Пенсионный советник

Подпишитесь на оповещения от Газета.Ru

Запрос на протест

23.03.2009, 09:58

Мэрские выборы превратились в главный инструмент измерения градуса политической жизни в России

Мэрские выборы неожиданно превратились в главную арену реальной политической борьбы в стране. В марте партия власти проиграла выборы в Смоленске и Мурманске, а также была в шаге от поражения в Томске: здесь победивший кандидат от «Единой России» Николай Николайчук едва набрал во втором туре 50% голосов, опередив оппозиционного кандидата Александра Деева, набравшего 46,7%, всего на 6376 голосов.

Есть основания предполагать, что Деев выиграл бы, не будь привлечена к борьбе за кресло мэра «тяжелая артиллерия»: 3 марта, сразу после неудачного для Николайчука первого тура выборов, с губернатором Томской области Виктором Крессом встретился лично Владимир Путин, продемонстрировав поддержку региональной власти. Безусловно, лояльная власти томская пресса выжала из этой встречи все что можно, и этого хватило всего лишь на перевес в 6 с небольшим тысяч голосов.

Еще раньше власти, воспользовавшись смехотворным предлогом, не допустили до выборов мэра Новосибирска Ивана Старикова, который имел реальные шансы переиграть кандидата от партии власти Владимира Городецкого.

Новой ареной политического столкновения общенационального масштаба обещают стать мэрские выборы в Сочи 26 апреля, где свои кандидатуры выдвинули сразу два независимых политика федерального уровня — Борис Немцов и Александр Лебедев.

Если в Смоленске, Мурманске и Томске кандидатам от партии власти противостояли неудобные, но все же в целом лояльные руководству страны кандидаты, то в Сочи за кресло мэра намерена бороться уже жесткая оппозиция.

Такая ожесточенная схватка за мэрские кресла может показаться странной: ведь мэры российских городов (особенно средних по размерам, с численностью населения в 300–500 тысяч человек, где пока и разворачиваются основные баталии) мало что решают в политической системе страны, лишены серьезных бюджетных ресурсов, а новое законодательство, принятое Госдумой в первом чтении в пятницу, и вовсе позволит местным парламентам отправлять избранных мэров в отставку.

Однако при ближайшем рассмотрении ничего странного нет. Россия задыхается от отсутствия настоящей, открытой политики, конкурентной политической борьбы.

Огромное количество накопившихся системных проблем, не решенных за годы нефтяного благополучия и обнажающихся сегодня, в дни кризиса, формирует очевидный запрос на протестное голосование.

Местная власть, с одной стороны, находится в центре конкретных проблем, волнующих граждан: на местном уровне общая неблагополучная обстановка в стране проецируется на конкретные проблемы повседневной жизни граждан. С другой — мэрские выборы остаются относительно свободными по сравнению с выборами федеральными, где система отсева нежелательных кандидатов и страховки от случайностей в последние годы была отработана чрезвычайно основательно — и на законодательном, и на практическом уровне. Хотя административный ресурс применять можно и здесь, наладить эффективный контроль со стороны вертикали так же, как и на выборах президента и Госдумы, невозможно уже в силу рассредоточения объектов контроля. Тем более, в городах населением до полумиллиона, где у граждан есть возможность узнать своего кандидата и без официальных каналов информации.

Вообще, выборы мэров открывают хорошие возможности для гораздо более широкого круга кандидатов, чем федеральные: в условиях цензуры на общероссийских телеканалах раскрутить новое лицо практически невозможно, а на местном уровне можно, да и круг людей с локальной известностью здесь шире. На местных выборах в городах с населением в несколько сотен тысяч людей можно обойти избирателей пешком, потребность в доступе к телевидению здесь играет ничтожную роль по сравнению с федеральными выборами. Благодаря стечению этих факторов

мэрские выборы сегодня превратились в главный инструмент измерения градуса политической жизни в России и отношения населения к властям.

Выборы региональных и местных парламентов объективного представления об этом создать не могут: власть в России традиционно персонифицируется, граждане плохо понимают, в чем функции региональных и местных законодательных собраний, интереса к ним меньше, а для победы на территориальных законодательных выборах недостаточно просто выдвинуть удачного кандидата — требуются хорошо организованные политические структуры, которых у оппозиции немного. Хотя и здесь возможны сюрпризы — например, выборы в Тверскую облдуму, где победили коммунисты. А

отношение людей к власти становится все более понятным. Начальству россияне не доверяют, готовы активно голосовать за альтернативных кандидатов, даже невзирая на их неоднозначную репутацию.

Опросы общественного мнения о доверии граждан руководству страны стремительно теряют ценность: по привычке (или от нежелания связываться с неприятностями?) люди все еще отвечают «да» на вопрос, доверяют ли они Медведеву или Путину. Но на выборах с треском «прокатывают» их локальных наместников.

Если так пойдет дальше, встанет вопрос: а

каков реальный политический и административный авторитет высшего руководства страны, очищенный от мифа о всенародной любви к Путину и дутых рейтингов, если делегированные им местные управленцы сдают город за городом?

В этом смысле мэрские выборы являются для оппозиции серьезным шансом — не столько для завоевания политического влияния (должности мэров такого влияния не дают), сколько возможностью нанести серьезный удар по авторитету власти, показать, что на уровне конкретных проблем, а не общефедеральной демагогии и пропаганды власть проваливает свою работу. Разумеется, шанс является одновременно и тестом на состоятельность: оппозиционерам придется доказывать гражданам, что они способны на конструктивную, созидательную работу, что им есть что предложить для решения непосредственных проблем повседневной жизни граждан.

На самом деле для оппозиции это весьма полезно: когда в 1990–1991 годах «Демократическая Россия» относительно легко победила КПСС, не имея никакой конструктивной повестки дня и четкого представления о том, что делать дальше, случилось то, что случилось — стремительные, не всегда последовательные и во многом непонятые населением преобразования. Многие лидеры той поры легко капитализировали себя на усталости народа от коммунистов, но потом куда-то пропали, и реформы в России делали уже совсем другие люди.

Сегодняшняя же оппозиция получает шанс не только пройти через «полевые испытания» посредством участия в мэрских выборах, но и показать, что ее представители могут быть успешными администраторами и отстаивать права граждан, получив мандат народного доверия.

Возможно, это и есть реальный способ повышения политического веса российской оппозиции через реальную политическую работу на местах (кстати, приход на административные посты через выборы — гораздо лучший способ показать себя конструктивистами-практиками, чем соглашаться на кремлевские назначения и продавать себя властной вертикали). В 2009–2011 годах предстоят выборы мэров в таких крупных городах, как Нижний Новгород, Омск, Пермь, Ростов-на-Дону, Иркутск. Во всех этих городах оппозиция в состоянии дать реальный бой власти, и даже вероятное снятие оппозиционных кандидатов оставляет шансы провести хотя бы предварительную кампанию и повысить уровень интереса граждан к оппозиции.

В общем, работы для оппозиции достаточно. Посмотрим, как она сумеет проявить себя. Выборы 26 апреля в Сочи станут в этом смысле первым испытанием такого рода для оппозиционеров.