Пенсионный советник

Остановить милицию

Управляемость вышедшей из-под контроля армии милиционеров новой статьей в Уголовном кодексе не повысишь.

Павел Чиков 19.02.2010, 13:32
prpc.ru

Управляемость вышедшей из-под контроля полуторамиллионной армии милиционеров лишней статьей в Уголовном кодексе не повысишь. Для этого необходимо подорвать экономические основы теневого милицейского бизнеса.

Из вчерашних медведевских предложений стала понятна основная проблема с милицией для Кремля: она неуправляема. Огромный корпус вооруженных людей, ежедневно занимающихся грабежами, убийствами и пытками мирных граждан, оказывается, практически не реагирует на сигналы «прекратить». Иллюзия управляемости милиции властью на глазах исчезает. Вот лишь некоторые свидетельства такого предположения.

После евсюковской бойни милицейский генералитет был шокирован увольнением начальника ГУВД Москвы Владимира Пронина: никогда ранее большие боссы не отвечали за делишки мелких подчиненных.

Следственные органы не прослеживали «причинную связь между их бездействием и последствиями преступления». Дмитрий Медведев впервые ее проследил и создал важный юридический прецедент, с тех пор уже неоднократно им применявшийся.

Стреножить разгулявшуюся московскую милицию поставили нового генерала – Колокольцева – варяга, имевшего опыт наведения порядка среди подчиненных в Орловской области. Он привел новую команду, в том числе сменил начальника управления собственной безопасности, заявил, что будет нещадно бороться с нарушениями, улучшит кадровый отбор и так далее. Только с момента своего назначения Колокольцеву почти ежедневно приходится оправдываться за новые и новые преступления подчиненных: достаточно вспомнить истории с застреленным снегоуборщиком, пьяным оперативником ОВД «Басманный», сбившем пешехода, еще одним пьяным опером, с табельным пистолетом наперевес пытавшимся прорваться в ночной клуб.

Все чаще он, наоборот, встает в положение защитника рядовых милиционеров: так было в скандале вокруг якобы злоупотреблений московского ОМОНа в связи с действиями милиции при сносе домов «Речника».

О защитной реакции ведомства свидетельствует и статистика уголовных дел за оскорбление и насилие в отношении московских милиционеров, озвученная накануне председателем Мосгорсуда Ольгой Егоровой: более 1 тысячи таких приговоров за прошлый год, то есть по четыре каждый рабочий день.

На федеральном уровне милицейская корпорация из последних сил защищается. Разоблачитель Дымовский арестован и ждет психиатрическую экспертизу. Все его последователи объявлены клеветниками. Отстраненный от занимаемой должности после расстрела гаишником детей министр внутренних дел Тывы, заявив, что никаких приказов не получал, возвращается на работу. Вслед за ним бравирует собственной безнаказанностью глава ГУВД Томской области после инцидента с сотрудником милицейского вытрезвителя, до смерти запытавшим журналиста в январе.

После объявления реформы президент заявил, что, прежде чем милицию реструктурировать, в ней нужно выстроить вертикаль. Оно и понятно: еще в 2005 году Высшая школа экономики провела исследование, которое выявило, что реальный бюджет милиции в три раза превосходит бюджетное финансирование. При этом не брался в расчет откровенный криминал, речь шла только об учете подработок и покровительстве. Массовое задержание астраханских милиционеров приоткрыло размеры доходов мелких милицейских начальников: далеко на в самом богатом регионе командир взвода ДПС ежемесячно получал помимо зарплаты доход 150 тысяч рублей. При таком раскладе

заказчиком милиции становится не федеральный центр. Она стала активным игроком в условиях свободных рыночных отношений и сама решает, на кого и за сколько будет работать.

В Петербурге сейчас в больнице с осколочным переломом руки лежит молодой человек, избитый в конце января оперативниками ГУВД, которые приняли его за угонщика автомобилей. Приехавшие к нему в больницу на двух внедорожниках бандиты объяснили, что это они работают с операми по угонам и «посоветовали» не жаловаться.

В регионах, например в Татарстане, милицейское начальство не скрывает, что оплачивает из собственных средств адвокатов милиционерам, находящимся под следствием, финансово поддерживает их семьи, участвует в их судьбе и после вынесения приговора. Следователи прокуратуры отказываются обращаться за помощью к управлению собственной безопасности при расследовании милицейских преступлений, сами занимаясь, по сути, оперативным сопровождением своих же дел. Руководство региональной прокуратуры также не скрывает досады, что участившиеся оправдания милиционеров становятся следствием беспрецедентного давления на суд со стороны милицейского ведомства.

И вот теперь среди президентских поправок вводится специальная статья Уголовного кодекса – 286-1, которая предусматривает ответственность милиционера за неподчинение законному приказу, повлекшее существенное нарушение прав и законных интересов. По сути, это сигнал зарвавшимся ментам, что власть готова пересажать всех, если те не будут ее слушаться. Исполнитель задачи – Следственный комитет при прокуратуре. Обычный период реализации поправок в Уголовный кодекс минимум год после принятия: пока вступит в силу, разработают методику расследования, донесут ее до исполнителей, возбудят первые пробные дела, расследуют, направят в суд и дождутся вступления приговоров в законную силу.

Этой же мотивацией может объясняться и намерение сократить численность: меньшим коллективом все же легче управлять. В своем указе Медведев обозначил сокращение численности всей милиции на 20% до конца 2011 года, вчера заявил о сокращении центрального аппарата МВД в два раза.

Параллельно ужесточается основание для увольнения за неисполнение приказа. Если раньше лишиться должности милиционер мог за систематическое, то теперь – за неоднократное неисполнение. Одинаково звучащие для большинства людей, эти слова имеют большое юридическое различие. В первом случае речь идет о цифре 3, во втором – 2. На практике это даст возможность безболезненно пачками увольнять сотрудников по дискредитирующим основаниям. Как это происходит, пояснил в суде по делу Евсюкова бывший его начальник — глава УВД Южного административного округа Москвы Виктор Агеев. «Нет ни одного сотрудника, который бы не имел наказаний. Нередко бывают случаи, когда руководство требует наказать и приходится наказывать формально», – сказал Агеев. «Что значит формально? В угоду кому-то?», – уточнил прокурор. «Да, совершенно верно. Когда того требует инспекция по личному составу и УСБ». В подтверждение своей решимости навести порядок в ведомстве Медведев уволил полтора десятка генералов, в первую очередь тех, чьи подчиненные и устроили в прошлом году россиянам «ночи длинных ментов».

Что будет делать милиция? Откупаться из своих «общаков» и всячески препятствовать этим наездам «на своих». Полагаю, что зарабатываемых милицейской корпорацией миллиардов на противодействие вполне хватит.

А управляемость полуторамиллионной армии, вышедшей из-под контроля, лишней статьей в уголовном кодексе не повысишь. Для этого необходимо подорвать экономические основы теневого милицейского бизнеса. Вряд ли Кремль не понимает этого. Тогда ждать осталось недолго. Либо станет понятно, что президентские движения не более чем шоу для широкой публики. Либо нужно ждать повсеместных признаков «астраханского феномена». Во втором случае возникает вопрос: кто в состоянии противопоставить себя милиции? Ответ один – только ФСБ, но она сама целиком на рынке.

Автор – председатель Межрегиональной правозащитной Ассоциации «АГОРА»