Грязь, газ и «Поток»: что Европа ждет от России

Член правления Wintershall Dea Тило Виланд — о судьбе «Северного потока — 2»

Нуждается ли Европа в российском газе, удастся ли достроить в этом году проект «Северный поток — 2» и отразится ли на имидже нашей страны скандал с поставкой «грязной» нефти, в эксклюзивном интервью «Газете.Ru» рассказал Тило Виланд, член правления компании Wintershall Dea, участвующей в финансировании проекта «Северный поток — 2» .

--В прошлом году «Газпром» отчитался о рекордном росте объемов поставок газа в Европу. Как вы считаете, в этом году будет ли такая же ситуация, повторится ли прошлый рекорд или он был вызван сезонным фактором?

— Я считаю, что российский газ необходим Европе, это важнейшая часть поставок энергоносителей в Европу. В том числе природный газ нужен для того, чтобы осуществить переход с угля на возобновляемые источники энергии. Поэтому от российского природного газа Европа вряд ли откажется. Погода, конечно, играет свою роль в росте поставок, но рекорд объяснять только погодой нельзя.

--То есть можно ли сказать, что потребности Европы в газе в ближайшие годы хватит, чтобы обеспечить заполненность как транзитных трубопроводов, через которые сейчас осуществляет поставки «Газпром», так и «Северного потока – 2»?

— Мы сейчас наблюдаем, что внутреннее производство нефти и газа в Европе падает. В результате образуется так называемый «люфт», то есть недостаток сырья, который необходимо будет восполнить. Сейчас Европа находится в очень выгодном положении, потому что она может получать газ из нескольких источников. Например, мы можем получать сырье в Северном море, в Северной Африке и, конечно же, в России.

При этом одним из источников энергии для Европы также являются поставки сжиженного природного газа (СПГ).

Мы находимся в Европе в очень выгодном положении, потому что наш рынок хорошо координируется спросом и предложением.

--Остается ли сейчас все еще нерешенным вопрос с финансированием проекта «Северный поток – 2»?

— Могу сказать, что на сегодняшний день газопровод на 50% построен и финансирование также идет по плану.

— На какой стадии сейчас переговорной процесс с Данией о конечной версии маршрута проекта «Северный поток – 2»? Есть ли какие-то новости и надежда, что Дания примет один из ранее предложенных вариантов?

— Есть три опции, которые сейчас обсуждаются с датским правительством. И маршрут проекта «Северный поток – 2» пройдет в соответствии со всеми необходимыми предписаниями и законами. Мы исходим из того, что все необходимые разрешения будут получены.

— Но не приведет ли это к тому, что срок реализации проекта увеличится? То есть речь будет идти уже не о конце 2019 года, а, например, о 2020 годе? В частности, может быть, срок реализации проекта сдвинется, если будет утвержден последний, предложенный Данией маршрут?

— Проектное общество исходит из того, что трубопровод будет запущен в конце 2019 года.

— В том, что новый газопровод будет достроен, никто не сомневается. Однако есть вопросы с его наполняемостью, учитывая принятые поправки к Газовой директиве ЕС. Есть опасения, что газопровод будет заполнен только на половину. Как вы считаете, не будет ли проблем с наполняемостью «Северного потока – 2» в конечном итоге?

— Если мы говорим о заполняемости газопровода, то, конечно же, я вернусь к своему предыдущему пункту, когда я говорил, что Европе необходим газ. И «Северный поток – 2» по этой же причине также необходим, он как раз сможет восполнить недостаток газа в Европе.

— Компания «Wintershall» много лет работает в России и не снижала свое присутствие на фоне санкций. Планируете ли вы и в будущем так же активно присутствовать на российском рынке?

— «Wintershall» работает в России уже более 25 лет. Вы наверняка знаете, что недавно мы объединились с компанией «Dea», теперь мы стали «Wintershell Dea», то есть стали еще больше. Мы являемся ведущим независимым производителем газа и нефти в Европе, и, конечно, так как мы стали еще больше, мы будем активно присутствовать в России.

— В этом году Россия, пожалуй, впервые оказалась в центре скандала с энергопоставками в связи с поставкой «грязной» нефти по нефтепроводу «Дружба». Как вы считаете, эта история как-то отразится на имидже России в области надежности поставок, может быть даже каким-то образом повлияет на успешность проекта «Северный поток – 2»?

— Россия является самым надежным поставщиком энергоносителей. Энергосотрудничество Европы и России берет свое начало еще в 60-х годах, и с тех пор Россия никогда не подводила своих потребителей. И если мы инвестируем в такие газопроводы, как «Северный поток – 2», то мы инвестируем и в создание новой газопроводной инфраструктуры. Она, в свою очередь, позволит связать новые месторождения, такие как «Бованенково», с Европой, и, конечно же, таким образом, мы, в частности, вносим свой вклад в развитие энергобезопасности в Европе.