, но пока не дано.

Между тем вклады наших граждан в российских банках близки к 17 трлн руб., из которых пятая часть в валюте. И даже намеков не звучит, что власти могут как-нибудь оприходовать этот кладезь – путем ли ограничений в выдаче, принудительного обмена, добровольного займа или чего-нибудь другого из испытанного мобилизационного арсенала.

Такое же неожиданное самоограничение царит и в ценовой политике.

Вместо того чтобы просто ввести твердые розничные цены на все товары и организовать таким способом тотальный дефицит (идея, ложно приписываемая советскому режиму, а на самом деле придуманная еще римским императором Диоклетианом), продавцов лишь уговаривают не зарываться. После визуальной проверки ценников в кубанском супермаркете, произведенной премьером Медведевым, в магазины и продуктовые ларьки по всей стране потянулись губернаторы и другие руководящие лица, располагающие неограниченным досугом. Согласитесь, это трогает.

Куда ни глянь, капитализм в России вовсе не отменяют, а всего лишь рекомендуют ему приспособиться к потребностям дня – отвернуться от Европы, повернуться к Китаю, заняться импортозамещением и т.п.

И он реагирует. Хотя и не так, как предписывают.

Признаков импортозамещения на продуктовом фронте очень мало. Да их и не может быть много. Еще до всяких санкций продукты питания в России стоили несуразно дорого. Их производство выглядело весьма выгодным делом. Если оно и буксовало, то из-за алчности и окостенелости казенной контрольно-регулирующей машины и бесправия бизнеса. Ни того, ни другого никто сейчас, естественно, не отменил.

Но капитализм тем и хорош, что решает проблемы не умозрительными способами, которые сочиняют чиновники-фантазеры, а такими, которые реальны. И решает стремительно. В торговле уже полно товаров, привыкающих к новым для себя этикеткам, от белорусской моцареллы до крымских морепродуктов. В Петербурге и Ленобласти мгновенно возродился челночный бизнес, который доставляет потребителю привычную финскую еду. Если не мешать, то ущерб от самоналоженных продуктовых санкций окажется не так уж и велик.

Сложнее с другой начальственной утопией – стратегическим отказом от всякой торговли с Европой в пользу Китая.

Статистика первого полугодия 2014-го (более поздних данных еще нет) зафиксировала общее снижение товарного импорта в Россию на 5,1% (или на $8,1 млрд) по сравнению с тем же периодом в 2013-м. В том числе импорт из Евросоюза упал на 6% (на $3,7 млрд). А импорт с Украины – аж на 23% (на $1,8 млрд).

Но ни Китай, ни собратья по Таможенному союзу этот спад не компенсировали. Наоборот. Импорт товаров в Россию из Китая сократился на 2% (на $0,5 млрд), а из Белоруссии с Казахстаном упал суммарно на десяток процентов (на $1,4 млрд).

Белоруссия после августовского запрета на европейскую еду свой баланс, судя по всему, энергично улучшает. Что же до Китая, то серьезный рост поставок оттуда возможен только лет через пять, в обмен на российские энергоносители, для доставки которых в Поднебесную еще предстоит соорудить дорогостоящий газопровод, а также упросить китайцев стать совладельцами, инвесторами и получателями продукции Ванкорского нефтяного месторождения, крупнейшего в Сибири. Но даже и тогда гигантский товарооборот с Европой китайскими товарами заменить все равно не получится.

Это значит, что если дело действительно доведут до радикального сворачивания европейской торговли, то российский капитализм в том виде, в котором мы к нему привыкли, развалится на части. Такого удара при всей своей живучести он не выдержит.

Не выдержит он, и если государственная машина продолжит тратить больше, чем способна вынести экономика страны.

Тут даже не понадобятся и новые западные санкции. Достаточно того, что российский внешний долг (в основном состоящий из долгов убыточных окологосударственных корпораций) превысил $720 млрд и забирает все больше денег для одного только своего обслуживания.

И того, что объем частных инвестиций снижается от месяца к месяцу, а значит, реального, нефальсифицированного роста экономики быть не может.

И того, что траты на военно-охранительный комплекс опять выросли на 20% в текущем выражении (по итогам первого полугодия 2014-го в сравнении с первым полугодием 2013-го), а социальные расходы всех уровней – на медицину, образование, на зарплаты бюджетников и на пенсии – за тот же отрезок времени увеличились, считая в текущем объеме, всего на 1%, то есть по реальному счету заметно упали.

Если нужен измеритель запаса прочности нашего капитализма, то нагляднее всего – объем золотовалютных резервов.

В 2012-м они выросли примерно на $40 млрд. В 2013-м уменьшились на $30 млрд. За прошедшую часть 2014-го упали еще на $45 млрд и в конце августа составляли $466 млрд. Если отсюда вычесть те траты, которые уже запланированы, а также заначки, которые нельзя тронуть ни в коем случае, то для свободного расходования остается не больше $100 млрд. При нынешних темпах транжирства хватит на год-полтора.

Примерно такой срок и отпущен российскому капитализму, если власти не изменят маршрут, по которому идут с февраля, и если народ продолжит поддерживать их в этом движении. Это дорога не только к мировому изгойству, но и к соответствующей этому статусу хозяйственной системе. На которую поздно будет жаловаться, когда она сама собой возникнет на развалинах нашего 25-летнего капитализма.