Пенсионный советник

Подпишитесь на оповещения от Газета.Ru

Декларация немощи

06.04.2009, 09:11

Антикризисные меры правительства – роспись в собственной слабости

Большинство комментариев к программе антикризисных мер правительства на 2009 год свелись к обсуждению семи ее приоритетов и текстовой преамбулы, явно призванных сыграть роль фасада антикризисной политики властей. Традиционно изящный текст «обо всем хорошем и против всего плохого» призван продемонстрировать, что правительство не выпускает из-под своего бдительного внимания ни одной важной экономической проблемы в стране.

Между тем гораздо интереснее проанализировать сами антикризисные меры — именно это позволяет в полной мере прочувствовать философию «антикризисной» политики кабинета Владимира Путина. Контраст между общими декларациями и конкретными мерами разителен. Например, в текстовой преамбуле много говорится о борьбе с инфляцией: «предстоит сочетать решение нескольких задач — обеспечить экономику достаточным количеством ликвидности и в то же время не допустить разгона инфляции» (правда, каким именно образом предполагается решить волшебную задачку избежания разгона инфляции при смягчении денежной политики, не сказано). Однако

ни одной (!) конкретной меры, направленной на борьбу с инфляцией, в антикризисном плане не предусмотрено.

В целом антикризисный план правительства содержит 124 меры. Среди них есть десяток совершенно не релевантных к кризисной тематике и добавленных в план явно «для веса». Это либо пустые декларации ни о чем (пункт 2.1.3.7 «Продолжение технологической модернизации отечественной промышленности»); либо подтверждение приверженности планам реализации, утвержденным ранее ФЦП; либо абсолютно не имеющие никакого отношения к кризису вопросы типа введения банка качества нефти (это в отечественной нефтяной отрасли сродни изобретению вечного двигателя).

Среди остальных мер примерно по 15–20 пунктов (в совокупности более 90) приходится на главные пять приоритетов антикризисной политики — индивидуальную поддержку компаний и проектов; субсидирование затрат предприятий; стимулирование спроса через госзаказ; обеспечение «ручного» доступа отдельных структур к кредитованию в условиях общей недоступности кредита в экономике; изменение порядка уплаты ряда налогов и таможенных платежей. Вместо системных мер (снижения инфляции, смягчения денежной политики и снижения ставок по кредитам, уменьшения системообразующих налогов)

программа представляет собой очевидный гимн «ручному управлению» экономикой, призванному не просто помочь отдельным предприятиям и отраслям, но и в том числе расчистить здесь последствия провалов в общей политике властей.

Основной рецепт — расходы, расходы и еще раз расходы. Хотя в кризисных условиях было бы разумным пойти на снижение налогового бремени на экономику, оставив деньги бизнесу, власть предпочитает перераспределять их по отдельным проектам через индивидуальную господдержку. Предусмотренные налоговые послабления связаны не со снижением системообразующих налогов, а с разного рода отсрочками налоговых платежей и налоговыми льготами отдельным отраслям: например, планируемый с 1 января 2010 года перенос ряда основных средств в амортизационные группы с меньшим сроком полезного использования, выпадающие доходы от которого оцениваются в 34 млрд рублей, затрагивает исключительно основные средства предприятий нефтегазовой отрасли (хотя неочевидно, что нефтегазовую отрасль нужно дополнительно стимулировать именно таким образом на фоне, с одной стороны, системного кризиса, требующего более серьезных мер, а с другой, уже принятых мер по ее поддержке стоимостью около $6,5 млрд в год). Объем декларируемого снижения бремени по налогу на прибыль (на 330,9 млрд рублей) явно завышен и основан на нереально оптимистичном прогнозе поступлений в бюджет по налогу на прибыль в 2009 году.

Та часть программы, которая посвящена налоговому стимулированию экономики, на деле носит, скорее, косметический характер и экономике не поможет.

Поддержку спроса предполагается осуществлять не за счет увеличения покупательной способности населения и финансовых возможностей бизнеса (через снижение налогов, увеличение общей доступности кредитов), а за счет размещения госзаказа и прямого субсидирования закупок отечественной продукции. В коррумпированной «экономике отката» это, скорее всего, приведет к росту коррупции, неэффективному расходованию и проеданию ресурсов, усилению монополизма, задачу же поддержки спроса решить не поможет.

Масштабных мер по стимулированию покупательной способности населения программа в целом не предусматривает — лишь косвенно, в основном через некоторое увеличение отдельных категорий социальных выплат.

Правительство могло бы поддержать экспортеров, однако содержащиеся в антикризисной программе меры по поддержке экспорта чересчур индивидуальны и маргинальны и касаются лишь ограниченной номенклатуры товаров невысокой степени переработки (сжиженные углеводороды, минеральные удобрения). Можно было бы развивать государственные инвестиции в инфраструктуру, но парадоксальным образом планируется их снижение: например, в пункте о реализации ФЦП «Модернизация транспортной системы России (2002–2010 годы)» прямо указывается, что объемы финансирования ФЦП сокращены на 29%. Получается чистое очковтирательство: читая «антикризисный пункт», можно подумать, что государство увеличивает расходы на проекты в области транспортной инфраструктуры, а на самом деле оно их сокращает!

Системных мер, действительно необходимых в условиях кризиса, — по выявлению и локализации проблемных активов в банковской системе, по снижению процентных ставок и реанимации кредитного рынка — программа не предусматривает.

Это означает, что доверие в финансовой системе будет только снижаться («плохие» активы на балансе банков никто выделять не собирается, они так и будут оставаться угрожающим навесом над перспективами отечественной финансовой системы, снижая эффект от увеличения госрасходов на поддержку банковской системы), кредитный рынок не заработает.

Более того, в декларативной части программы прямо говорится, что «в среднесрочной перспективе определяющим условием снижения процентных ставок станет последовательное замедление инфляции». Т. е. пока не снизится инфляция (с которой бороться никто толком не собирается и которая может только вырасти от предполагаемого увеличения госрасходов и предстоящего разблокирования бюджетных платежей), ставки будут оставаться высокими. Бизнес может не рассчитывать на увеличение доступности кредита, остается лишь уповать на попадание в различные списки индивидуальной господдержки. Таким образом,

если пропустить благозвучные декларации, реальные антикризисные меры правительства — роспись в собственной слабости.

Инфляцию снизить не можем, поэтому процентные ставки будем держать высокими. Кредитование обеспечить не можем, поэтому будем выделять кредиты отдельным, наиболее важным отраслям и предприятиям. В рыночные механизмы не верим, поэтому спрос будем стимулировать посредством госзакупок — из-за этого придется повышать расходы. Из-за высоких расходов налоги снизить не можем, поэтому будем изощряться с изменением схем налогового администрирования и изобразим якобы огромное снижение налога на прибыль, хотя все понимают, что на самом деле его масштаб окажется весьма скромным.

Вопрос: зачем нам такое правительство?