Пенсионный советник

Подпишитесь на оповещения от Газета.Ru

Один миг в масштабах истории

27.06.2007, 21:03
НАТАЛИЯ ГЕВОРКЯН

От Ходорковского пошел новый отсчет в истории России, нравится это кому-то или нет. Его арест стал таким же поворотным пунктом для страны, как в свое время история со «Связьинвестом». Скорее всего, эти события странным образом связаны.

Тогда, в 1997-м, олигархи профукали страну, которую получили в 1996-м. Если бы они не переругались из-за дележа очередного куска пирога, могли бы как минимум попытаться построить нормальную функциональную открытую экономику, которая неминуемо требует нормального демократического устройства общества, нормальных демократических институтов власти, нормального разделения властей, нормальной системы выборов, нормальной системы контроля власти со стороны общества. Им был дан шанс – историей и президентом, на которого они так единодушно поставили. Все дальнейшие события включая приход к власти мини (как казалось) Примакова обусловлены той историей разлада. Ребятам не хватило ума и мудрости подняться над собственными мизерными в масштабе истории интересами. Именно тогда они остановили историю, которая началась в 1991 году и на которую со всеми зигзагами и ошибками положил жизнь единодушно поддержанный ими Ельцин.

Арест Ходорковского и Лебедева с последующим отъемом компании закрыл ту историю. Это был последний шанс элиты 90-х, тех, кто «взошел» после провала чекистского путча 1991-го, кто считал себя демократами, либералами и реформаторами, не дать прерваться истории, не возвращаться психологически обратно туда, откуда все они стартовали. Это был момент, когда можно было исправить собственную ошибку 1997 года, подняться над минутной выгодой каждого по отдельности, над мелочными обидами, над старыми счетами и над уже подкатывающим к горлу страхом и сказать еще не вполне окрепшей, не до конца обнаглевшей, не столь еще самоуверенной новой власти: «Алло! Этот номер у вас не пройдет! Разбираться, судиться, доплачивать налоги, если надо – да, но не сажать, не устраивать показательных процессов, на перераспределять собственность!». Этот шанс был у российской элиты. Его никто не мог отнять. Им можно было не воспользоваться, что и произошло. И почему? Потому что президент сказал: «Прекратить истерику!» на сверхосторожную попытку хоть как-то выразить поддержку Ходорковскому. Они не вякнули больше – ни РСПП, ни Чубайс, ни Касьянов в качестве премьер-министра, ни Илларионов в качестве экономического советника президента. Вслед за ними не вякнул Запад. Ни Шредер с Берлускони, Шираком и Бушем – все те, кто поддерживал развитие российской демократии, курс Ельцина, формирование гражданского общества, демократические свободы. Это было на излете первого срока Путина. Уверена, что если бы у российской и международной элиты хватило мудрости и мужества противостоять «делу ЮКОСа» в той форме, которую оно приняло, то у нас сегодня была бы другая страна, а мир имел бы дело с другой Россией.

Не было бы концентрации неимоверных ресурсов в руках государства, энергетических войн, явного и скрытого передела собственности, зависимости внутреннего и иностранного бизнеса от царя в Кремле, а исходя из этого – наглого тона в разговоре с ближними и дальними соседями, сомнительных игр с сомнительными режимами, ставки на националистов внутри страны, «суверенной демократии», необходимости выходить на улицы, чтобы выразить свое мнение, зачистки медийного поля, шпионских истерик, воскресшего из пепла образа врага в лице всего не «нашего». Не было бы «преемников», разговоров о третьем сроке, наглой уверенности, что все и везде схавают все, что им преподнесет Кремль.

Арест Ходорковского и его последствия переформировали экономическую и политическую площадку России и при молчаливом согласии или несогласии внутренних и внешних элит уничтожили баланс сил в стране, обеспечив одному человеку и его ближайшему окружению всю полноту власти. Безграничная бесконтрольная власть всегда равна произволу. Что мы и видим. И что видят те, кто в день ареста Ходорковского прославлял инвестиционный климат в стране от имени международного бизнеса. Тот, кто прославлял больше всех, теперь не въездной в Россию. Другим пришлось потесниться. Третьим пришлось уйти. Четвертые приняли правила игры и по дешевке уступили больше половины своих активов в России тем, за кем мощно и угрожающе стоит та самая безграничная власть. И все равно их «догоняют» по налогам по схеме Ходорковского. Пятые изменили собственным принципам и положили с прибором на собственную репутацию, потому что поняли, что им никогда не выиграть суд в России. Шестые предпочли позорно сдать не любимого властью клиента, чтобы не потерять «крупняк», гарантированный Кремлем. Парадокс состоит в том, что иностранный бизнес не привнес в Россию нормальные международные нормы работы и сотрудничества, а целиком мимикрировал под позорный русский стандарт, обеспечивая издевающейся над иностранными инвесторами власти право хвастаться неимоверным ростом инвестиций в страну.

Я с изумлением наблюдала чрезвычайное возбуждение Владимира Путина во время обсуждения проекта трубы по дну Черного моря. Потом я прочла все тексты на эту тему, которые смогла найти в российской и иностранной печати. Такое ощущение, что Путин занимался делом своей жизни, своим будущим, проектом своей жизни, самым важным, самым святым делом – он занимался трубой. И вдруг мне стало совершенно понятно, как сильно он лично был заинтересован в том, чтобы вышибить со сцены сильного игрока, который про эту трубу и вообще про трубы все понимал. Как важно ему было, чтобы на этой площадке не было другого игрока, кроме него, а все остальные включая частные компании оставались просто на подпевке, готовые подать свой голос только по велению дирижерской палочки. Как важна чертова труба для этого человека, как она смертельно важна для его будущего, для будущего его корпорации, для политического и финансового благополучия этой корпорации. И как даже намек на конкуренцию в этой сфере невыносим, опасен, фатален.

Путин разлива 2003 года не смог бы стать Путиным разлива 2007 года, если бы он не посадил Ходорковского. Путин никогда не стал бы тем, чем он стал сегодня, если бы у российской элиты были яйца. Чубайсу с Касьяновым не пришлось бы публично поздравлять заключенного Ходорковского с днем рождения, совершая подвиг гражданского мужества, если бы в 2003 году они не прогнулись под ту власть, которая сделала из Ходорковского зэка. Один миг в масштабах истории, один миг… И не отмотаешь потом, не изменишь, не поправишь.

Надо пережить. Чего я искренне желаю Михаилу Ходорковскому, которому вчера исполнилось 44 года.