Пенсионный советник

Подпишитесь на оповещения от Газета.Ru

Сволочное и спасительное свойство капитализма

26.08.2008, 11:38

Личный интерес сильнее национальной гордости великороссов, даже если субъект рынка эту гордость испытывает на себе

У России не хватает ресурса для того, чтобы поддерживать в рабочем состоянии холодную войну. Еще важнее то обстоятельство, что у России нет ресурса, чтобы закручивать гайки внутри страны – с той степенью эффективности, которая позволяет достичь высшего предела авторитаризма.

Причина – рынок и мирохозяйственные связи. Рынок — пусть во многом имитационный. Пусть несовершенный, а значит, слабо конкурентный. Пускай так или иначе примененный на практике экономический либерализм не подкреплен либерализмом политическим. Пусть не построены институты, позволяющие воспроизводить рыночные стандарты поведения и рыночную практику. Пусть Дмитрий Анатольевич, наступая на горло собственной песне, своему образованию, жизненному опыту и ценностям, предпочитает общение с восточными деспотами и сатрапами контактам с западными партнерами, не считая слегка запуганных Меркель и Саркози. Пускай члены дуумвирата по очереди отказываются от вхождения в ВТО и контактов с НАТО. Пусть Россию сгоряча называют восстановившей авторитет сверхдержавой. Пускай она с нарочитой демонстративностью претендует на лавры лидера синклита стран-изгоев. Пусть расцветают все цвета, признается независимость Южной Осетии, лидера которой, не случись война, как раз сейчас пытались бы заменить на более вменяемого персонажа, и незалежность Абхазии, с которой в довоенном состоянии были готовы разговаривать даже Соединенные Штаты. В реальной политике демарши, конечно, важны, но в гораздо большей степени важна рамка, в которую объективно заключены действия высшего руководства.

Рамка эта такова, что, пугая по-нашему, по-рогозински, по-путински, весь остальной мир, можно всерьез повредить собственному народу и, что важнее, самим себе.

И дело даже не в счетах элиты, которые находятся за пределами исторической родины. Не в недвижимости и смутных объектах желания, вывозимых для реализации самых дерзких сексуальных практик за рубежи посконной и домотканой, целомудренной и стыдливой Руси, этой несуществующей страны писателей-деревенщиков.

Россия сама за эти годы усилиями непоследовательных и безответственных либералов стала частью Запада. И теперь, как говорят представители молодежной субкультуры, «поздняк метаться».

Можно попытаться возглавить страны, которые при прежнем мировом порядке назывались государствами третьего мира, но нас там ждут только на уровне символических жестов поддержки и покупки новейших образцов вооружения, которые отечественной армии и не снились (недаром наши военные с дикарским возбуждением и любопытством – на манер генералов-разложенцев Второй мировой – присматривались и приценивались к военным трофеям грузинской кампании). Можно заигрывать с Китаем – и хорошо, если удастся спастись бегством. Россия с рыночной экономикой, блудный сын Запада, намаявшись с поднимающей голову третьей силой, к родному папаше в результате и вернется, проливая крокодиловы слезы и заново налаживая взаимовыгодное материально-финансовое сотрудничество.

Добро бы еще российская элита бойко лопотала на суахили или там на одном из китайских диалектов, а то ведь все больше на английском изъясняются. Хорошо, согласимся с тем, что форматы ВТО, ООН, НАТО устарели, нигде нас не понимают, везде министр иностранных дел, человек в быту незлобивый и интеллигентный, вынужден отбрехиваться на социолекте холодной войны тридцатилетней давности выпуска. А есть ли другие форматы, доступные России? Таких форматов нет.

Россия пыжится, надувается, пытается изображать из себя сверхдержаву в постиндустриальную эпоху, когда это решительно невозможно, испытывает фантомные имперские боли, как старый туповатый солдат, лишившийся ноги, имитирует неслыханную мощь, засандаливает прорву денег российских налогоплательщиков в Южную Осетию, а на самом деле выдает их лично чемпиону Грузии по вольной борьбе 1980 года тов. Кокойты, ссорится с западными державами таким манером, как если бы у руля государства стоял политический обозреватель газеты «Правда» Юрий Жуков. И это производит впечатление. Как производит впечатление пузырь на фондовом рынке.

Политика – тот же рынок. И на нем торгуются иной раз не обеспеченные ничем, кроме имиджа, бумаги. Такой пузырь рано или поздно лопается.

Экономика России – наполовину западная. Она зависит от западных денег, вырученных за продажу нынешних пеньки и меда – углеводородов, от западных прямых инвестиций, западных технологий, западных спекулянтов, западной конъюнктуры. Если мы присутствуем при «закате» Запада, то каким должен быть его расцвет! Или россияне в массовом порядке готовы эмигрировать в Китай, Иорданию, Сирию, а не Англию, Францию, Испанию?

Внутри страны, которая еще не вырвалась из матрицы догоняющего Запад (не Восток!) развития, тоже можно изо всех сил – и успешно – изображать совок. Это несложно: достаточно быть непрофессиональными, безответственными, бесчестными, захваченными обаянием глупости и прелестью тупости, засвечивать журналистам пленки на демонстрации 24 августа и обвинять Ходорковского в неспособности освоить профессию швеи-мотористки. Можно даже обрушивать рынки и останавливать все и всяческие реформы. Ничего, рынок переживет и это, как он пережил кабинет Примакова в 1998 году, как абсорбировал политику Путина второго срока, которая, по идее, камня на камне не должна была оставить от рыночной экономики.

Сволочное – и спасительное – свойство капитализма, как отмечено классиками от фон Хайека до фон Мизеса, состоит в непреодолимой тяге субъектов рынка к прибыли и чистогану.

Она сокрушает даже имперскую гордость и полубандитскую честь частно-государственного «партнерства». Личный интерес сильнее национальной гордости великороссов, даже если субъект рынка эту гордость испытывает на себе.

Все это не значит, что Россию не ждут тяжелые времена. Но закручивание гаек в экономике, уже ставшей рыночной, срывает резьбу. И гайки разлетаются в стороны, как это уже не раз бывало в российской истории.